Подлежит ли отмене приговор, если он основан на доказательствах?

Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 марта 2013 г. N 18-Д12-119 Суд отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение, поскольку приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, а также не установлена личность человека, допрошенного в суде в качестве потерпевшего, о чем свидетельствует содержание протокола судебного заседания

Подлежит ли отмене приговор,  если он основан на доказательствах?

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Ботина А.Г.,

судей Валюшкина В.А. и Мещерякова Д.А.

при секретаре Маркове О.Е.

рассмотрела в судебном заседании 13 марта 2013 года надзорную жалобу осужденного Александрова А.Н.

По приговору Анапского районного суда Краснодарского края от 17 сентября 2010 года

Александров А.Н., …, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Постановлением президиума Краснодарского краевого суда от 11 апреля 2012 года приговор в отношении Александрова А.Н. изменен: исключено указание о назначении наказания с учетом совершения Александровым А.Н.

преступления в состоянии алкогольного опьянения; смягчено наказание, назначенное по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, до 7 лет 5 месяцев лишения свободы. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., объяснение осужденного Александрова А.Н. и в его защиту адвоката Кабалоевой В.М., поддержавших жалобу, мнение прокурора Телешевой-Курицкой Н.А., полагавшей, что жалобу следует оставить без удовлетворения, исключив из судебных решений ссылки на доказательства, которые не исследовались при судебном разбирательстве, судебная коллегия установила:

по приговору суда Александров А.Н. признан виновным в покушении на убийство Д.

Преступление им совершено 10 мая 2010 года в … при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В надзорной жалобе Александров А.Н. просит либо отменить приговор, указывая, что он постановлен с нарушениями требований закона, поскольку в нем имеются ссылки на доказательства, которые не были исследованы в ходе судебного разбирательства, не установлена личность потерпевшего, либо снизить наказание, поскольку при его назначении не в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие наказание.

Проверив дело, обсудив доводы осужденного, судебная коллегия находит жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Однако данные требования закона при рассмотрении настоящего уголовного дела судом не выполнены.

В обоснование своего вывода о виновности Александрова А.Н. в содеянном, суд в приговоре сослался, в том числе, и на дополнительные показания Александрова А.Н., показания свидетеля В. данные ими в ходе предварительного следствия.

Между тем, как усматривается из протокола судебного заседания, дополнительные показания обвиняемого Александрова А.Н. (л.д. 323-326), а также показания свидетеля В. (л.д.

 311-313), данные ими в ходе предварительного следствия, в ходе настоящего судебного разбирательства исследованы не были, что исключало возможность их использования для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст.

 73 УПК РФ, то есть, судом первой инстанции нарушены принципы устности и непосредственности судебного разбирательства, что в соответствии с ч. 1 ст. 381 УПК РФ является безусловным основанием для отмены приговора.

Кроме того, в жалобе правильно указывается на то, что не установлена личность человека, допрошенного в суде в качестве потерпевшего, о чем свидетельствует содержание протокола судебного заседания (л.д. 437-459), а во вводной части приговора (л.д. 460) вообще отсутствуют какие-либо данные о потерпевшем.

Эти нарушения закона не были устранены при рассмотрении дела в порядке надзора, поэтому все состоявшиеся судебные решения подлежат отмене, а дело направлению на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства для устранения нарушений УПК РФ.

В связи с отменой судебных решений, и принимая во внимание, что Александров обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, может скрыться от суда и воспрепятствовать, таким образом, производству по уголовному делу в суде первой инстанции в разумные сроки, судебная коллегия, руководствуясь требованиями ст.ст. 97, 108 и 255 УПК РФ, избирает Александрову меру пресечения в виде заключения под стражу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 407-410 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Анапского районного суда Краснодарского края от 17 сентября 2010 года и постановление президиума Краснодарского краевого суда от 11 апреля 2012 года в отношении Александрова А.Н. отменить, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.

Избрать в отношении Александрова А.Н. меру пресечения в виде заключения под стражу на срок по 13 июня 2013 года.

Председательствующий Ботин А.Г.

В надзорной жалобе осужденный просит отменить приговор, поскольку в нем имеются ссылки на доказательства, которые не были исследованы в ходе судебного разбирательства.

ВС РФ удовлетворил жалобу по следующим основаниям.

Согласно УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Данное требование закона судом не выполнено.

В обоснование своего вывода о виновности осужденного в содеянном суд в приговоре сослался в т. ч. на его дополнительные показания и показания свидетеля, данные ими в ходе предварительного следствия.

Между тем, согласно протоколу судебного заседания эти показания в ходе судебного разбирательства исследованы не были.

Таким образом, судом были нарушены принципы устности и непосредственности судебного разбирательства, что является безусловным основанием для отмены приговора.

Источник: //www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70255558/

Мвд создаст спецподразделения для борьбы с нарушениями в работе сотрудников наркоконтроля

Подлежит ли отмене приговор,  если он основан на доказательствах?

 Анализ и оценка доказательств в приговоре

Согласно п.

6 Пленума “О судебном приговоре”, в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3, 4 части 1 статьи 305, пункта 2 статьи 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Если какие-либо из исследованных доказательств суд признает не имеющими отношения к делу, то указание об этом должно содержаться в приговоре.

Так, несоблюдение указанного требования судом, является основанием для отмены такого приговора.

Из данного требования следует, что приговор суда должен содержать оценку всех доказательств представленных сторонами, на предмет их допустимости (закрепление надлежащим образом и получение из установленного источника), относимости к рассматриваемому делу (доказывать обстоятельства имеющие значение) и достоверности. А все доказательства в совокупности, на предмет их достаточности для разрешения дела.

Таким образом, в приговоре суд должен обязательно указать, что доказательства исследованные в судебном заседании, были оценены с точки зрения допустимости, относимости, а в совокупности с точки зрения их достаточности.

Например:

Если подобного вывода приговор суда не содержит, то это значит, что доказательства в предусмотренном законом порядке судом не оценивались, и приговор суда подлежит отмене.

Вместе с тем, результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться при доказывании вины подсудимого, когда такие мероприятия проведены для решения задач, указанных в статье 2 Федерального закона от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности”, при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных статьями 7 и 8 указанного Федерального закона, а полученные сведения представлены органам предварительного расследования и суду в установленном порядке и закреплены путем производства соответствующих следственных или судебных действий.

Если суд обосновывает свои выводы результатами оперативно-розыскных мероприятий (проверочная закупка, оперативный эксперимент, результаты прослушивания переговоров и т.д.), то приговор суда должен содержать оценку таких доказательств на соответствие требованиям ФЗ “Об ОРД”, и соблюдению требований закона об их предоставлении следователю, о чем обязательно должно быть указано в приговоре.

Например:

Кроме того, в случае признания полученных на основе результатов оперативно-розыскной деятельности доказательств недопустимыми они не могут быть восполнены путем допроса сотрудников органов, осуществлявших оперативно-розыскные мероприятия.

Читать подробно об использовании результатов ОРМ при доказывании

Отсутствие анализа в отношении каждого подсудимого и по каждому обвинению

В соответствии с п.7 Пленума “О судебном приговоре”, по уголовному делу в отношении нескольких подсудимых или когда подсудимый обвиняется в совершении нескольких преступлений, приговор должен содержать анализ и оценку доказательств в отношении каждого подсудимого и по каждому обвинению.

Из данного требования пленума следует, что в приговоре должно быть указано, что суд оценил доказательства в отношении каждого подсудимого и по каждому эпизоду преступления.

Если суд не указал, что в отношении одного из подсудимых он проанализировал и оценил доказательства, или не мотивировал назначение наказания, то такой приговор подлежит отмене, с возвращением на новое судебное разбирательство.

Те же требования относятся и к каждому преступлению, по многоэпизодным делам, приговор должен содержать указание на анализ доказательств по каждому эпизоду преступления.

Вместе с тем, когда несколько подсудимых обвиняется в совершении одного и того же преступления (преступлений), в приговоре могут быть приведены обстоятельства совершенного преступления (преступлений) и доказательства, подтверждающие выводы суда, без их повторения в отношении каждого подсудимого.

Кроме того, суд ссылаясь на доказательства по уголовному делу, не вправе ограничиваться только перечислением данных доказательств в приговоре, а должен кратко раскрыть их содержание, имеющее доказательственное значение.

Прямое копирование доказательств из обвинительного заключения, без учета судебного разбирательства недопустимо. Если суд ссылается на показания свидетеля, показания которого были оглашены в судебном заседании, то приговор должен содержать указание на их оглашение.

Если доказательства, перенесены в приговор прямым копированием, то он подлежит отмене. Об этом может свидетельствовать прямое перенесение перечня доказательств приведенных в обвинительном заключении, часть из которых не несет доказательственного значения.

Отношение подсудимого к обвинению и оценка приведенных доводов

Пленум “О судебном приговоре” обязывает суд, указать отношение подсудимого к предъявленному обвинению (признание, непризнание вины, частичное признание и в какой части), а также подробно оценить доводы подсудимого приведенный в свою защиту.

В приговоре должно быть указано, посчитал суд показания подсудимого достоверными или отверг их, если посчитал достоверными, то в какой части. Если отверг показания подсудимого, то в приговоре должно быть указано, на основании чего суд сделал такой вывод.

Вместе с тем, все доводы подсудимого о своей невиновности должны получить оценку, и суд должен указать в приговоре, на основании чего суд их опроверг.

Например:

Если доводам подсудимого оценка в приговоре не дана, то такой приговор подлежит отмене.

В случае изменения подсудимым показаний суд обязан выяснить причины, по которым он отказался от ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства показаний, тщательно проверить все показания подсудимого и оценить их достоверность, сопоставив с иными исследованными в судебном разбирательстве доказательствами.

Приговор должен содержать указание на оценку судом причин изменения показаний, а также чем такое изменение обосновал подсудимый, а также выводы суда о том, какие из показаний суд посчитал достоверными.

Неподтверждение подсудимым показаний, данных им в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, в силу пункта 1 части 2 статьи 75 УПК РФ влечет признание их недопустимым доказательством вне зависимости от причин, по которым подсудимый их не подтвердил.

Таким образом, объяснения данные подсудимым до возбуждения уголовного дела в отсутствие адвоката не могут использоваться как доказательство. Также как и показания данные следователю без адвоката.

Источник: //konsultant228.ru/obzhalovanie-2/soderzhanie-prigovora-kak-osnovanie-dlya-ego-otmeny/

22-742/11 – Архив судебных решений

Подлежит ли отмене приговор,  если он основан на доказательствах?

31 марта 2011 года г.Смоленск

Судебная коллегия по уголовным делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего: Фурман Т.А.,

судей: Коваленко О.Ю., Журковой Н.В.,

при секретаре Жвитиашвили В.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу осужденного Водянова Н.С. на приговор Демидовского районного суда Смоленской области от 9 февраля 2011 года, которым

Водянов Н.С., … ранее не судимый,

осужден по п. «а» ч.1 ст.213 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание считается условным с испытательным сроком на два года.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ во время испытательного срока Водянову запрещено изменять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного.

Мера пресечения Водянову до вступления приговора в законную силу не избрана с учетом, что у него отобрано обязательство о явке.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Коваленко О.Ю., выступление осужденного Водяного Н.С., адвоката Карловой В.Ю., мнение прокурора Фомичева Н.Н., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

По приговору суда Водянов признан виновным в хулиганстве, то есть в грубом нарушении общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия.

Преступление совершено … Смоленской области при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора суда.

В судебном заседании Водянов свою вину не признал.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Водянов Н.С. выражает свое несогласие с приговором суда, поскольку считает его незаконным и необоснованным.

Утверждает, что он вынужден был применить оружие без предупреждения в целях самообороны, поскольку на него было совершено групповое нападение, что подтверждается наличием у него и у нападавших телесных повреждений.

Оружие было применено на безопасном расстоянии от места массового скопления людей, никакой опасности, кроме нападавших, не представляло. Указывает, что заявление о нарушении общественного порядка ни от кого не поступало, какой-либо материальный ущерб причинен не был, факт его алкогольного опьянения не установлен.

Предварительное расследование и судебное разбирательство велось односторонне, с обвинительным уклоном. Анализируя показания М.П.Ю., считает их противоречивыми и ложными.

Обращает внимание на то, что в заявлении о мировом соглашении он и потерпевшие подтвердили, что конфликт между ними произошел на почве личных неприязненных отношений, претензий друг к другу они не имеют, что свидетельствует о том, что его действия были совершены не их хулиганских побуждений.

По его мнению, уголовное дело сфабриковано, а доказательства сфальсифицированы, а именно: постановление о передаче материала по подследственности , сообщение из УВД по Смоленской области; показания свидетеля Н.

; постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока дознания ; заключение медицинской экспертизы, которая была проведена спустя 1,5 месяца после получения ранений; заключение эксперта , которым не были выяснены вопросы: с какого расстояния могли быть получены ранения, описанные в медицинской экспертизе; соответствуют ли полученные ранения показаниями лиц, проходящих по делу, и траекториям полета пуль с момента производства выстрела и попаданием в цель; какое количество выстрелов было произведено из представленного на экспертизу пистолета. Судом не было принято во внимание медицинское освидетельствование , согласно которому ему были причинены телесные повреждения. Просит приговор суда отменить.

В возражениях на кассационную жалобу осужденного Водянова прокурор Демидовского района Егоров А.В. считает приговор суда законным и справедливым, а жалобу осужденного необоснованной, в связи с чем, просит приговор суда оставить без изменения, а доводы кассационной жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационной жалобы, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым.

Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Приговор считается постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, когда его выводы основаны на совокупности доказательств, рассмотренных в судебном заседании.

По настоящему уголовному делу эти требования закона судом выполнены не в полной мере.

Судом в описательно-мотивировочной части приговора не указано, в чем конкретно выразилось грубое нарушение общественного порядка, какие обстоятельства свидетельствовали о явном неуважении Водянова к обществу.

Не дано судом надлежащей оценки доводам, приведенным подсудимым в свою защиту в той части, что ему потерпевшими были причинены телесные повреждения, выстрел он произвел в М. только тогда, когда напали на него друзья М.; какова слышимость в кафе при наличии музыки, имелось ли освещение территории, прилегающей к кафе.

Установление перечисленных обстоятельств имеет существенное значение при оценке выводов суда о доказанности или недоказанности вины Водянова в содеянном и квалификации его действий.

Судом не устранены имеющиеся противоречия в показаниях потерпевших и свидетелей.

Так, из показаний потерпевших видно, что никто из них Водянова не бил.

Вместе с тем, на вопрос адвоката наносил ли он удары Водянову, потерпевший Б. ответил, что «дотронулся один раз, когда растаскивал их с М.».

Согласно показаниям потерпевших они находились в трезвом состоянии.

Однако, суд, приводя в приговоре показания свидетеля П., указал, что Б.,А.,М. в кафе пили пиво, а он – лимонад.

В связи с противоречиями в суде оглашались показания свидетеля П., данные им в ходе предварительного следствия.

Вместе с тем, судом не указано, какие его показания положены в основу обвинительного приговора, не приведены мотивы принятого решения, не дана им оценка в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.

В силу ст.297 УПК РФ приговор должен быть основан лишь на тех доказательствах, которые в соответствии со ст.240 УПК РФ были непосредственно исследованы в судебном заседании и нашли свое отражение в протоколе судебного заседания.

В основу приговора суд положил показания потерпевших М.,Б., А., свидетеля П. данные ими в ходе судебного разбирательства.

Так, согласно показаниям потерпевшего М., изложенным в приговоре, когда он и Водянов отошли от кафе метров на 10-15, мужчина резко повернулся и в руке у него он (М.) увидел предмет, похожий на пистолет.

Испугавшись, что Водянов выстрелит в него, он ударил его (Водянова) кулаком правой руки в лицо. На что Водянов схватил его за одежду и бросил на землю, оказавшись сверху. В это время к ним подбежали П. и Б. и оттащили Водянова.

Он поднялся с земли и в это время раздался выстрел, после чего почувствовал боль в области лица и упал на колени.

Вместе с тем, согласно протоколу судебного заседания М. показал, что Водянов, как ему показалось, полез в карман (вытащить предмет, похожий на пистолет), но он его упредил и ударил кулаком правой руки в лицо. Когда он приподнялся с земли, то Водянов вытащил пистолет, раздался выстрел, он почувствовал боль в области лица.

Согласно показаниям потерпевшего Б., изложенным в приговоре, когда М. и Водянов по предложению последнего вышли из кафе и направились в сторону озера, он, А. и П. вышли за ними, чтобы предотвратить возможный конфликт. Близко к ним не подходили, а стояли метрах в десяти. Он видел, как Водянов перекинул М.

через себя и повалил на землю, оказавшись сверху. Он и П. подбежали к лежавшим на земле и оттащили Водянова от М.. Затем он (Б.) пошел в сторону М., но тут прозвучал выстрел, М. упал на колени, закрыв лицо руками. Повернув голову, он увидел стоявшего метрах в трех от него Водянова, державшего в руках направленный на него пистолет.

Он закрыл лицо руками и в это время прозвучал выстрел. Он почувствовал боль в левой руке и, испугавшись за свою жизнь, вскочил и побежал в сторону кафе. Водянов бежал за ним, затем прозвучали еще выстрелы, и он почувствовал резкую боль в спине между лопаток.

Когда он обернулся, раздался еще выстрел, он почувствовал сильный удар в лоб, отчего упал на спину.

Согласно протоколу судебного заседания Б. не слышал, что конкретно сказал Водянов М., так как играла музыка. Ему потом сказали, что вышли М. и Водянов с территории кафе. Он стоял от них метров за семь и увидел, что Водянов падает на М.. Он и П.

подбежали к лежавшим на земле и оттащили Водянова, потом он услышал выстрел, М. упал на колени, закрыв лицо руками. А. предпринял попытку убежать, отошел в сторону пару шагов, как в его сторону был произведен выстрел, и он упал. Потом еще прозвучали выстрелы, он (Б.

) рефлекторно закрыл лицо руками, пуля попала ему в руки, он пытался убежать, другая пуля попала ему в спину, он пробежал еще несколько шагов.

Когда обернулся, увидел, что Водянов стоит перед ним и целится ему в лицо, пуля попала в лоб, он не смог открыть глаза, они были залиты кровью.

Показания А., положенные в основу приговора, так же не соответствуют изложенным в протоколе судебного заседания.

Так, в приговоре суд указал, что когда Водянов поднялся с земли, в руках у него был пистолет. Ничего не говоря, Водянов выстрелил в М., который упал на колени и закрыл лицо руками. Затем Водянов выстрелил в Б..

Испугавшись, что Водянов выстрелит в него, он побежал в сторону кафе, когда сделал пару шагов, раздалось еще два выстрела. После второго выстрела он почувствовал сильную боль в затылке, отчего упал.

Водянов пробежал мимо него, при этом сделав несколько выстрелов в сторону кафе.

Согласно протоколу, как только Водянов поднялся, он вытащил пистолет и выстрелил в лицо М., который упал на колени и закрыл лицо руками. Он (А.) испугался, развернулся и побежал в сторону кафе, сделал два шага, раздались выстрелы, и он почувствовал боль в затылке и упал. Он увидел, как Водянов произвел еще несколько выстрелов, стрелял в сторону Б. и в сторону отдыхающих.

Ссылаясь в приговоре на доказательства, подтверждающие, по мнению суда, те или иные фактические обстоятельства, необходимо раскрыть их содержание.

Судом это требование закона не выполнено.

Перечисляя письменные материалы дела, изобличающие Водянова, суд сослался на другие материалы дела, не указав какие конкретно и не раскрыв их содержание.

По изложенным выше основаниям приговор нельзя признать обоснованным, в связи с чем, в силу п.1 ч.1 ст.379 УПК РФ он подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

При новом судебном рассмотрении необходимо учесть вышеизложенное, доводы, приведенные в кассационной жалобе, и вынести законное и обоснованное решение.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Демидовского районного суда Смоленской области от 9 февраля 2011 года в отношении Водянова Н.С. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.

Председательствующий: Фурман Т.А.

Судьи: Коваленко О.Ю.

Журкова Н.В.

Электронный текст документаподготовлен ЗАО “Кодекс” и сверен по:

файл-рассылка

Источник: //docs.cntd.ru/document/472514557

Необоснованные обыски и аресты. Как это делается в Америке

Подлежит ли отмене приговор,  если он основан на доказательствах?

Четвертая поправка к Конституции США запрещает «необоснованные обыски и аресты» (unreasonable searches and seizures).  Ордер (warrant) на обыски и аресты выдается лишь при наличии «достаточного основания» (probable cause).  

(Слово «seizure» здесь может означать как арест или изъятие имущества, так и арест или задержание человека.  Замечу, что в американской терминологии «арест»(arrest) человека включает в том числе и его задержание полицией без судебной санкции, ввиду чего я далее не разграничиваю арест и задержание.) 

На практике данная конституционная норма означает, что по общему правилу обыски и аресты осуществляются по разрешению суда.  Однако суды сформулировали ряд исключений из этого правила. 

Что касается обысков и изъятия имущества, к таким исключениям относятся следующие:

  • обыски при законном аресте (searches incident to a lawful arrest);
  • обыск в чрезвычайных обстоятельствах, таких как погоня по горячим следам (emergency);
  • изъятие доказательств, находящихся на виду (plain view exception);
  • обыски с согласия обыскиваемого (consent search);
  • обыск автомобиля (motor vehicle exception) и
  • некоторые другие. 

В этих случаях обыск можно проводить без ордера (warrant), но, как правило, все равно лишь при наличии достаточного основания (probable cause).  Иногда – а именно, для краткосрочного задержания и поверхностного досмотра (stop and frisk) – достаточно выполнения более слабого стандарта, известного как «разумное подозрение» (reasonable suspicion).

Если указанные условия (наличие ордера или одного из признаваемых судами исключений) не выполнены, то полученные в результате незаконного обыска или ареста доказательства должны быть исключены из рассмотрения при разрешении судом соответствующего уголовного дела.  Основанный на подобных доказательствах приговор подлежит отмене.  Кроме того, жертва незаконного обыска или ареста может предъявить правоохранителям гражданский иск о нарушении своих конституционных прав. 

За последнее время Верховный Суд США рассмотрел четыре важных дела, требующих судебной интерпретации Четвертой поправки.  По одному из них решение уже вынесено, по остальным слушания прошли, а решение ожидается.

1. Дело о роковом телефоне

Carpenter v. United States (argued on Nov. 29, 2017)

//en.wikipedia.org/wiki/Carpenter_v._United_States

Тимоти Карпентер подозревался в участии в серии разбойных нападений (вооруженные бандиты грабили магазины, торгующие смартфонами).  Как и 90% жителей США, подозреваемый постоянно пользовался сотовым телефоном. 

ФБР обратилось к телефонной компании подозреваемого и получило данные с базовых станций сотовой связи, содержащие информацию о местонахождении и передвижениях абонента в течение 127 дней.  ФБР получило эти данные без судебного ордера, что является стандартной практикой в отношении такого рода информации. 

(Отмечу, что согласно прецеденту Smith v. Maryland от 1978 года, без ордера полиция не может прослушивать телефон, но может получить данные о номерах, с которыми связывался абонент. В 2016 году компании Verizon и AT&T получили 125 тысяч запросов от правоохранительных органов на данные о мобильных телефонах.)

В результате выяснилось, что в четырех случаях подозреваемый в момент ограбления находился в месте ограбления (точнее, не далее двух миль от него).  Данные, полученные от телефонной компании, стали решающим доказательством в уголовном деле.  Подсудимый был осужден на 119 лет тюрьмы.

Защита Карпентера обжалует приговор, ссылаясь на то, что сбор правоохранительными органами информации о передвижениях владельца телефона является «обыском» (search) в смысле Конституции США, а потому требует судебного ордера.  Поскольку такового получено не было, соответствующие доказательства следует признать недопустимыми, а основанный на них приговор отменить. 

Обвинение возражает в том смысле, что у абонента сотовой компании не может быть разумных ожиданий приватности данной информации, так как она находится в распоряжении третьего лица (сотовой компании).

Апелляция оставила жалобу без удовлетворения.  Дело дошло до ВС США. 

Что должен решить суд?

А. Отменить приговор.

Б. Оставить приговор в силе.

Issue: Whether the warrantless seizure and search of historical cellphone records revealing the location and movements of a cellphone user over the course of 127 days is permitted by the Fourth Amendment.

Carpenter v. United States

Допускает ли Четвертая поправка изъятие и анализ исторических данных о сотовом телефоне, содержащих сведения о местонахождении и передвижениях абонента в течение 127 дней?

Это дело может стать настоящей сенсацией, если ВС прислушается к аргументам заявителя и сформулирует те или иные ограничения на сбор правоохранительными органами данных о местоположении абонентов сотовых операторов.  А тем более, если на основании этих аргументов будет отменен спорный приговор!

2. Дело об арендованной машине

Byrd v. United States (argued on Jan. 9, 2018)

Латаша Рид взяла в аренду автомобиль.  Договор аренды устанавливал, что другие водители не должны допускаться к управлению.  Тем не менее она позволила своему бойфренду, Терренсу Бирду, взять машину. 

Полиция остановила автомобиль в связи с незначительным нарушением (движение в левой полосе при свободной правой).  Обнаружив, что имя водителя не значится в договоре аренды, а сам водитель находится в розыске в другом штате, полицейские решили обыскать машину.  В багажнике они обнаружили 49 брикетов героина.

Бирду предъявляют обвинение в хранении наркотиков с целью сбыта.  На суде защита заявляет ходатайство о признании недопустимыми полученных при обыске автомобиля доказательств. 

По мнению защиты, автомобиль был обыскан без достаточных оснований, а значит, доказательства получены с нарушением Конституции США. 

Обвинение возражает в том смысле, что у Бирда не могло быть разумных ожиданий приватности в арендованном автомобиле, поскольку Бирд не значился в договоре аренды.  По мнению же защиты, такие ожидания были, поскольку арендатор разрешил Бирду взять машину.

Суд отклонил ходатайство.  В результате подсудимый признал себя виновным и получил 10 лет тюрьмы.  Апелляция утвердила приговор.  Затем дело дошло до ВС США. 

Что должен решить суд?

А. Отменить приговор.

Б. Оставить приговор в силе.

Issue: Whether a driver has a reasonable expectation of privacy in a rental car when he has the renter's permission to drive the car but is not listed as an authorized driver on the rental agreement.

Byrd v. United States

Есть ли у водителя разумное ожидание приватности в арендованном автомобиле, если он получил разрешение арендатора вести машину, но не значится в списке допущенных водителей по договору аренды?

3. Дело о быстром мотоцикле

Collins v. Virginia (argued on Jan. 9, 2018)

//en.wikipedia.org/wiki/Collins_v._Virginia

Полицейские неоднократно пытались остановить оранжево-черный мотоцикл, носящийся по округе со скоростью свыше 140 миль в час, но не могли его догнать.  По номеру мотоцикла полицейские нашли его предыдущего владельца, от которого узнали, что тот продал его некому Райану Коллинзу.  Мотоцикл, как выяснилось, был краденым, о чем продавец честно предупредил покупателя. 

В фейсбуке Коллинза полицейские обнаружили фотографии Коллинза вместе с искомым мотоциклом, сделанные возле дома Коллинза.  Полицейский направился к этому дому, не имея ордера. 

С улицы полицейский увидел некий мотоцикл, стоящий возле дома и прикрытый брезентом (одно колесо высовывалось из-под брезента).  Тогда полицейский подошел по подъездной дорожке к мотоциклу и откинул брезент.  Сличив номер VIN, полицейский установил, что это тот самый краденый мотоцикл. 

Полицейский арестовал Коллинза за хранение краденого имущества.  В кармане Коллинза при обыске, совершенном в связи с арестом, обнаружился ключ от мотоцикла. 

Коллинзу предъявляют обвинение в хранении краденого.  Однако защита заявляет ходатайство об исключении доказательств, полученных при обыске у дома Коллинза.

По мнению защиты, полицейский нарушил Конституцию США, войдя на прилегающий к дому подозреваемого участок, не имея ни судебного ордера, ни достаточного основания. 

Обвинение возражает в том смысле, что в данном случае применимо «автомобильное исключение», позволяющее правоохранительным органам обыскивать автомобиль без ордера.  Защита же полагает, что это исключение не распространяется на автомобили и мотоциклы, припаркованные на частном участке.

Суды штата в трех инстанциях решили дело в пользу полиции. Коллинзу был вынесен обвинительный приговор. Дело дошло до ВС США.  Что должен решить суд?

А. Отменить приговор.

Б. Оставить приговор в силе.

Issue: Whether the Fourth Amendment's automobile exception permits a police officer, uninvited and without a warrant, to enter private property, approach a house and search a vehicle parked a few feet from the house.

Collins v. Virginia

Позволяет ли «автомобильное исключение» полицейскому, не имеющему разрешения или ордера, войти на частный участок, подойти к дому и обыскать транспортное средство, припаркованное в нескольких футах от дома?

4. Дело о развеселой вечеринке

District of Columbia v. Wesby, 138 S.Ct. 626 (2018)

(argued on Oct. 4, 2017; opinion of Jan. 22, 2018)

District of Columbia v. Wesby

//www.law.cornell.edu/supremecourt/text/15-1485

Полиция получила от местных жителей жалобу на громкую музыку в доме, который вообще-то считался пустующим.  Полицейские вошли в дом и обнаружили, что в нем происходит разгульная вечеринка со спиртными напитками, марихуаной и стриптизом.  

Некоторые участники вечеринки попытались спрятаться, но полицейские всех нашли и допросили.  Ответы были крайне невнятными и противоречивыми, но две девушки сказали, что устроить здесь вечеринку разрешила некая «Пичес» (Peaches), а сама она вышла в магазин. 

Полицейские поговорили по телефону с этой Пичес, которая сильно нервничала.  Она вначале сказала, что сняла этот дом и пригласила друзей на вечеринку, но потом призналась, что никаких прав на дом у нее нет.

  Вернуться в дом она отказалась, сказав, что не хочет, чтобы ее арестовали.

  Тогда полицейские дозвонились до собственников, которые заявили, что они обсуждали возможность аренды с Пичес, но договор с ней не заключали, и что они никому не разрешали входить в дом.

В результате полицейские задержали участников вечеринки за незаконное вторжение в дом.  Впоследствии, однако, все они были отпущены, а обвинения были сняты. 

Несколько участников вечеринки предъявляют властям иск о нарушении их конституционных прав.  По мнению истцов, их задержали безосновательно.  Ведь их же пригласила Пичес, а они не знали, что у нее не было на это права! 

По мнению же властей, обстоятельства свидетельствовали об одном: участники вечеринки забрались в дом, прекрасно понимая, что делают это незаконно.  А значит, для ареста было достаточное основание. 

Суды в двух инстанциях удовлетворили иск, сочтя задержание незаконным. Дело дошло  до ВС США.  Что должен решить суд?

А. Удовлетворить иск.

Б. Отказать в иске.

С учетом всех обстоятельств дела, было ли у полицейских достаточное основание полагать, что участники вечеринки нарушили закон?

По этому делу, в отличие от предыдущих, решение ВС США уже вынесено и опубликовано.

Ответ:

ВС США единогласно отменил решения нижестоящих судов (об удовлетворении иска) и направил дело на новое рассмотрение.

Holding: (1) The police officers had probable cause to arrest several partygoers who later sued for false arrest under the Fourth Amendment and District of Columbia law, and (2) the officers are entitled to qualified immunity.

District of Columbia v. Wesby

(1) По заключению ВС, у полицейских было достаточное основание для ареста участников вечеринки. 

С учетов всех обстоятельств в совокупности (totality of the circumstances) (попытка спрятаться, противоречивые показания и т.п.

), полицейские сделали вполне разумное умозаключение (entirely reasonable inference): подозреваемые осознавали, что они находятся в доме незаконно.

  Разумный полицейский мог заключить, что в данном случае была «существенная вероятность преступной деятельности» (substantial chance of criminal activity). А значит, было и достаточное основание для ареста. 

(2) Даже если предположить, что достаточного основания на самом деле не было, у полицейских были разумные основания полагать, что оно было (reasonably but mistakenly concluded that probable cause was present).  А раз так, то по американским правилам полицейские защищены «ограниченным иммунитетом» (qualified immunity).  То есть предъявленный им иск подлежит отклонению.

Помимо прочего, ВС указал, что даже добросовестная (допустим) вера подозреваемых в то, что у них было право войти в дом, не обязательно означает, что у полиции не было достаточного основания для их ареста.  Полицейские могли сделать вывод об умысле на правонарушение (guilty state of mind) исходя из поведения подозреваемых и не обязаны были принимать их отговорки за чистую монету. 

В этом деле ВС не сформулировал каких-либо новых прецедентных правил, но применил уже существующие к довольно экзотическим фактам дела.

См. также:

Chemerinsky: A quartet of Fourth Amendment cases to watch (ABA Journal News, March 8, 2018)

Источник: //zakon.ru/Blogs/neobosnovannye_obyski_i_aresty _kak_eto_delaetsya_v_amerike/73217

Определение ск верховного суда рф от 24.06.2010 n 23-о10-5

Подлежит ли отмене приговор,  если он основан на доказательствах?

Справка к документу

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 июня 2010 г. N 23-О10-5

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

в составе: председательствующего Борисова В.П., судей Ламинцевой С.А. и Пейсиковой Е.В.,

при секретаре Ядренцевой Л.В.

рассмотрела в судебном заседании от 24 июня 2010 г. кассационную жалобу адвоката Дугаевой Л.У. на приговор Верховного суда Чеченской Республики от 29 марта 2010 г., по которому

Адаев А.Л.

,

осужден

по ч. 2 ст. 209 УК РФ к лишению свободы на 9 (девять) лет;

по ч. 2 ст. 322 УК РФ к лишению свободы на 2 (два) года;

по ст. 317 УК РФ к лишению свободы на 13 (тринадцать) лет;

по ч. 3 ст. 222 УК РФ к лишению свободы на 5 (пять) лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно ему назначено наказание в виде лишения свободы на 15 (пятнадцать) лет в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск войсковой части …, заявленный в уголовном деле, оставлен без рассмотрения.

Определением от 29 марта 2010 г. прекращено уголовное преследование в отношении Адаева А.Л.:

по ч. 2 ст. 208 УК РФ и по ч. 3 ст. 205 УК РФ – по основаниям, предусмотренным п. 2.ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в его действиях состава преступления;

по ч. 1 ст. 188 УК РФ – в связи с отсутствием согласия выдавшей его Республики на привлечение к уголовной ответственности по этому обвинению.

На это определение кассационные жалобы или представление не принесены.

Заслушав доклад судьи Ламинцевой С.А., объяснения адвоката Лунина Д.М. в защиту интересов осужденного Адаева А.Л., мнение прокурора Гавришиной У.М., полагавшей, что приговор надлежит оставить без изменения, Судебная коллегия установила:

Адаев А.Л.

признан виновным в участии в устойчивой вооруженной группе (банде) и совершаемых ею нападениях; в том, что в составе организованной группы незаконно пересек охраняемую Государственную границу Российской Федерации без установленных документов и надлежащего разрешения; совершил посягательство на жизнь военнослужащих Федеральной пограничной службы России в целях воспрепятствования их законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а также в том, что незаконно приобрел, носил и хранил огнестрельное оружие, совершив эти действия в составе организованной группы.

Преступления совершены в 2002 г. при обстоятельствах, указанных в приговоре.

Судебное разбирательство по делу проведено в отсутствии Адаева А.Л. на основании ч. 5 ст. 247 УПК РФ в связи с тем, что он находится за пределами территории Российской Федерации и в течение длительного времени уклоняется от явки в суд, обвиняясь в совершении особо тяжких преступлений.

На предварительном следствии допрошенный в качестве обвиняемого Адаев А.Л. виновным в совершении преступлений признал себя частично, а именно: в незаконном пересечении … – российской границы.

В кассационных жалобах (основной и дополнительной) адвокат Дугаева Л.У. в защиту интересов Адаева А.Л. просит об отмене приговора в отношении Адаева и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

Адвокат указывает на то, что в деле отсутствуют достаточные доказательства вины Адаева, а выводы суда относительно виновности Адаева основаны на предположениях, инициированных политическими мотивами.

Доказательства вины Адаева, изложенные в приговоре, адвокат считает противоречивыми, кроме того, адвокат полагает, что в основу приговора положены доказательства, полученные в ходе предварительного следствия с нарушением требований уголовно – процессуального закона.

К таковым, в частности, адвокат относит протоколы опознания Адаева свидетелями по ксерокопиям фотографий, которые адвокат наряду с другими доказательствами, приведенными в приговоре, считает недопустимыми доказательствами. Адвокат ссылается в связи с этим и на то, что допрос Адаева А.Л.

в качестве обвиняемого от 06.08.2002, на который суд сослался в приговоре, произведен на грузинском языке, и показания записаны на грузинском языке. Этот протокол, как отмечает адвокат, был переведен на русский язык, но имеющаяся в деле ксерокопия переведенного протокола не оформлена надлежащим образом.

Далее адвокат указывает на то, что, основывая свои выводы на материалах предварительного следствия, суд не учел того, что предварительное следствие велось поверхностно, с обвинительным уклоном, в частности, когда при допросе обвиняемого, потерпевших и свидетелей не выяснялись обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, и не уточнялся источник осведомленности допрашиваемых лиц о тех или иных событиях, касающихся обстоятельств дела, показания допрашиваемых лиц не проверялись с помощью других доказательств. Адвокат подчеркивает, что доказательства, добытые в ходе предварительного следствия с нарушением процедуры их получения, не должны быть использованы при отправлении правосудия.

Государственный обвинитель принес возражения на кассационную жалобу адвоката Дугаевой Л.У., в которых просит оставить жалобу без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы адвоката и возражений на нее, Судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

Согласно ст. 380 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Согласно требованиям ст. 240 УПК РФ в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию.

Суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключение эксперта, осматривает вещественные доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств.

Оглашение показаний, данных при производстве предварительного следствия, возможно лишь в случаях, предусмотренных ст. 276 и 281 УК РФ.

Приговор может быть основан лишь на доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Судом в приговоре в обоснование выводов о виновности Адаева А.Л. приводится большое количество показаний потерпевших и свидетелей, данных ими в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании.

Однако Судебная коллегия считает, что в данном случае оглашение показаний всех потерпевших и свидетелей, ранее данных ими при производстве предварительного расследования, не соответствует условиям судебного разбирательства, установленным ст. 240 УПК РФ.

Основные принципы уголовного процесса – принципы непосредственности, устности, состязательности судебного разбирательства, судом выполнены не в полной мере.

Как следует из протокола судебного заседания, государственный обвинитель заявил ходатайство об оглашении в судебном заседании показаний неявившихся потерпевших и свидетелей, данных ими в ходе предварительного следствия, мотивируя свое ходатайство тем, что все потерпевшие и свидетели были надлежаще извещены о дате и времени судебного разбирательства (т. 22 л.д. 3 об.)

По заявленному ходатайству государственного обвинителя суд принял решение об оглашении показаний всех имеющихся потерпевших и свидетелей, не явившихся в судебное заседание.

Между тем, судом не выяснялись причины неявки подавляющего большинства свидетелей и потерпевших из списка, приложенного к обвинительному заключению, а также причины, по которым не были доставлены в судебное заседание лица, находящиеся под стражей в тех исправительных учреждениях или следственных изоляторах, которые были известны суду.

Таким образом, суд не установил невозможность явки в судебное заседание потерпевших и свидетелей, в том числе, содержащихся под стражей.

Не установил суд и чрезвычайность обстоятельств, в силу которых была бы невозможна явка в судебное заседание потерпевших и свидетелей, подлежащих вызову в судебное заседание.

При таких условиях показания всех потерпевших и свидетелей, указанных в списке, приложенном к обвинительному заключению, данные ими в ходе предварительного следствия, были оглашены судом и положены в основу приговора.

Не были доставлены для допроса в судебном заседании и свидетели, находящиеся под стражей.

Между тем допрос свидетелей и потерпевших непосредственно в судебном заседании с проверкой их показаний с помощью других доказательств в данном конкретном случае, когда уголовное дело слушалось в отсутствии подсудимого Адаева А.Л., являлся важным, поскольку это позволило бы суду исследовать обстоятельства, которые могли повлиять на его выводы.

Из протокола судебного заседания следует, что при оглашении показаний свидетелей, данных ими на предварительном следствии, адвокат Дугаева Л.У., защищавшая интересы Адаева А.Л., делала заявления о том, что “не установлен источник осведомленности свидетелей”, что ряд следственных действий, проведенных с участием свидетелей, защита считает недопустимыми или неотносимыми доказательствами.

Суд не отреагировал на эти заявления, не приняв всех предусмотренных законом мер по обеспечению явки в судебное заседание свидетелей и потерпевших, по восполнению противоречий в оценке доказательств, которые были обозначены защитой.

Огласив при отсутствии достаточных для этого оснований показания всех потерпевших и свидетелей со стороны обвинения, суд нарушил требование закона о равноправии сторон в исследовании доказательств в судебном заседании при состязательной форме правосудия, лишив, другую сторону возможности получить ту или иную информацию от допрашиваемых лиц, на что по существу адвокат ссылается в своей кассационной жалобе.

Кроме того, таким подходом к ведению судебного следствия суд нарушил установленное п. “д” ч. 3 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод право Адаева А.Л. (в данном случае посредством адвоката, защищающего его интересы) на то, “чтобы допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены”.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ и ч. 1 ст. 381 УПК РФ нарушение уголовно – процессуального закона является основанием для отмены приговора кассационной инстанцией, если оно повлияло или могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, поскольку создало в данном случае возможность для осуждения Адаева на основе непроверенных доказательств.

При таких данных Судебная коллегия приходит к выводу о том, что постановленный в отношении Адаева А.Л. приговор подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить указанные выше нарушения уголовно-процессуального закона, тщательно исследовать собранные по делу доказательства, в том числе с проверкой доводов жалобы адвоката Дугаевой Л.У., защищающей интересы Адаева А.Л.

По результатам судебного следствия суду надлежит разрешить вопрос о виновности или невиновности Адаева, а в случае вывода о его виновности решить вопрос о правильности квалификации его действий и другие вопросы, вытекающие из уголовного дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия определила:

приговор Верховного суда Чеченской Республики от 29 марта 2010 года в отношении Адаева А.Л. отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Меру пресечения в отношении Адаева А.Л. оставить прежнюю заключение под стражу.

Председательствующий

Борисов В.П.

Судьи

Ламинцева С.А.

Пейсикова Е.В.

Источник: //www.echr.ru/documents/doc/54976061/54976061.htm

Автоправо
Добавить комментарий