Побой при семейном конфликте

Суды начали наказывать супругов за семейные ссоры

Побой при семейном конфликте

Новая тенденция: суды стали активно наказывать супругов за семейные ссоры с рукоприкладством. Кухонная ругань становится и подсудной, и накладной.

В Нижегородской области суд вынес решение, которое можно назвать прецедентным. За домашнюю ссору наказаны оба супруга, потому что оба хороши. Каждая половинка должна заплатить по пять тысяч рублей. Так что кухонные разборки пробили в семейном бюджете воспитательную брешь в десять тысяч рублей.

Как сообщили в объединенной пресс-службе судов общей юрисдикции Нижегородской области, семейная сцена разыгралась 22 января. Накал страстей чувствуется даже в сухих строчках пресс-релиза.

За побои станут наказывать строже: штрафы исключат

“На почве личных неприязненных отношений между супругами С., находившимися дома, произошел конфликт, в ходе которого муж нанес кулаком правой руки три удара по голове жене, а жена нанесла один удар ногой мужу в пах, – говорится в сообщении. – Оба супруга испытали физическую боль”.

Ровно через три дня супруги предстали перед судом. Страсти к тому времени уже улеглись. В том числе, видимо, и благодаря оперативному вмешательству правоохранителей.

“В судебном заседании супруги С. вину признали, раскаялись в совершенных правонарушениях”, – сообщают в суде. До уголовной статьи супружеские синяки недотягивали. Поэтому мужу и жене вменили статью КоАП “Побои”. Учитывая, что супруги успокоились и помирились, суд обошелся с ними мягко.

А так мог бы отправить под административный арест или на обязательные работы. Совместный труд по вечерам на благо общества (подметать дорожки, красить заборы и т.д.) помог бы научить супругов мирно решать семейные проблемы.

Впрочем, в будущем этот юридический рецепт еще может пригодиться другим.

Такие дела стали результатом действия новых правил, по которым любителей подраться на дому привлекают к ответу. Сегодня полиция уже не разводит руками перед жертвами домашних конфликтов, мол, вот убьет, тогда приходите. Сейчас у стражей порядка есть рычаги, чтобы заставить дебошира ответить.

В целом согласно судебной статистике число граждан, наказанных за побои, выросло более чем в пять раз. Как сообщили в Судебном департаменте, в прошлом году за шесть месяцев по статье КоАП “Побои” были наказаны 51,6 тысячи человек. Из них 4,3 тысячи побывали под административным арестом. А 6,8 тысячи искупили провинность на обязательных работах в свободное время на благо общества.

Новые правила вывели семейные побои из-под действия принципа презумпции невиновности

Напомним, в прошлом году были приняты резонансные поправки в Уголовный кодекс. Помимо прочего они декриминализировали статью “Побои”.

Точнее, рукоприкладство было разделено на бытовое (за него наказывают в рамках КоАП) и хулиганское, а также совершенное по мотивам расовой, религиозной или политической ненависти.

За это привлекают к уголовной ответственности. Статья УК “Побои” также работает.

По данным Судебного департамента, по этой статье за шесть месяцев были осуждены 2,7 тысячи человек. Новые нормы значительно упростили наказание сторонников кулачного права. Теперь для наказания драчуна достаточно протокола полиции и справки из травмпункта. Поэтому ни соседи-драчуны, ни уличные хамы уже не могут чувствовать себя хозяевами положения.

Правда, новые нормы до сих пор вызывают критику. Некоторые СМИ и “специалисты” по-прежнему рассуждают о том, что якобы теперь семейное насилие разрешено. Юридически правильно говорить: семейные побои выведены из-под действия презумпции невиновности.

Названа самая распространенная причина разводов

При прежних нормах правоохранители чаще всего отказывали в возбуждении уголовного дела и предлагали жертвам самостоятельно подавать в суд на обидчика. По данной статье был предусмотрен уголовный процесс в порядке частного обвинения, когда обвинителем выступает не прокурор, а жертва.

Поэтому в семейные конфликты правоохранители предпочитали не вмешиваться. Отсюда и страшные истории, когда затянувшаяся семейная тирания заканчивалась кровью.

Сейчас же правоохранителям не надо даже заявления от жертв. Достаточно звонка соседей, что за стенкой дерутся.

Доказательствами могут служить видеозаписи, показания свидетелей (к которым ниже требования, чем в уголовном процессе), справки из травмпункта.

Правозащитник Александр Хуруджи в беседе с корреспондентом “РГ” не исключил, что число наказаний за побои будет расти. “Но здесь надо анализировать практику, – сказал он. – По сути сегодня правоохранители могут вмешаться в семейные дела и тогда, когда вмешиваться не стоит. Например, отправить под административный арест на 15 суток отца за подзатыльник ребенку.

А поводом для возбуждения производства может стать сигнал прохожих: кто-то на улице снимет на мобильный телефон, как, скажем, отец дал подзатыльник ребенку, бросившемуся перебегать улицу на красный свет. А отчетность в правоохранительных органах никто не отменял. Вполне возможно, что ради улучшения показателей отца накажут.

Поэтому сейчас надо внимательно следить, по какому пути пойдет практика, и не допустить перегибов”.

Источник: https://rg.ru/2018/02/19/sudy-nachali-nakazyvat-suprugov-za-semejnye-ssory.html

Домашнему насилию дадут бой

Побой при семейном конфликте

В России может быть введен институт предписаний для защиты жертв домашнего насилия на основании задокументированного факта насилия вне зависимости от семейного статуса и места проживания нарушителя и жертвы, следует из текста законопроекта «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации». Предписание может действовать от месяца до года и запрещать нарушителю выходить на контакт с пострадавшими. Также в документе предусмотрены различные меры профилактики домашнего насилия: от просвещения и бесед до принудительного прохождения специальных психологических программ.

В пятницу на сайте Совета федерации РФ опубликован проект закона «О профилактике семейно-бытового насилия» (.pdf), разработанный членами нижней и верхней палат парламента.

Документ закрепляет в правовом поле такие понятия, как «семейно-бытовое насилие», «лица, подвергшиеся ему», «нарушитель» и «профилактика семейно-бытового насилия».

Нарушителем может стать лицо, достигшее совершеннолетия, «совершившее или совершающее семейно-бытовое насилие» — «умышленное деяние», причиняющее вред или содержащее угрозу причинения «физического, психического страдания или имущественного вреда».

Новым законом могут быть защищены супруги, в том числе бывшие, а также лица, имеющие общих детей, близкие родственники и сожители.

Отметим, в феврале 2017 года Владимир Путин подписал закон о декриминализации побоев в семье. Закон перевел побои близких родственников из разряда уголовных преступлений в административное правонарушение в случаях, когда такой проступок совершен впервые.

В мае 2018 года председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин сообщил об участившихся случаях домашнего насилия из-за декриминализации этого вида правонарушения.

Опубликованные в августе 2018 года результаты опроса фонда «Общественное мнение» (ФОМ) показали, что более половины (55%) россиян считают, что за домашнее насилие должно быть предусмотрено уголовное наказание.

По мнению экспертов HRW, последствия декриминализации являются «исключительно негативными», а закон «усилил ощущение безнаказанности для агрессора» и «добавил проблем процессуального характера».

Полемика вновь активизировалась в связи с делом сестер Хачатурян, которых обвиняют в убийстве отца «по предварительному сговору», тогда как защита сестер настаивает, что убитый несколько лет подвергал их насилию и они пошли на необходимую самооборону.

Законопроект о борьбе с домашним насилием планируют внести до 1 декабря. О поддержке проекта неоднократно заявляла спикер Совета федерации Валентина Матвиенко. В защиту женщин от домашнего насилия проходят пикеты по всей стране. В противовес им выступают общественные организации, обвиняющие авторов проекта в лоббировании антисемейных интересов.

Авторы проекта закона «О профилактике семейно-бытового насилия» вводят новые для российской юрисдикции понятия — «защитное предписание» и «судебное защитное предписание». В первом случае речь идет о протоколе сотрудника полиции, во втором — о судебном акте, в котором «определяются меры защиты лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию».

Согласно документу, защитные предписания выносятся «незамедлительно» после установления факта совершения домашнего насилия сотрудником полиции, к которому поступило заявление или сообщение. При этом вынести его можно с согласия лиц, подвергшихся насилию, или их представителей.

Защитное предписание запретит нарушителю «совершать семейно-бытовое насилие», общаться или вступать в любые контакты с пострадавшим (в том числе звонить или писать в социальных сетях), пытаться выяснить его местонахождение. Срок действия предписания — 30 суток, но может быть продлен по заявлению жертвы «из-за сохраняющейся угрозы».

Вынесение и продление срока предписания можно обжаловать в суде. На время предписания нарушитель ставится на профилактический учет и контроль органами МВД.

Если защитное предписание не обеспечивает безопасность пострадавших, полиция может обратиться в суд за судебным защитным предписанием, которое может выдаваться на срок от 30 дней до одного года.

Суд может ужесточить меры воздействия на нарушителя: обязать пройти психологическую программу, покинуть совместное с жертвой место жительства на срок действия предписания, отдать пострадавшему его личное имущество и документы (если они удерживаются нарушителем).

В проекте указывается, что «неисполнение предписаний влечет ответственность, предусмотренную законодательством», но не разъясняется, какую именно.

Профилактику семейно-бытового насилия предлагается проводить в соответствии с законами «Об основах системы профилактики правонарушений в РФ» и «Об основах социального обслуживания граждан РФ» с учетом ряда особенностей. Речь идет о «комплексе мер», направленных как на помощь уже пострадавшим и наказание нарушителям, так и на «выявление и устранение причин и условий возникновения семейно-бытового насилия».

Предполагается, что меры профилактики будут направлены прежде всего на сохранение и поддержку семьи с учетом конфиденциальности.

Участие в мероприятиях по профилактике должно быть добровольным для всех, за исключением несовершеннолетних и недееспособных граждан.

Отвечать за профилактику семейно-бытового насилия будут органы внутренних дел, профильные министерства, прокуратура, омбудсмены, власти регионов и органы местного самоуправления, управления соцзащиты, кризисные центры и медорганизации, а также общественные организации.

Основанием для применения мер профилактики станут заявление о семейно-бытовом насилии, которое могут подать сама жертва или ее представители, и обращения любых граждан, «которым стало известно о свершившемся факте семейно-бытового насилия, а также об угрозах его совершения в отношении лиц в беспомощном и зависимом состоянии».

Инициировать процедуру помогут сведения, поступившие из любых органов власти, а также «организаций, должностных и других лиц». Меры профилактики будут применяться также по решению суда или после установленного сотрудником полиции факта совершения насилия или угрозы его причинения.

В документе подчеркивается, что заявления, жалобы и сообщения о домашнем насилии должны рассматриваться «незамедлительно».

Законопроект закрепляет виды профилактики домашнего насилия. Общая профилактика направлена на «повышение уровня грамотности граждан». Речь идет о правовом просвещении и информировании. Индивидуальная профилактика должна оказывать систематическое воспитательное воздействие на лицо, «действия которого носят противоправный характер», а также оказывать правовую и социальную помощь пострадавшим.

«С учетом сильных реверансов в сторону фундаменталистов и желания Совета Федерации получить мнение патриарха, у меня складывается ощущение, что все шесть лет борьбы за законопроект просто коту под хвост»,— сказала “Ъ” соавтор законопроекта, правозащитник Алена Попова.

По ее мнению, нужно вернуться к первоначальному варианту законопроекта, который был переработан Советом Федерации. «Те изменения, которые сейчас внес Совет Федерации в наш вариант, полностью разрушают систему защиты жертв насилия.

Согласно новым поправкам, выходит, что жертве предлагают сохранять семью с насильником, а НКО  будут примирять семью с насильником,— говорит госпожа Попова.— Мы постоянно рассказываем реальные истории жертв, когда после именно примирения насильник жертву убивал.

Сколько еще надо смертей, чтобы законодатели поняли, что закон должен быть не формальностью, причем бессмысленной, а идеальным и работающим в сторону защиты жертв».

«Мы зря рассчитывали, что тема домашнего насилия уже настолько освещена, что привлечено внимание к случаям насилия по отношению к пенсионерам, в отношении детей, в отношении женщин, что дополнительных аргументов дополнительных не потребуется,— отметила правозащитник Попова.— Оказалось, мы ошибались».

Госпожа Попова также напомнила, что «есть Конституция и надо просто соблюдать базовое право на защиту жизни и ненасилие». В отзыве, которые направили в Совфед она и другие соавторы законопроекта, указывается, что определение семейно-бытового насилия (ст.

2) в нынешнем варианте звучит как «умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического, психического страдания или имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

«В данной редакции оно полностью исключает из-под действия закона все виды физического насилия, так как данные виды насилия всегда содержат в себе признаки административного правонарушения или преступления»,— говорится в документе.

Также претензии у соавторов законопроекта к определению лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию.

Сейчас это должны быть «супруги, бывшие супруги, лица, имеющие общего ребенка, близкие родственники, а также совместно проживающие и ведущие совместное хозяйство иные лица, связанные свойством».

«В указанной формулировке отсутствуют лица, которые совместно проживают и ведут совместное хозяйство, но при этом не связаны свойством,— говорится в отзыве.

— Между тем, до 12% семей живут длительно в незарегистрированном браке, а почти 30% семей проживали совместно и вели совместное хозяйство до заключения официального брака. Таким образом, в указанное определение должны быть включены лица, которые совместно проживают и ведут совместное хозяйство, а также лица, которые ранее совместно проживали и вели совместное хозяйство».

Что касается защитного предписания, то в отзыве отмечается, что в законопроекте отсутствует пояснение, какой именно протокол и в соответствии с каким процессуальным законом составляется сотрудником ОВД для применения этого механизма.

Согласно нынешнему тексту законопроекта, защитным предписанием нарушителю запрещается общаться с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию, и предпринимать попытки выяснять место пребывания лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию.

«Целесообразно дополнить список запретов также запретом вступать в контакты с пострадавшим через третьих лиц либо иными способами, посещать место проживания и пребывания пострадавшего, места работы, учебы, лечения пострадавшего, а также приближаться к такому лицу на расстояние ближе, чем на 50 метров, если это лицо находится вне совместного места жительства или места пребывания с лицом»,— говорится в отзыве.

Адвокат Мари Давтян, которая также является одним из соавторов законопроекта и входит в рабочую группу по разработке законопроекта в Совете Федерации в разговоре с “Ъ” отметила, что представленная версия законопроекта не согласовывалась с ней, а также еще с несколькими членами рабочей группы: «Насколько я понимаю, сейчас ждут поправок от всех». В она охарактеризовала представленную редакцию как «не просто урезанную и сокращенную, но еще и во многом юридически безграмотную»: «Это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами. И это плохо!

Надо было думать не как уважить людей, которые видят в насилии скрепу, а как защитить тех, чьи жизнь и здоровье в опасности.

Мы предлагали нормальный текст, текст, который был бы эффективный. Закон должен быть не просто на бумажке, он должен быть эффективным. То, что предлагает Совфед сейчас, не просто неэффективно, это бесполезно».

Кира Дюрягина, Ксения Миронова, Валерия Мишина

В 2018 году международная неправительственная организация Human Rights Watch (HRW), осуществляющая документирование нарушений прав человека, подготовила доклад об изменении ситуации с домашним насилием в России после вступления в силу закона о декриминализации семейных побоев.

Исследователь HRW Юлия Горбунова говорила, что «в законе даже нет четкого определения домашнего насилия» и до сих пор нет конкретных цифр о его жертвах.

«По данным Росстата и Минздрава 2012 года, каждая пятая женщина подвергается насилию со стороны супруга или партнера, по данным МВД за 2008 год, большая часть тяжких насильственных преступлений приходится на преступления в отношении членов семьи. Однако полных данных до сих пор нет.

В том числе и из-за стигматизации жертв официальными лицами и неосведомленности самих пострадавших о том, куда и как обращаться»,— отмечала госпожа Горбунова.

В апреле 2019 года Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин признал РФ ответственной за нарушение права на защиту от побоев. Комитет опубликовал решение по жалобе жительницы Ачхой-Мартановского района Чечни Шемы Тимаговой, пострадавшей от домашнего насилия. Бывший муж ударил ее топором по голове, после чего она стала инвалидом.

Суд приговорил обидчика к девяти месяцам лишения свободы, но при этом указал, что нападение спровоцировала госпожа Тимагова, подав жалобу в суд. Комитет ООН признал, что Россия нарушила право заявительницы на защиту от дискриминации и насилия, а также рекомендовал властям принять меры общего характера по снижению случаев домашнего насилия в отношении женщин.

В частности, было рекомендовано криминализировать домашнее насилие, ввести судебные охранные ордера и разработать эффективные механизмы борьбы со стереотипами, обычаями и практикой, которые оправдывают насилие в семье. Уже после этого, в мае, аналитическое агентство «Михайлов и партнеры.

Аналитика» выяснило, что 39% россиян допускают применение силы к близким, а 10% не считают принуждение жены к сексу изнасилованием.

Ксения Миронова

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/4178345

Закон, провоцирующий семейные конфликты

Побой при семейном конфликте

Как сообщалось, 4 июля Президент России Владимир Путин подписал Федеральный закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности».

Закон принят Государственной Думой 21 июня 2016 года и одобрен Советом Федерации 29 июня 2016 года.

Православная общественность подвергла критике новую редакцию 116 статьи Уголовного кодекса РФ «Побои», вводящую уголовную ответственность за т.н. «семейное насилие» и побои в семье. Патриаршая комиссия по вопросам семьи, защиты материнства и детства выступила с официальным заявлением.

Сейчас предпринимаются попытки настроить православно-патриотическую общественность против Президента России Владимира Путина.

Ситуацию прокомментировал в интервью «Русской народной линии» православный юрист, член Общественной палаты Сахалинской области, руководитель Молодежного отдела Южно-Сахалинской и Курильской епархии протоиерей Виктор Горбач:

По идее данный закон был направлен на смягчение законодательства и освобождение российских судов от незначительных дел, связанных с конфликтами на бытовой почве. Но в рамках закона в статью «побои» была внесена новая отягчающая вину категория  –  близкие лица.

 Законодатель уравнивает «близких лиц» с экстремистами, хулиганами и сохраняет для них уголовную ответственность. А сами подобные дела переходят в разряд частно-публичного обвинения. Таким образом, уголовное дело будет заводиться даже без заявления пострадавшего.

Важно отметить, что побои  – это действия, не повлекшие никаких опасных для здоровья последствий, а тем более жизни пострадавшего, и теперь любой шлепок при желании может квалифицироваться как преступление.

В этом деле видна продуманная акция, которая вместо решения вопроса создает новые проблемы и разрушает стабильность нашего общества.

К сожалению, общественность очень поздно заметила эту проблему, поэтому и протесты по этому поводу были малочисленны.  

Как факт, в нашем обществе присутствуют противоборствующие силы: одни стремятся к тому, чтобы Россия стала самостоятельным и суверенным государством, ратуют за возвращение к исконным традициям и истокам, выступают за сохранение многовековых базовых ценностей государства Российского и его народа. Но есть и иные силы, желающие разрушить нашу страну, ибо считают, что ослабленная, разделенная Россия сможет лучше интегрироваться в западное общество, где проповедуются и действуют антисемейные ценности. 

Я уверен, что этот закон направлен на намеренное провоцирование семейных конфликтов и изъятие воспитательной роли семьи в жизни детей. 

Например, если произошел конфликт между посторонним людьми, то виновник зачастую избегает наказания, а семейный конфликт априори сделали отягчающим обстоятельством, что провоцирует подачу заявлений детьми.

Вследствие этого у родителей появляется страх, который не позволяет им проявлять принципиальность в воспитании. Подобная ситуация приведет к тому, что через 20-30 лет вырастет поколение людей, не способных на послушание, ибо знает только свои права, совершенно игнорируя свои обязанности.

И, совершенно определенно, эти люди всегда будут проигрывать в конкурентной борьбе тем, кто воспитан в традиционных семьях. 

И не стоит забывать об еще одной проблеме: в нашей стране весьма остро стоит вопрос мигрантов, в семьях которых сохраняется свой уклад жизни. А граждан России подобными решениями провоцируют не создавать семьи. Так что же нас ждет в этой ситуации?  

В такой ситуации Православной патриотической общественности нужно быть более активными в отстаивании принципиальных вопросов.

В наш век компьютерных технологий это сделать достаточно просто, ведь сегодня каждый человек может являться источником информации, создавая страницу в социальных сетях, находя друзей, знакомых, коллег и влияя на них посредством распространение важных новостей.

Важна активная позиция: кто, если не я. Необходимо, чтобы каждый человек осознавал свою ответственность и понимал, что от него многое зависит. 

Также очень важна поддержка общественных организаций, занимающихся вопросами  сохранения  семейных ценностей. Необходимо, чтобы на них обратили внимание предприниматели, которые должны активно участвовать в деятельности просемейных организаций.

Важно направить финансовые средства на выполнение этой миссии.

Нужны прозрачные программы, в которых прописаны все цели и задачи, и именно эта деятельность должна получить поддержку граждан и предпринимателей, которые понимают, что без финансовых вложений невозможно существование подобных организаций.

Жизненно необходимо создание родительских комитетов, в которых будут трудиться те, кто имеют к этой деятельности талант и желание посвятить свое время системному решению сложных вопросов. А все остальные должны им помогать в этом общем служении. Подобная солидарность является основой в любой деятельности. 

Убежден, что невозможно ать за подобные законы и одновременно считать себя патриотом России. Скоро выборы в Государственную Думу, поэтому родительская общественность обязана ставить перед политиками острые вопросы: насколько они участвуют в антисемейных законопроектах и каким образом защищают интересы нас – граждан. 

Нужно отметить, что многие родители не остаются в стороне, изо дня в день увеличивается общественная активность, а потому нельзя сетовать, что мы ничего не делаем и не решаем.

Конечно, пока наши силы еще не так влиятельны, как хотелось бы, но можно с уверенностью сказать, что в отличие от прошлого, мы прямо и открыто задаем наболевшие вопросы и стремимся быть услышанными. Неудивительно, что количество законопроектов, принимающих исподволь, увеличилось.

Как пример: нам жаждали внедрить и навязать ювенальную юстицию, но совместными усилиями удалось отстоять семью. 

При таких условиях нам необходимо находить союзников в решении этих жизненно важных общественных вопросов. Нужно научиться взаимодействовать с представителями различных политических сил и общественных движений. Если в данном вопросе они нас поддерживают, то нужно добиваться создания коалиции. 

К сожалению, в православном сообществе нередко царят апокалипсические настроения и недоверие к государству, дескать, всё пропало и вперед, –  в глухие леса! Это глупость. Ведь бегство – это путь слабых.

Если люди перестали бы заниматься самозакапыванием, то смогли бы решить многие важные вопросы. Пока человек живет, дышит – он может изменить не только свою жизнь, но и окружающую его действительность. Не нужно бояться неудач. Надо проявлять активность.

Нужно защитить право нормальных родителей, которых подавляющее большинство, самим решать, как им воспитывать своих детей.

Источник: http://ruskline.ru/news_rl/2016/07/06/zakon_provociruyuwij_semejnye_konflikty

Семейным тиранам хотят запретить контактировать со своими жертвами

Побой при семейном конфликте

пресс-служба депутата

«Парламентской газете» стали известны подробности законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия, подготовленного рабочей группой Госдумы и Совета Федерации при участии экспертов.

О главных задачах инициативы и предлагаемом механизме предупреждения опасных последствий домашних конфликтов изданию рассказала зампредседателя Комитета по вопросам семьи, женщин и детей и один из авторов документа Оксана Пушкина.

Участковый не сможет сказать: приедем, когда вас убьют

– Оксана Викторовна, раз обе палаты объединили свои усилия для разработки такого закона, значит, проблема домашнего насилия в нашей стране стоит достаточно остро, а действующие нормы не защищают пострадавших от семейных конфликтов?

– Данные статистики подтверждают, что с проблемой домашнего насилия сегодня сталкиваются многие российские семьи. Согласно исследованиям Росстата, количество жертв домашнего насилия неуклонно растёт.

Если в 2012 году пострадавшими от мужей-тиранов были признаны 24 тысячи россиянок, то за последние два года эта цифра увеличилась почти в два раза.

Следует учесть, что речь идёт только о возбуждённых уголовных делах, большая часть случаев домашнего насилия в эту статистику не попадает.

Уголовный Кодекс защищает граждан от всех форм насилия, в том числе семейного, но его нормы начинают действовать после совершения преступления.

Сегодня по факту избиения жены мужем уголовное дело может быть возбуждено только по заявлению самой потерпевшей или её законного представителя. Не секрет, что такие дела (а они квалифицируются как уголовное дело частного обвинения) возбуждаются со скрипом.

Мало кто из женщин, пострадавших от рук мужей-садистов, знает, как проходить судебно-медицинскую экспертизу и куда вообще нужно обращаться за помощью.

Читайте по теме

Даже если жертва насилия нашла в себе силы «снять побои» и заявление у неё приняли, у полиции всё равно нет инструментов, чтобы защитить женщину от супруга-тирана.

Участковый, конечно, может провести с ним профилактическую беседу, но за пределами отделения или зала суда сделать с агрессором ничего нельзя. По данным опроса, проведённым Санкт-Петербургским университетом экономики и управления, половина  случаев домашнего насилия происходит на регулярной основе.

 Получается, что до решения суда жертв насилия никто не защитит, а механизм профилактики этого социального зла вообще отсутствует.

– Какие меры борьбы с семейными тиранами предлагает ваш законопроект?

– В первую очередь, мы предлагаем дать определение домашнего насилия. Ведь нельзя же бороться с явлением, которое даже законодательно не закреплено.

Домашнее насилие, как следует из нашего законопроекта, — это умышленное противоправное деяние (действие или бездействие) или угроза его совершения в отношении одного или нескольких близких родственников (лиц). Также в законе будут перечислены различные виды насилия: психологическое, физическое, сексуальное и так далее.

Получив сообщение о домашнем насилии, сотрудник полиции уже не сможет ответить: «Вот когда вас убьют, мы  приедем и труп опишем». Он обязан будет выехать и отработать этот сигнал.

Обращаю ваше внимание, что мы не ставим своей целью ужесточать наказание для семейных тиранов. Хотя, согласно опросу Санкт-Петербургского университета экономики и управления, большинство россиян, поддерживает усиление уголовной ответственности в области семейно-бытового насилия.

  задача  законопроекта — предложить меры, направленные на предотвращение новых правонарушений и защиту пострадавших. В качестве таких мер может применяться та же профилактическая беседа, если, к примеру, в пылу ссору член семьи только угрожает рукоприкладством.

Но если тиран перешёл от слов к делу, то нашим законопроектом предусмотрены охранные меры для пострадавшей стороны — предупредительное или судебное защитное предписание.

Право на личную неприкосновенность важнее, чем право на собственность

– Противники законопроекта утверждают, что защитное предписание будет способствовать разрушению института семьи. Теперь каждая жена, как только муж повысит на неё голос, сможет выгнать его из дома, даже если квартира ей не принадлежит?

– Действительно, по статистике, чаще всего жертвами домашнего насилия становятся женщины. Но наша инициатива ставит целью защитить пострадавшую сторону, если есть угроза жизни, независимо от пола и возраста. Защитным предписанием сможет воспользоваться любой человек, если его совместное проживание под одной крышей с агрессором может привести к ещё более негативным последствиям.

  Уже доказано, что большинство трагедий со смертельным исходом происходит после первого обращения жертвы в полицию. Чтобы предупредить такие случаи, полиция и суд смогут выносить защитные предписания сроком от 1 до 12 месяцев. На это время обидчику могут предложить покинуть квартиру, даже если он является собственником жилья.

Кроме того, правонарушителю запрещается преследовать пострадавшего, приближаться к нему на расстояние, установленное судом, но не менее чем на 50 метров, его заставят передать пострадавшему его личное имущество и документы, если он их удерживает.

Отселение — это временная мера, применяемая в целях обеспечения безопасности потерпевшего от насилия в семье во многих странах мира, в том числе и у наших соседей в Казахстане и Узбекистане.

При разработке этой нормы мы исходили из того, что Конституция РФ гарантирует каждому человеку право на личную неприкосновенность.

Согласно главному закону страны, никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Очевидно, что значимость права человека не подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению несоизмеримо выше права распоряжаться и пользоваться частной собственностью.

  — А как закон будет действовать в отношении несовершеннолетних? Смогут ли органы опеки отбирать детей только за то, что родители на повышенных тонах выясняют отношения?

Читайте по теме

– Наш  законопроект не направлен на изменение существующих механизмов работы органов опеки и попечительства. Нормами Семейного Кодекса дети в нашей стране имеют право на защиту при нарушении своих прав и законных интересов.

Порядок отобрания ребенка из семьи установлен законодательством и мы его менять не собираемся.

Органы опеки могут отобрать ребёнка, только если есть угроза реального наступления негативных для него последствий в виде смерти или причинения вреда физическому или психическому здоровью.

Ещё раз повторяю, наш законопроект направлен на профилактику домашнего насилия и на сохранение семьи. Профилактические меры, которые мы предлагаем, это — не только защитное предписание, но межведомственное взаимодействие в каждом субъекте, мониторинг ситуации с насилием и система реадаптации, как для жертв, так и для их обидчиков.

-На какой стадии сейчас находится законопроект о профилактике семейно-бытового насилия и когда он будет внесён в Госдуму?

– Новая редакция документа, а над законом идёт работа почти 20 лет, разработана рабочими группами Госдумы и Совета Федерации под руководством вице-спикера Галины Кареловой. После парламентских слушаний в нижней палате парламента обсуждение документа перенесётся на площадку Совета Федерации. И только потом итоговый текст, где будут учтены все замечания и предложения, мы внесём в Госдуму.

Источник: https://www.pnp.ru/social/semeynym-tiranam-khotyat-zapretit-kontaktirovat-so-svoimi-zhertvami.html

Мировой опыт семейных конфликтов

Побой при семейном конфликте

Правозащитники представили очередной отзыв, критикующий представленный Советом федерации законопроект о профилактике семейно-бытового насилия.

Они предложили «не изобретать новые конструкции», а воспользоваться международной практикой, где уже давно выработаны эффективные определения и механизмы.

В частности, юристы напомнили, что нахождение в незарегистрированном браке не должно быть препятствием для получения мер защиты в ситуациях бытового насилия, как это происходит в российской практике сейчас и как подразумевается в законопроекте.

Правозащитная организация «Зона права» направила в Совет Федерации отзыв на опубликованный 29 ноября текущего года законопроект о профилактике семейно-бытового насилия (.doc). Напомним, законопроект начал разрабатываться рабочей группой при Минтруде в 2013 году, тогда же был написан основной текст документа. В 2016 году законопроект был внесен в Госдуму.

В пояснительной записке к документу отмечалось, что в России недостаточно развиты защитные механизмы для потерпевших (психологическая и юридическая помощь, сеть убежищ, реабилитационных центров), отсутствуют охранные предписания и программы по реабилитации.

В конце 2017 года в Госдуме вернулись к разработке документа, а вариант для общественного обсуждения представил в прошлую пятницу Совет федерации. Документ, который предполагалось внести в Госдуму до конца 2019 года, несмотря на введение понятия защитного предписания, запрещающего агрессору контактировать с жертвой, вызвал нарекания у ряда соавторов законопроекта.

Они отметили, что представленный вариант существенно переработан, и это не позволит жертвам насилия рассчитывать на защиту в полной мере.

В частности, юрист Алена Попова обращала внимание, что новый вариант определения семейно-бытового насилия касается «деяний, не содержащих признаки административного правонарушения или уголовного преступления», то есть полностью исключает из-под действия закона все виды физического насилия. Соответствующий отзыв был направлен в Совет федерации.

Директор общественной организации «Зона права» (представляет интересы родственников четырех женщин, погибших в результате семейных конфликтов в Северной Осетии, Чувашии, Орловской и Самарской областях) Сергей Петряков также направил в СФ отзыв юристов организации.

Сотрудничающая с «Зоной права» адвокат Валентина Фролова обратила внимание на практику международных органов по правам человека по делам о домашнем насилии в РФ, в том числе на решения Комитета по ликвидации дискриминации в отношении женщин (экспертный орган, наблюдающий за соблюдением Конвенции ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин) и постановления Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ).

«Мы призываем не изобретать новые конструкции,— говорится в документе.— Все необходимые определения уже существуют, они выработаны международным сообществом за годы активной практики по защите женщин от насилия в семье».

Авторы отзыва также отмечают, что данное в законопроекте определение домашнего насилия не соответствует нормам международного права.

Так, напоминают юристы, в Стамбульской конвенции Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием понятие «домашнего насилия» относится ко всем актам физического, сексуального, психологического или экономического насилия, которые происходят в кругу семьи или в быту или между бывшими или нынешними супругами или партнерами. Правозащитники напоминают, что число лиц, привлекаемых к административной ответственности за побои, ежегодно растет: «Согласно статистике судебного департамента при Верховном суде РФ за совершение побоев к административной ответственности привлекались в 2017 году 113 437 человек, в 2018 году — 120 807 человек».

Авторы отзыва отмечают, что законопроект не распространяется на находящихся или находившихся с обидчиком в незарегистрированных отношениях. Аналогичный правовой вопрос поднимался в деле «О. Г. против России», которое Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин рассматривал в ноябре 2017 года.

Тогда заявительница утверждала, что она стала жертвой насилия в семье со стороны своего бывшего партнера: мужчина был признан судом виновным в совершении в отношении заявительницы физического насилия, после чего начал преследовать ее и присылать сообщения с оскорблениями и угрозами.

В полиции женщине не смогли предоставить защиту, а при рассмотрении дела в комитете звучала позиция российских властей о том, что заявительница не являлась жертвой насилия в семье. Однако комитет указал, что «время, прошедшее с момента прекращения отношений, не имеет значения, как и тот факт, живут ли вместе лица, о которых идет речь».

К аналогичному выводу пришел ЕСПЧ в постановлении по делу «Володина против России»: акты преследования со стороны бывшего партнера заявительницы, с которым она не состояла в браке, рассматривались в качестве актов домашнего насилия. В мнениях по делу «С. Т.

против России» (о посягательстве на жизнь заявительницы бывшим супругом) Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин также рассматривал его как ситуацию домашнего насилия.

Валерия Мишина

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/4179668

Закон о семейных побоях защитил жертв домашнего насилия

Побой при семейном конфликте

Госдума приняла в третьем и окончательном чтении нашумевший закон о семейных побоях. Вопреки мнению скептиков, новые правила защищают жертв домашнего насилия. Так как упрощают наказание для тех, кто поднял руку на родных.

Новация в том, что наказание за семейные побои из уголовного становится административным. Теперь, когда в чьем-то доме бьется посуда и звенят пощечины, полиция не сможет развести руками, мол, вот убьет, тогда вызывайте. У нее появились весомые основания, чтобы приехать и разобраться.

Дебошира можно забрать, отвезти в суд и там потребовать 15 суток ареста за побои. До сих пор у правоохранителей не было подобных рычагов, чтобы оперативно вмешаться в семейную драму. Сейчас – будут.

Володин объяснил, почему Госдума декриминализует семейные побои

С другой стороны, родители отныне защищены от уголовного наказания за простой шлепок. Ни одной маме больше не придется краснеть перед прокурором из-за такого. И ни один отец, пожуривший сына ремнем, не поедет в исправительный центр валить лес, отбывая принудительные работы.

Вряд ли хорошо бить детей (хотя на этот счет есть разные мнения). Но жизнь затейлива: иногда и самая любящая рука способна ударить.

Бесспорно одно: отвешенный в сердцах подзатыльник не должен ломать жизнь ни отцу, ни матери. А судимость даже без тюрьмы – это сломанная жизнь благополучного человека.

Как-то стало модным давать громким законам имена. Можно продолжить традицию и дать принятому закону имя одной из осужденных за шлепок родительниц. Например, принятый Госдумой закон можно было бы назвать законом Любови Калининой – жительницы Перми, осужденной в конце прошлого года за то, что ударила 12-летнюю дочь ремнем.

Девочка приноровилась тайком снимать деньги с маминой банковской карточки. Брала немного, покупала в основном сладости. Спустя какое-то время мама обнаружила недостачу и обратилась в полицию. Подумала – не воруют ли какие-то мошенники.

Когда дело приняло серьезный оборот, ребенок сознался в том, что брал деньги. Мама сгоряча ударила дочку ремнем. Как уверяют правозащитники, на теле ребенка и синяка не осталось.

К тому же слишком сильно ударить Любовь бы и не смогла – после болезни она является инвалидом второй группы и даже ходит с трудом.

Семья живет небогато, лишних денег нет. Возможно, хвататься за ремень было неправильно. Но все ли родители в подобном положении поведут себя точно по правилам педагогической науки?

На ударе ремнем все могло бы закончиться, и все должно было закончиться. Но, как рассказывает пресса, дочка пожаловалась отцу, а тот написал заявление на мать своего ребенка. Папа и мама давно в разводе, и, как пишут СМИ, отец хотел, чтобы дочь проживала с ним. А тут подвернулся “удобный” случай насолить бывшей жене.

Как рассказали “РГ” в прокуратуре Мотовилихинского района Перми, дело рассматривалось в особом порядке, так как подсудимая полностью признала свою вину. Прокуратура во время рассмотрения дела настаивала на виновности матери, защищая права несовершеннолетней. Тем более что девочка характеризовалась хорошо и училась на “четыре” и “пять”.

Мировой суд признал Любовь Калинину – не судимую и не состоящую на учете у нарколога или психиатра – виновной и назначил штраф в 10 тысяч рублей. Вторая инстанция поддержала первую. Так Любовь Калинина стала судимой. Это вечное пятно в биографии: осуждена за избиение собственного ребенка. В анкетах это будет выглядеть именно так, никто не станет вдаваться в детали.

Пальцем показывать не будут, но человека с таким клеймом не возьмут на хорошую работу. Кстати, подросшего ребенка тоже, скорее всего, не примут в серьезные структуры, например спецслужбы: родитель ведь судим. Интересно, задумается ли хоть какой-нибудь прокурор, требующий “в интересах несовершеннолетнего” наказания отца или матери, какую карьерную яму копает этому самому несовершеннолетнему?

Если бы не принятый закон, с нового года родители рисковали оказаться в исправительных центрах за шлепки

Принятый закон должен смыть пятно с биографии Любови Калининой. Сейчас депутаты исправили положение, сложившееся после больших поправок в УК летом прошлого года.

На самом деле тот прошлогодний закон не ставил задачу как-то усложнить жизнь родителям. Конкретно борьба с семейным насилием вообще в повестке не стояла, речь шла о системных изменениях, направленных на гуманизацию системы наказаний.

Но так вышло, что семейные побои стали отдельно упоминаться в УК.

Изначально тогда предполагалось статью “Побои” целиком перенести в КоАП. Однако в правовом сообществе вспыхнула дискуссия, якобы собираются “легализовать” побои. Аргумент абсурдный. Все равно что сказать, мол, у нас легализованы выезд на встречку или превышение скорости, раз наказание за них предусмотрено не в УК, а КоАП. Глупо звучит, ведь правда?

Главный вопрос: чтобы наказание соответствовало проступку, а не в том, где именно прописаны санкции.

Тем не менее при подготовке летнего закона ко второму чтению было принято компромиссное, как тогда казалось, решение.

Статья “Побои” осталась в УК для наиболее опасных ситуаций: побои из хулиганских побуждений, расовой, политической и тому подобной вражды, а также побои в отношении близких лиц.

Некоторая логика в этом решении была: семейное насилие страшная вещь. Подчас оно опасней, чем какой-то житейский конфликт на улице. Поэтому нужна специальная защита от домашнего тирана.

Но авторы принятой летом и ныне отмененной нормы увидели только одну сторону медали.

Уголовная статья “Побои” в принятой редакции не защищала жертв домашнего насилия, но могла стать инструментом в руках приверженцев так называемой “ювенальной” юстиции.

Она позволяла включить медленный и неотвратимый маховик уголовного дела там, где его лучше не включать: при шлепках вольных или невольных в благонравных семьях.

По ней нельзя было арестовать обвиняемого, а значит, вызов полиции на семейный скандал заканчивался ничем. Правоохранители проводили воспитательную беседу и удалялись. Тиран оставался наедине с семьей. А близкие должны были сами инициировать разбирательство и бегать по инстанциям, добиваясь спасения и наказания.

Зато, как пояснил “РГ” один из экспертов, при детских шлепках прокуратура сама могла инициировать дело под предлогом, что “жертва находилась в беспомощном состоянии”. “В таком случае это становится уже делом публичного обвинения, – поясняет эксперт. – То есть вроде как делом государственной важности, если объяснять по-простому”.

Обычно правоохранители не любят заниматься подобными делами: мало доказательств, все юридически зыбко. Но дело Любови Калининой показало, что предупреждения критиков летней нормы об уголовном наказании за шлепки были реальны.

А значит, похоже, и вправду возникала опасность для родителей попасть на скамью подсудимых за подзатыльники и взмахи ремнем.

По статье о домашнем насилии за полгода осудили несколько тысяч человек

“Случаи настоящего истязания в семьях, конечно, случаются, – говорит Анна Николаева, юрист Пермского регионального правозащитного центра, в который обратилась за помощью осужденная мама.

– Но в данном случае мы видим непонятное рвение у правоохранительной и судебной систем, что теперь любой нормальный родитель легко может стать уголовным преступником. В том числе, например, я, мать двух не всегда послушных малышей.

Приговор, вынесенный Любови Калининой, вызывает массу вопросов касательно его необходимости, соразмерности, пропорциональности”.

Необходимо подчеркнуть, что по отменяемым нормами реальный срок благополучным родителям не грозил: когда человек совершает впервые нетяжкое преступление без отягчающих обстоятельств, нельзя назначить лишение свободы. Так что ни после летних поправок, ни до них никто не сел в колонию за подзатыльник своему ребенку и не мог сесть в принципе. Но судимость сама по себе вредит жизни.

За решетку за побои попадали лишь в самых вопиющих случаях, когда отец рецидивист, и кроме шлепков успел много чего натворить. Например, в конце прошлого года в Курганской области отправили в колонию мужчину, регулярно избивавшего трех сыновей, а также заставлявшего детей приносить сигареты и пить водку вместе с ним. Ему вменили несколько статей УК, оттого и вышел реальный срок.

Однако с нового года появился риск, что за подзатыльники даже респектабельные отцы могут отправиться в исправительные центры, отбывать только что введенное наказание – принудительные работы.

В теории это более гуманное наказание, чем лишение свободы. И все же человеку придется реально покинуть семью и уехать в какие-то неблизкие края под надзор граждан начальников.

Но теперь ни один прокурор не сможет предъявить уголовное обвинение родителю, не сумевшему сдержать себя в руках.

*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере “РГ”

Источник: https://rg.ru/2017/01/29/gosduma-priniala-popravki-v-nashumevshij-zakon.html

Автоправо
Добавить комментарий