Муж не отдает 2 летнего сына до суда об определении порядка проживания ребенка

Содержание
  1. На что имеют право сотрудники опеки? Из-за чего они могут забрать детей? Отвечает президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская
  2. С кем остаются несовершеннолетние дети при разводе родителей
  3. С кем должен остаться ребенок после развода?
  4. Могут ли при разводе разделить детей?
  5. Как разделить детей при разводе?
  6. Мировое соглашение родителей о детях при разводе
  7. Судебный процесс
  8. Заявление в суд
  9. Судебная процедура
  10. Роль органов опеки в бракоразводном процессе
  11. Психологическая и педагогическая экспертиза
  12. Почему при разводе ребенок остается с матерью? Судебная практика
  13. Судебная практика
  14. Мама хорошая, а ребенка оставляют жить с папой. Чем руководствуется суд?
  15. До 10 лет мнение ребенка суд учитывать не обязан
  16. В выигрышном положении тот, кто живет с ребенком
  17. О случаях манипуляций с детьми
  18. Чем руководствовался суд, оставляя дочь с Андреем Геращенко?
  19. Что делать, если второй родитель не исполняет решения суда
  20. Отец матери не помощник
  21. Делите ребенка бережно!
  22. По закону
  23. Нет оснований
  24. До суда не доводи
  25. Спросите у ребенка
  26. Назло «врагу»!
  27. Кто богаче?
  28. Вам отказано!
  29. Но в основном..

На что имеют право сотрудники опеки? Из-за чего они могут забрать детей? Отвечает президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская

Муж не отдает 2 летнего сына до суда об определении порядка проживания ребенка

Многие родители подвержены фобии, связанной с органами опеки: придут люди, увидят, что на полу грязно, найдут синяк у ребенка и заберут его в детский дом. «Медуза» попросила президента фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елену Альшанскую рассказать, на что имеют право сотрудники опеки и какими критериями они руководствуются, когда приходят в семью.

Вообще закон предполагает только один вариант «отобрания» ребенка из семьи не по решению суда. Это 77-я статья Семейного кодекса, в которой описывается процедура «отобрания ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью».

Только нигде вообще, ни в каком месте не раскрывается, что называется «непосредственная угроза жизни и здоровью». Это решение полностью отдают на усмотрение органов. И в чем они эту угрозу усмотрят — их личное дело.

 Но главное, если все же отобрание происходит, они должны соблюсти три условия. Составить акт об отобрании — подписанный главой муниципалитета. В трехдневный срок — уведомить прокуратуру. И в семидневный срок подать в суд на лишение либо ограничение прав родителей.

То есть эта процедура вообще пути назад для ребенка в семью не предусматривает.

Если сотрудникам опеки непонятно, есть непосредственная угроза или нет, но при этом у них есть какие-то опасения, они ищут варианты, как ребенка забрать, обойдя применение этой статьи.

 Также на поиски обходных путей очень мотивирует необходимость за семь дней собрать документы, доказывающие, что надо семью лишать или ограничивать в правах.

 И мороки много очень, и не всегда сразу можно определить — а правда за семь дней надо будет без вариантов уже требовать их права приостановить? Вообще, никогда невозможно это определить навскидку и сразу, на самом деле.

Как обходится 77-я статья? Например, привлекается полиция, и она составляет акт о безнадзорности — то есть об обнаружении безнадзорного ребенка. Хотя на самом деле ребенка могли обнаружить у родителей дома, с теми же самыми родителями, стоящими рядом. Говорить о безнадзорности в этом смысле невозможно.

Но закон о профилактике беспризорности и безнадзорности и внутренние порядки позволяют МВД очень широко трактовать понятие безнадзорности — они могут считать безнадзорностью неспособность родителей контролировать ребенка.

Полицейские могут сказать, что родители не заметили каких-то проблем в поведении и здоровье ребенка или не уделяют ему достаточно внимания — значит, они не контролируют его поведение в рамках этого закона. Так что мы можем составить акт о безнадзорности и ребенка забрать.

Это не просто притянуто за уши, это перепритянуто за уши, но большая часть отобраний происходит не по 77-й статье. Почему полиция не возражает и не протестует против такого использования органами опеки? Мне кажется, во-первых, некоторые и правда считают, что безнадзорность — понятия такое широкое.

Но скорее тут вопрос о «страшно недобдеть», а если и правда с ребенком что-то случится завтра? Ты уйдешь, а с ним что-то случится? И ответственность за это на себя брать страшно, и есть статья — за халатность.

Второй, тоже очень распространенный вариант — это добровольно-принудительное заявление о размещении ребенка в приют или детский дом, которое родители пишут под давлением или угрозой лишения прав. Или им обещают, что так намного проще будет потом ребенка вернуть без лишней мороки. Сам сдал — сам забрал.

Самое удивительное и парадоксальное, что иногда получается, что, выбирая другие форматы, органы опеки и полиция действуют в интересах семьи и детей.

Потому что, если бы они все-таки делали акт об отобрании, они бы отрезали себе все пути отступления — дальше по закону они обязаны обращаться в суд для лишения или ограничения родительских прав. И никаких других действий им не приписывается.

А если они не составляют акт об отобрании, то есть всевозможные варианты, вплоть до того что через несколько дней возвращают детей домой, разобравшись с той же «безнадзорностью». Вроде «родители обнаружились, все замечательно, возвращаем».

Опека никогда не приходит ни с того ни с сего. Никаких рейдов по квартирам они не производят. Визит опеки, как правило, следует после какой-то жалобы — например, от врача в поликлинике или от учителя.

Еще с советских времен есть порядок: если врачи видят у ребенка травмы и подозревают, что тот мог получить их в результате каких-то преступных действий, он обязан сообщить в органы опеки.

Или, например, ребенок приносит в школу вшей, это всем надоедает, и школа начинает звонить в опеку, чтоб они приняли там какие-то меры — либо чтобы ребенок перестал ходить в эту школу, либо там родителей научили мыть ему голову. И опека обязана на каждый такой сигнал как-то прореагировать.

Формально никаких вариантов, четких инструкций, как реагировать на тот или иной сигнал, нет. В законе не прописаны механизмы, по которым они должны действовать в ситуациях разной степени сложности.

Скажем, если дело во вшах, стоило бы, например, предложить школьной медсестре провести беседу с родителями на тему обработки головы. А если речь о каком-то серьезном преступлении — ехать на место вместе с полицией.

Но сейчас на практике заложен только один вариант реакции: «выход в семью».

О своем визите опека обычно предупреждает — им ведь нет резона приходить, если дома никого нет, и тратить на это свой рабочий день. Но бывает, что не предупреждают. Например, если у них нет контактов семьи. Или просто не посчитали нужным. Или есть подозрение, что преступление совершается прямо сейчас. Тогда выходят, конечно, с полицией.

Поведение сотрудников опеки в семье никак не регламентировано — у них нет правил, как, например, коммуницировать с людьми, надо ли здороваться, представляться, вежливо себя вести.

Нигде не прописано, имеет ли сотрудник право, войдя в чужой дом, лезть в холодильник и проверять, какие там продукты.

С какого такого перепугу, собственно говоря, люди это будут делать? Тем более что холодильник точно не является источником чего бы то ни было, что можно назвать угрозой жизни и здоровью.

Почему это происходит и при чем тут холодильник? Представьте себя на месте этих сотрудников. У вас написано, что вы должны на глазок определить непосредственную угрозу жизни и здоровью ребенка.

Вы не обучались специально работе с определением насилия, не знаток детско-родительских отношений, социальной работы в семье в кризисе, определения зоны рисков развития ребенка. И обычно для решения всех этих задач уж точно нужен не один визит, а намного больше времени.

 Вы обычная женщина с педагогическим в лучшем случае — или юридическим образованием. Вот вы вошли в квартиру. Вы должны каким-то образом за один получасовой (в среднем) визит понять, есть ли непосредственная угроза жизни и здоровью ребенка или нет.

Понятно, что вряд ли в тот момент, когда вы туда вошли, кто-то будет лупить ребенка сковородкой по голове или его насиловать прямо при вас. Понятно, что вы на самом деле не можете определить вообще никакой угрозы по тому, что вы видите, впервые войдя в дом.

У вас нет обязательств привести специалиста, который проведет психолого-педагогическую экспертизу, поговорит с ребенком, с родителями, понаблюдает за коммуникацией, ничего этого у вас нет и времени на это тоже. Вам нужно каким-то образом принять правильное решение очень быстро.

И совершенно естественным образом выработалась такая ситуация, что люди начинают смотреть на какие-то внешние, очевидные факторы. Вы не понимаете, что смотреть, и идете просто по каким-то очевидным для вас вещам, простым: грязь и чистота, еда есть — еды нет, дети побитые — не побитые, чистые — грязные.

То есть по каким-то абсолютно очевидным вещам: у них есть кровать — или им вообще спать негде, и валяется циновка на полу, то есть вы смотрите на признаки, которые на самом деле очень часто вообще ни о чем не говорят.

Но при этом вы поставлены в ситуацию, когда вы должны принять судьбоносное решение в отсутствие процедур, закрепленных экспертиз, специалистов, вот просто на глазок и сами.

Пустые бутылки под столом? Да. Значит, есть вероятность, что здесь живут алкоголики. Еды в холодильнике нет? Значит, есть вероятность, что детям нечего есть и их морят голодом.

При этом в большинстве случаев все-таки сотрудники органов опеки склонны совершенно нормально воспринимать ситуацию в семье, благоприятно. Но у них есть, конечно, какие-то маркеры, на которые они могут вестись, на те же бутылки из-под алкоголя например.

Риск ошибки при такой вот непрофессиональной системе однозначно есть. Но вообще эти сотрудники — обычные люди, а не какие-то специальные детоненавистники, просто у них жуткая ответственность и нулевой профессиональный инструмент и возможности.

И при этом огромные полномочия и задачи, которые требуют очень быстрого принятия решений. Все это вкупе и дает время от времени сбой.

Если говорить о зоне риска, то, конечно, в процентном отношении забирают больше детей из семей, где родители зависимы от алкоголя или наркотиков, сильно маргинализированы. В качестве примера: мама одиночка, у нее трое детей, ее мама (то есть бабушка детей) была алкогольно зависимой, но вот сама она не пьет.

Уже не пьет, был период в молодости, но довольно долго не пьет. И живут они в условиях, которые любой человек назвал бы антисанитарными. То есть очень-очень грязно, вонь и мусор, тараканы, крысы бегают (первый этаж).

Туда входит специалист органа опеки, обычный человек, ему дурно от того, в каких условиях живут дети, и он считает, что он должен их спасти из этих условий.

И вот эти антисанитарные условия — это одна из таких довольно распространенных причин отобрания детей. Но внутри этой грязной квартиры у родителей и детей складывались очень хорошие, человеческие отношения. Но они не умели держать вот эту часть своей жизни в порядке.

По разным причинам — по причине отсутствия у мамы этого опыта, она тоже выросла в этой же квартире, в таких же условиях, по причине того, что есть какие-то особенности личности, отсутствия знаний и навыков.

Конечно, очень редко бывает так, что опека забирает ребенка просто вообще без повода или вот таких вот «видимых» маркеров, которые показались сотрудникам опеки или полиции значимыми. 

в СМИ и обыденное мнение большинства на эту тему как будто делят семьи на две части. На одном краю находятся совершенно маргинальные семьи в духе «треш-угар-ужас», где родители варят «винт», а младенцы ползают рядом, собирая шприцы по полу.

А на другом краю — идеальная картинка: семья, сидящая за столиком, детишки в прекрасных платьях, все улыбаются, елочка горит. И в нашем сознании все выглядит так: опека обязана забирать детей у маргиналов, а она зачем-то заходит в образцовые семьи и забирает детей оттуда.

На самом деле основная масса случаев находится между этими двумя крайностями. И конечно, ситуаций, когда вообще никакого повода не было, но забрали детей, я практически не знаю. То есть знаю всего пару таких случаев, когда и внешних маркеров очевидных не было, — но всегда это была дележка детей между разводящимися родителями.

А вот чтобы без этого — не знаю. Всегда есть какой-то очевидный повод. Но наличие повода совсем не значит, что надо было отбирать детей.

В этом-то все и дело. Что на сегодня закон не предусматривает для процедуры отобрания обратного пути домой. А в рамках разбора случаев не дает четкого инструмента в руки специалистам (и это главное!), чтобы не на глазок определить экстренность ситуации, непосредственность угрозы.

И даже тут всегда могут быть варианты. Может, ребенка к бабушке пока отвести. Или вместе с мамой разместить в кризисный центр на время. Или совсем уж мечта — не ребенка забирать в приют из семьи, где агрессор один из родителей, а этого агрессора — удалять из семьи.

Почему ребенок становится зачастую дважды жертвой?

Надо менять законодательство. Чтобы не перестраховываться, не принимать решения на глазок. Чтобы мы могли защищать ребенка (а это обязательно надо делать), не травмируя его лишний раз ради этой защиты.

Записал Александр Борзенко

Источник: https://meduza.io/feature/2017/01/26/na-chto-imeyut-pravo-sotrudniki-opeki-iz-za-chego-oni-mogut-zabrat-detey

С кем остаются несовершеннолетние дети при разводе родителей

Муж не отдает 2 летнего сына до суда об определении порядка проживания ребенка

/ Разводы / С кем остаются несовершеннолетние дети при разводе родителей

Просмотров 32095

Пожалуй, самый трудноразрешимый вопрос, возникающий в процессе развода – с кем останутся несовершеннолетние дети? Ведь дети – это не машины-квартиры, не чашки-ложки и диваны-комоды, которым можно дать материальную оценку и разделить поровну. Каждый ребенок – личность.

От того, с кем из родителей – с папой или мамой – суд оставляет детей после развода, как они будут общаться с другим родителем, зависит их дальнейшая судьба. На суд возлагается большая ответственность – дать ответы на эти непростые, острые и болезненные вопросы.

С кем должен остаться ребенок после развода?

В общественном сознании сформировано два противоположных довода о разделе детей между отцом и матерью. С одной стороны – твердое убеждение, что ребенок останется с матерью в силу физических и душевных связей, с другой – уверенность в том, что материальные возможности и влияние отца помогут ему оставить ребенка себе. Ни один из этих стереотипов не является верным.

По закону оба супруга имеют равные права и обязанности по отношению к ребенку, ни один из них не имеет преимущества перед другим.

Для того чтобы определить дальнейшее место жительства ребенка суд всесторонне изучает обстоятельства дела и учитывает множество индивидуальных факторов, а не просто «оставляет матери» или «отдает отцу».

Могут ли при разводе разделить детей?

В теории семейного права и юридической практике не используется понятие «раздел детей». Суд не делит детей между отцом и матерью, а рассматривает вопрос о месте проживания несовершеннолетних детей и порядке их воспитания и содержания каждым из родителей.

Тем не менее, родители нескольких детей задают конкретный вопрос – можно ли поделить детей между собой? То есть, одному родителю достается один ребенок, второму – другой ребенок. Например, папе – сыновья, маме – дочки, или наоборот. Можно ли разделить детей?

Закон не устанавливает запрета на раздел детей между супругами, но и не настаивает на этом. Если у родителей несколько детей, судьба каждого ребенка будет решаться индивидуально. Если суд увидит, что раздел детей между родителями целесообразен (в первую очередь, в интересах детей), он вправе это осуществить.

Разумеется, при этом судом учитываются все значимые обстоятельства, включая желание родителей, их материальные возможности и моральные качества, а также мнение детей (если они достигли 10 лет). Главное – учесть абсолютно все обстоятельства.

Пример:

Разводилась семейная пара с двумя детьми: 12-летней дочерью и 14-летним сыном. Мальчик обожал ходить в походы – это увлечение в нем развила мама – заядлая туристка.

Папа же – настоящий домосед, предпочитающий активному отдыху работу за компьютером. Нет, он не играл в компьютерные и игры и не блуждал в интернете. Он увлекался программированием, причем, весьма серьезно.

Интерес к папиному занятию появился и у дочери.

Как Вы думаете, как суд “разделил” имущество и детей при разводе? Конечно, компьютер, как средство работы достался отцу, а туристическое снаряжение, матери. Дочь осталась жить с матерью, сын – ушел вместе с отцом. Суд исходил из интересов детей? Конечно! Однако учтены были далеко не все обстоятельства.

Как разделить детей при разводе?

Итак, в соответствии с законодательством, разделение детей при разводе может быть осуществлено двумя способами:

  • подписание родителями мирового соглашения по всем «детским» вопросам;
  • обращение в районный суд для определения места жительства детей, порядка общения и участия в воспитании детей, несения расходов на содержание детей каждого из родителей и других вопросов.

Мировое соглашение родителей о детях при разводе

Мировое соглашение – самый разумный, цивилизованный, безболезненный, как для детей, так и для родителей, вариант разделения детей. В простой письменной форме муж и жена могут предусмотреть все вопросы, касающиеся детей после развода:

  • место проживания ребенка – с отцом или с матерью;
  • порядок общения ребенка с проживающим отдельно родителем (частота, длительность и место встреч);
  • участие отца и матери в воспитании ребенка;
  • расходы каждого из родителей на содержание ребенка.

Хорошо, если супруги сумеют мирно договориться о том, с кем останется ребенок. Делать это следует тогда, когда они еще не утратили взаимоуважение, способность вести диалог, здраво оценивать ситуацию, ставить интересы ребенка выше своих собственных. А не тогда, когда взаимные обиды и претензии уже не позволяют достичь компромисса.

Если соглашение супругов не будет противоречить интересам детей, мировой суд утвердит его своим решением.

Судебный процесс

Спор о «делении детей» нередко возникает на основе глубоких межличностных проблем супругов, которые, прикрываясь интересами детей, пытаются доказать друг другу свою правоту и выяснить отношения.

Если «детские» вопросы порождают споры и разногласия, которые не удается решить мирным путем, супругам придется обращаться в суд. Возможно, им предстоит долгая и тяжелая борьба за детей. Суд же руководствуется исключительно интересами детей.

Заявление в суд

В исковом заявлении о разводе следует изложить обстоятельства семейной жизни и представить убедительные доводы о том, с кем должен жить ребенок после развода, подкрепив это необходимыми доказательствами. Одновременно с заявлением о месте проживания ребенка следует подать и заявление на алименты.

Каждый из супругов должен доказать суду, что именно он способен предоставить ребенку наилучшие условия жизни и развития – материальные, физические, душевные.

Судебная процедура

Судебная процедура развода, в процессе которой делятся дети, проходит в соответствии со статьей 78 СК РФ и Законом «О защите прав ребенка».

Для того чтобы решить вопрос о том, кому из родителей оставить ребенка, суд всесторонне изучает обстоятельства дела, принимает во внимание множество факторов:

  • Мнение ребенка. Если ребенку исполнилось 10 лет, суд выясняет его мнение о том, где он хочет жить, с кем из родителей хочет остаться, кого из родителей больше любит, к кому из родственников (со стороны матери или отца) больше привязан.

Что же касается детей младше 10 лет, то по умолчанию подразумевается, что им будет лучше с матерью. Это убеждение базируется на одном из принципов Декларации прав ребенка — маленький ребенок не должен быть разлучен с матерью за исключением особых случаев.

  • Желание родителей. Суд должен выяснить, действительно ли отец хочет, чтобы ребенок остался с ним, готов ли он воспитывать и содержать ребенка. То же самое касается и матери. Если отец привязан к ребенку, искренне хочет жить с ним, заниматься его развитием и воспитанием, всеми силами стремится доказать это суду, у его имеется много шансов выиграть в споре с матерью. И наоборот.

Многие отцы хотят отобрать ребенка у матери исключительно с целью мести, обиды, демонстрации собственных амбиций. Активный «раздел детей» во всех своих проявлениях начинается уже в процессе развода.

Но если до начала бракоразводного процесса такой отец не уделял ребенку внимания, не интересовался вопросами его развития и воспитания, попросту говоря, не лечил, не водил на прогулки, не читал сказки, рассчитывать на положительное решение суда ему не стоит.

  • Моральный облик родителей. Суд определяет физическое и психическое состояние здоровья родителей, выясняет, не злоупотребляют ли они наркотиками или алкоголем, не имеют ли других вредных привычек, не увлекаются ли азартными играми, не ведут ли аморальный образ жизни;
  • Материальные возможности родителей. Суд принимает во внимание и то, кто из родителей имеет больше возможностей для создания хороших условий проживания, обеспечения качественного питания, всестороннего развития, обучения, развлечения ребенка;
  • Социальная среда. Немаловажно и то, как будет организовано общение ребенка с другими людьми — друзьями и родственниками (братьями и сестрами, бабушками и дедушками);
  • Регион проживания. Например, если родители проживают в разных городах или странах, суд рассматривает и экономические, климатические, культурные условия региона для выбора оптимального места проживания ребенка.
  • Другие обстоятельства. Например, характер, привычки, интересы и образ жизни каждого члена семьи.

Роль органов опеки в бракоразводном процессе

Во время судебного рассмотрения дела о разводе с несовершеннолетними детьми присутствие органов опеки и попечительства является обязательным.

Представитель этой инстанции изучает условия проживания детей и родителей, на основании чего составляет и предоставляет в суд акт обследования.

Этот документ является одним из решающих в процессе определения места проживания детей.

Психологическая и педагогическая экспертиза

В некоторых случаях, для того чтобы учесть все особенности взаимоотношений в семье, обрисовать психологические портреты ребенка и родителей и определить оптимальный вариант решения спора о детях, суду может потребоваться помощь компетентной и независимой экспертной комиссии с педагогами и психологами в составе.

Почему при разводе ребенок остается с матерью? Судебная практика

Статья 54 Семейного кодекса утверждает, что детям принадлежит право воспитываться обоими родителями. В благополучных семьях это так и происходит. Но в случае развода ребенок остается с одним из родителей.

Как уже говорилось выше, закон не наделяет одного из родителей преимуществом перед другим – и мать, и отец имеют одинаковые права на ребенка. Однако практика показывает, что в подавляющем большинстве случаев после развода ребенок остается с матерью. Почему?

Есть распространенное убеждение, что детей до 10 лет целесообразно оставлять с матерью, ведь ребенок в этом возрасте больше нуждается в материнской заботе, чем в отцовской. Как правило, женщина обладает врожденной способностью, опытом в уходе и воспитании ребенка.

Немаловажна и взаимная телесная и душевная привязанность матери и ребенка друг к другу. В таком раннем возрасте отец играет гораздо меньшую роль для ребенка. К тому же отец, как правило, много времени уделяет работе и не может обеспечить ребенку должный уход, воспитание, развитие.

На этом и основывается большинство решений суда о передаче ребенка матери.

Подробнее читайте в статье «Как развестись с мужем, если есть дети».

Исключения – случаи тяжелой болезни, зависимости или аморального образа жизни матери, когда в интересах ребенка – остаться с отцом.

Если отец убежден, что ребенок должен остаться с ним, ему придется доказать суду, почему мать этого не достойна. Как правило, к такой мере прибегают в самых крайних случаях, и если требования отца обоснованы, суд принимает его сторону.

Подробнее об этом можно прочесть в статье «Как развестись с женой, если есть ребенок».

Судебная практика

В большинстве случаев после развода ребенок остается с матерью. Но есть судебная практика, свидетельствующая о реальности противоположного исхода дела.

Пример:

Андреев В.Г. обратился в Московский городской суд с иском об определении места проживания несовершеннолетнего ребенка, рожденного в браке с бывшей женой, Власовой П.К. Андреев В.Г. просил суд оставить ребенка с ним.

В обоснование своих исковых требований, истец утверждал, что мать ребенка не осуществляет должный уход за ребенком, что подтверждают показания воспитателей детского сада, который посещает ребенок. Также истец утверждает, что Власова П.К.

препятствует общению с ребенком и не позволяет ему участвовать в воспитании сына. В процессе судебного рассмотрения было выяснено, что ответчица отдала ребенка на воспитание своей матери, пенсионерке, инвалиду 3 группы.

Суд выяснил, что материальное положение истца (постоянная официальная работа), и наличие собственного недвижимого имущества позволяют ему создать для ребенка благоприятные условия проживания. Исковые требования Андреева В.Г. были удовлетворены.

На главный вопрос, кто же для детей предпочтительнее — мать или отец, невозможно дать однозначного ответа. И не только потому, что бывают разные отцы и разные матери, не потому что по-разному складываются обстоятельства. А потому, что каждому ребенку для полноценной жизни нужны оба родителя!

И даже если родители больше не могут жить вместе, очень важно, чтобы после развода ребенку была предоставлена возможность общения и с матерью, и с отцом.

А еще хочется, чтобы и судьи, и бывшие супруги чаще вспоминали древнюю притчу о царе Соломоне, который мудро сумел решить спорный вопрос о ребенке.

К царю Соломону пришли две женщины с новорожденным ребенком. Каждая из них утверждала, что младенец принадлежит ей. Царь сказал: “Если вы обе считаете ребенка своим, его нужно разделить между вами поровну», приказал разрубить младенца пополам и отдать каждой женщине половину.

Тогда одна женщина воскликнула: “Хвала тебе, мудрый царь! Твое решение – мудро и справедливо, пусть будет так, как ты велел”.

Вторая женщины с рыданиями бросилась к ногам царя: “Умоляю, правитель, пощади мое дитя! Отдай его этой женщине, только не убивай!” Царь Соломон поднял женщину с колен и произнес: “Возьми своего ребенка. Ты – его настоящая мать!”.

Источник: http://law-divorce.ru/razdelenie-detej-pri-razvode/

Мама хорошая, а ребенка оставляют жить с папой. Чем руководствуется суд?

Муж не отдает 2 летнего сына до суда об определении порядка проживания ребенка

Конфликт в семье бизнесмена Геращенко показал, что при разводе суд не всегда занимает сторону матери, даже если она не пьет и заботится о ребенке. Мы поинтересовались, как часто подобные случаи встречаются в судебной практике.

Reuters

“За право быть вместе!” Бывшая жена бизнесмена Геращенко собирает подписи, чтобы вернуть дочку
 

До 10 лет мнение ребенка суд учитывать не обязан

В последнее время отцы активизировались в борьбе за право воспитывать своих детей, рассказывает юрист общественного объединения «Защита прав отцов и детей» Ольга Дударева. При этом чаще всего они обращаются в суд для определения порядка общения. То, что ребенок должен жить с мамой, даже между родителями зачастую не обсуждается.

С 2002 года в практике юриста бывали случаи, когда отцы пытались оспаривать эту аксиому. При условии, что мать адекватна, не злоупотребляет, уделяет ребенку время, шансов у них практически нет, заверила нас Ольга Дударева. Особенно если ребенку — до 10 лет.

С этого возраста суд обязан учитывать мнение ребенка, если оно не противоречит его интересам. А малышам прямых вопросов не задают. Через психодиагностику выясняют, к кому ребенок больше привязан. Но это всего лишь один из критериев, которыми руководствуется суд.

Что учитывается:

– кто проявляет большую заботу и внимание по отношению к ребенку; – привязанность ребенка к каждому из родителей; – личные качества родителей; – создание надлежащих материально-бытовых условий; – создание нравственно-психологической атмосферы;

– обеспечение надлежащего уровня воспитания.

В выигрышном положении тот, кто живет с ребенком

По закону преимущество в деньгах и в жилье не может быть главным аргументом, чтобы определить ребенка с мамой или отцом. Поэтому для суда важно выяснить, кто из родителей уделяет больше внимания ребенку.

Кто водит его в школу и посещает родительские собрания? Кто занимается с ребенком после уроков и провожает на кружки, тренировки? Кто встает ночью, когда он болеет? Кто готовит ему ужин и собирает «ссобойку»? К кому больше привязан ребенок? Обычно в выигрыше тот, кто живет с ребенком во время суда и несколько месяцев до начала процесса, объясняет юрист.

В тех единичных случаях, когда в практике Ольги Дударевой отцы выигрывали дело, дети как раз-таки жили с папой.

— У меня был случай (причем я выступала тогда на стороне матери), когда женщина уехала в Санкт-Петербург.

Оставила ребенка на время с папой, чтобы наладить там быт, снять квартиру и уже в нормальные условия пригласить ребенка.

Суд исходил из того, что ребенок живет с отцом, который проявляет о нем заботу, имеет уже сложившуюся атмосферу, свой дом. Зачем ему менять то, что уже есть? Ведь для ребенка смена места жительства — тоже стресс.

По мнению суда, продолжает юрист, нормальная мать заберет ребенка с собой, куда бы она ни поехала (речь идет о длительных сроках). Если женщина решает, что отцу можно доверить чадо, почему его нельзя оставить в уже привычных условиях? В таких случаях в суде обычно ссылаются на то, что оба родителя имеют равные права и обязанности в отношении своих детей (ст. 76 Кодекса о браке и семье).

— Я вижу, как правило, ситуацию наоборот. Женщина забирает ребенка, и отцу еще попробуй с ним пообщайся. В основной своей массе матери не могут оставить ребенка даже на один день. И какой бы замечательный ни был папа, в итоге ребенка безусловно оставляют с мамой.

Несмотря на то, что закон един для обоих родителей, мужчинам обычно приходится предоставлять больше аргументов, делится опытом Ольга Дударева. К примеру, если мама работает по графику «два через два», к ней вопросов не будет, а у отца лишний раз спросят, сможет ли он выполнять свои обязанности.

О случаях манипуляций с детьми

В адвокатском бюро «Право и семейная медиация» с 2011 года было 6 случаев, когда дети оставались с отцами и это решение устояло все пересмотры.

По словам управляющего партнера Елены Жданович, это немало, учитывая, что раньше такие вердикты судьи выносили в крайних случаях.

Чаще всего, рассказывает адвокат, суд признает исковые требования отца, когда матери хотят жить своей жизнью и особенно не заинтересованы в ребенке.

— Вот у нас сейчас есть подобное дело: трое детей, у матери — любовь, она уехала в другой город, оставила детей с отцом и не объявляется. Тут, конечно, дети останутся с отцом. Но бывают случаи манипуляций с ребенком, когда отец насильно его удерживает.

У нас было такое дело. Отец забрал ребенка на каникулы, мать в это время была в другой стране, а потом он в Беларуси определил место жительства ребенка. Решение суда позже отменили. Женщина вернулась за детьми и доказала, что бывший супруг ее обманул.

Reuters

Пересматривают решения по месту жительства ребенка часто, говорит адвокат. Дети растут, у них меняются требования и интересы. Родители или обжалуют предыдущее решение суда, или обращаются с новым иском.

Если в суде возникают спорные вопросы, например, один из родителей утверждает, что против него настраивают ребенка, проводится судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

По мнению адвокатов, настроить ребенка на негатив очень легко, причем некоторые родители делают это неосознанно. Они перемалывают косточки бывшему супругу / супруге по телефону, в кругу друзей и знакомых, и у ребенка формируется определенное мнение о другом родителе.

Бывали случаи, когда уже подросший ребенок, осознав ситуацию, уходил к тому родителю, против которого его настроили.

Иногда дети с самого начала не дают привести решение суда в исполнение. Судебные исполнители приходят забирать ребенка, а он держится за папу (или маму) и отказывается переезжать. В более старшем возрасте принудить ребенка исполнять решение суда вообще невозможно: после школы он вернется к тому родителю, с которым ему комфортнее.

По убеждению Елены Жданович, в суде интересы ребенка в любом случае ущемляются, если ему не позволяют видеться с другим родителем. Поэтому после вынесения решения по месту жительства нужно обязательно побыстрее разобраться, как ребенок будет общаться с проигравшим родителем. А лучше не доводить дело до суда, договориться самим или через медиатора.

— Если честно, мы, адвокаты, в ужасе от этих судебных процессов.

И всегда хочется сказать: люди, опомнитесь, что вы творите! Это же безумие какое-то — что творится сейчас в судах! Дети стали инструментом для манипуляций.

Очевидно, что бывшие супруги решают свой конфликт через детей. Хочется напомнить таким людям, что супружеские отношения прекращаются, а родительские — остаются навсегда. Развода с ребенком быть не может.

Чем руководствовался суд, оставляя дочь с Андреем Геращенко?

С учетом информации от адвокатов ситуация в семье Геращенко становится более понятной. Представляем более подробную аргументацию решения суда (из материалов мотивировочной части).

Доказано, что оба родителя с рождения ребенка проявляли заботу и внимание к ребенку. С момента распада семьи они равноценно участвовали в воспитании и содержании дочери.

Оба хорошо обеспечены, имеют примерно равные возможности для создания ребенку хороших условий в быту, воспитания дочери и образования. В суде друг друга бывшие супруги характеризировали как хороших родителей.

По заключению органа опеки и попечительства, проживание как с отцом, так и с матерью не противоречит интересам несовершеннолетней.

Психолого-педагогическая диагностика показала, что значимыми для девочки являются и мать, и отец. С обоими родителями у ребенка сложились прекрасные взаимоотношения. При этом установлено, что в данный момент девочка больше привязана к отцу. Также, по мнению суда, отец уделяет больше внимания развитию и образованию ребенка.

Так, именно Андрей Геращенко определил ребенка в государственную белорусскую гимназию. До этого девочка училась в Москве в негосударственном учреждении «Британская международная школа», образование в котором не соответствует стандартам РБ и РФ. Подчеркивается, что аттестат российского образца в этой школе не выдают.

По заверению свидетелей, на момент поступления девочки в гимназию в Минске она не умела писать прописными буквами, не успевала по белорусскому языку и литературе. К концу учебного года ребенок показал прогресс, и это расценили в пользу отца.

Отец уже 2 года водит ребенка на индивидуальные тренировки по плаванию, а с конца 2014 года — на фигурное катание. Мать, в свою очередь, не подтвердила документами, что ребенок в Москве занимался в кружках и секциях.

По фото и видео суд сделал вывод, что отец с дочерью больше времени на отдыхе проводят вместе, он организовывает более познавательный и разнообразный досуг.

Подчеркивается, что у отца сложились хорошие отношения с дочерью, в его семье комфортная атмосфера.

Оба родителя создали хорошие условия для воспитания ребенка. У отца квартира площадью более 250 квадратов, у девочки есть две просторные комнаты для сна и игр. Мать также планировала жить с дочерью в Минске — у нее в собственности квартира более 115 квадратов, но ремонт в ней был готов только в детской.

Женщина предоставила договор ренты на съемное жилье — квартиру с хорошим ремонтом и отдельной комнатой для ребенка. Суд рассудил, что в съемной квартире вещи ребенку принадлежать не будут, девочка будет ограничена в оформлении своей комнаты. А у отца ребенок жил с рождения, а также последние полгода.

Интерьер там разработан специально для ребенка, обстановка знакома и привычна. А потому девочке будет лучше жить с отцом.

Напомним, Илона Геращенко готовит жалобу в Верховный суд, а также обратилась с открытым письмом в Администрацию президента.  Под ее петицией подписались более 7 тысяч человек.

В Минском городском суде даже по письменному запросу отказались комментировать семейный конфликт Геращенко и в целом обсуждать опыт судей по определению места жительства детей с отцами. В Верховном суде нам сообщили, что статистика о разрешении судебных споров в пользу отцов и матерей в Беларуси не ведется.

Источник: https://news.tut.by/society/476677.html

Что делать, если второй родитель не исполняет решения суда

Муж не отдает 2 летнего сына до суда об определении порядка проживания ребенка

Те, кто делил детей в суде, знают, что получить решение в свою пользу вовсе не значит получить ребенка.

Необходимо еще добиться, чтобы другая сторона решение исполнила – передала ребенка или не мешала с ним встречаться. За помощью родители идут в ближайший отдел судебных приставов.

Там считают эти дела одними из сложных. Ведь ребенок – не вещь и его не перенесешь из одного дома в другой.

Не добившись желаемого, родители винят законы, систему исполнения судебных решений и ее сотрудников. Что могут сделать сами мамы-папы, выясняет “РГ”.

Отец матери не помощник

У Нины из Самарской области опускались руки. Больше года она не могла забрать сына у отца. Артем проиграл все суды, но мальчик по-прежнему жил с ним и его родителями. Маму пускали к шестилетнему сыну на короткое время.

Вместе с судебными приставами Нина несколько раз приходила в дом к бывшему мужу. “Будет решение в вашу пользу, будем его исполнять, – неоднократно говорили Артему приставы. – А сейчас, хотите или не хотите, но вы обязаны отдать ребенка матери”.

Приставы приводили с собой психолога. Та напоминала отцу об экспертизе, подтвердившей страдания ребенка. Вызванные приставами сотрудники опеки грозились изъять мальчика и отправить в приют. “Помогите матери, скажите сыну, что он идет к маме”, – упрашивали Артема официальные лица.

Дмитрий Медведев обязал губернаторов обеспечить детям безопасный отдых

Отец не сопротивлялся, он только заботливо обнимал сына. “К нормальным матерям дети сами бегут, – привычно отвечал он. – Пусть забирает, я его не держу”.

Сидя у папы на коленях, мальчик волчонком смотрел на мать. Артем опускал руки, показывая, что не держит его. Но сын еще сильнее хватался за папу. За целый год он наслушался от родных, что мать “украла диван и телевизор, а теперь явилась за ним”.

Нина пыталась взять сына на руки, но он плакал и вырывался. Артем тут же заключал ребенка в свои объятия. Под детские вопли мать и сопровождающие каждый раз уходили ни с чем.

Недавно, проиграв очередной суд за ребенка, Артем неожиданно заявляет, что передаст сына добровольно. У матери появилась надежда. В назначенный час она с приставами ждет под окнами своей квартиры.

Но разыгрывается привычный сценарий. Папа крепко держит сына, папин адвокат указывает Нине: “Чтобы не травмировать психику ребенка, спросите, хочет ли он идти к вам”. Снова Нина не выдерживает и пытается вырвать сына. Снова он надрывно кричит.

Но только в этот раз кто-то из людей в форме отводит руки отца, который, как обычно, пытается заслонить мальчишку. С орущим сыном Нина бросается к дому. Приставы не дают отцу догнать их. Артем требует прекратить насилие над ребенком и вызывает полицию. “Она законная мать, жалуйтесь”, – говорит пристав, преграждая отцу вход в подъезд.

Уже в лифте сын перестал вопить и брыкаться, рассказывает Нина. Они зашли в квартиру, и тут Нина разревелась сама. “Мам, зачем ты меня украла?” – хмуро спросило чадо. Нина ответила, что умерла бы без него.

Авторитетно

Пытаясь забрать ребенка от бывших, родители идут на поводу детских “не хочу”, считает адвокат Татьяна Бренник. Она рассказала “РГ”, о чем забывают мамы-папы.

– Ни в одном судебном решении не говорится, что оно должно быть исполнено в зависимости от желания ребенка, – напоминает Бренник.

– Суд уже рассмотрел, насколько ребенок привязан к каждому из родителей, и учел его интересы. Поэтому если выигравший взрослый хватает и уносит орущего отпрыска, никто не имеет права его остановить.

Оказавшись дома, уже можно вызывать любых психологов и улучшать отношения с ребенком.

Судебные приставы не умеют и не должны уметь уговаривать детей, разъясняет адвокат. Они могут только позвать на помощь опеку и психолога. Но если ребенок сопротивляется, то ни пристав, ни психолог, ни сотрудник опеки не имеют права брать его и уносить. А у родителя есть такое право.

– Однажды я сидела в очереди в отдел службы судебных приставов, – рассказывает адвокат Бренник. – Народу было много, и мы разговорились с сидящими рядом мамами. Одна из них пожаловалась, что бывший муж не отдавал дочку. Мама знала, в какой детсад ходит девочка.

Мне достаточно было объяснить женщине, что никто не должен мешать ей войти в детское учреждение, как она побежала забирать дочь. Оказалось, еще несколько женщин пришли с похожими проблемами. Пришлось им тоже разъяснить их права.

В результате в очереди вместо десяти человек передо мной осталось трое.

Источник: https://rg.ru/2017/05/31/chto-delat-esli-vtoroj-roditel-ne-ispolniaet-resheniia-suda.html

Делите ребенка бережно!

Муж не отдает 2 летнего сына до суда об определении порядка проживания ребенка

После развода муж и жена делят не только имущество, сбережения и недвижимость, но и собственных детей. Случается, договориться мирным путем не выходит. Одна из сторон отправляется в суд, требуя оставить ребенка у себя.

Как часто такие иски подают белорусские отцы, чтобы отсудить сына или дочь у бывшей супруги, о том, как и какое решение принимается на этот счет, рассказала адвокат Минской областной юридической консультации N3 Лидия Васильевна Лупаева.

По закону

– Такие дела мы рассматриваем довольно редко. Отцы обращаются скорее в исключительных случаях. Например, жена пьет, ведет аморальный образ жизни, попросту забросила детей…

Подавая иск в суд, мужчина должен доказать, почему бывшая супруга не должна воспитывать ребенка. Юристы делают запрос участковому инспектору, который может подтвердить или опровергнуть обвинения истца. Участковый дает письменный ответ о том, благополучна ли семья, привлекалась ли мать к административной ответственности, если «да», за что именно.

К процессу подключают и Управление образования при администрации района, сотрудники которого выясняют, в каких условиях проживает отец и мать, какие взаимоотношения в «дуэте» ребенок-мать, ребенок-отец. Свои свидетельские показания дают родственники, соседи, учителя и др.

Сотрудники Управления образования делают письменное заключение и передают его в суд, который в первую очередь учитывает интересы ребенка. Когда подтверждается, что женщина не уделяет сыну (дочери) внимания, не занимается его воспитанием – одним словом, не выполнят свои родительские обязательства, иск удовлетворяется. Ребенок остается жить с папой, а мать теперь обязана платить алименты.

Нет оснований

– Случается, для положительного решения суда в пользу отца нет оснований. Мать нормальный человек, вполне способна воспитывать и материально содержать ребенка.

…Если в семье двое детей и оба родителя претендуют на то, чтобы они остались с ним (-ей), то обычно судья приходит к решению: одного – папе, другого – маме.

До суда не доводи

– При разводе, до или после него экс-супруги могут заключить официальный документ – Соглашение о детях. Это взаимный компромисс, который официально оформляется у нотариуса.

В нем указывается, с кем и на чьей жилплощади будут проживать дети, в каком объеме будут выплачиваться алименты (меньше установленной законом суммы нельзя, больше – пожалуйста), как часто, когда и где другой родитель будет видеться с ребенком.

Юридически устанавливаются и другие нюансы вопроса, важные для бывших супругов, которые, меж тем, не перестали быть родителями. Если же люди не могут договориться без споров и конфликтов, то обращаются в суд.

Спросите у ребенка

– Когда «причине спора» – сыну или дочери – уже исполнилось 10 лет, суд интересуется у ребенка, с кем он хочет остаться. Его вызывают в суд и опрашивают в присутствии педагога-психолога.

Когда ребенок постарше, он многое понимает, с ним проще. С малышами не так…

Случается (причем нередко), родители настраивают ребенка друг против друга. Или начинают активно задаривать подарками, давать обещания, идти на какие-то уступки… Но не потому, что сильно его любят и не хотят с ним расставаться, а из желания «насолить» бывшей половине.

Назло «врагу»!

– Когда одна из сторон считает себя обманутой и брошенной, в качестве «возмездия» используют любые цели, даже самые неблаговидные. Начинается деление ребенка «из принципа». Настраивание сына или дочки против мужа (жены). И тут ребенок не цель, а средство! Но он-то любит и папу, и маму, потому получает в этой ситуации психологическую травму.

Когда это случается, стоит отвести ребенка к психологу, который, пообщавшись с ним, сделает выводы и даст письменное заключение – определит истинные его отношения с каждым из родителей. К тому же поможет малышу пережить тяжелый для него период.

Кто богаче?

– Отец может решить: я состоятельный человек, со мной ребенок ни в чем не будет нуждаться: получит все самое лучшее – одежду, образование, качественный отдых. Что может дать ему мать..?

Меж тем уровень дохода родителей не влияет на решение суда. Допустим, мать имеет скромную зарплату, отец по сравнению с ней – очень большой доход. Но только по этой причине ему не отдадут сына или дочь.

Согласно постановлению пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 10 сентября 2004 года N 11 «О практике рассмотрения судами споров, связанных с воспитанием детей»: «Преимущество в материально-бытовом положении одного из родителей само по себе не является безусловным основанием для передачи ему ребенка на воспитание».

Вам отказано!

– По закону права обоих родителей абсолютно равные. На окончательное решение суда о том, с кем из родителей остается ребенок, влияет множество обстоятельств. Допустим, отец в силу должностных обязанностей часто бывает в командировках, тогда решение суда будет не в его пользу. Ведь по объективным обстоятельствам он физически не сможет справляться с родительскими обязанностями.

Но в основном..

– Если родители – нормальные люди, которые по каким-то причинам не могут договориться о дальнейшей судьбе ребенка, чаще по решению суда он остается с матерью.

Уже сложилась такая практика. Возможно, это славянский менталитет, который диктует, что приоритетный родитель для ребенка – всегда мать. Не исключено, что на принятие такого решения оказывает влияние факт: большинство судий у нас женщины.

Но это и определенный элемент недоверия к мужчинам. Увы, по роду службы, мы часто сталкиваемся с ситуациями, когда мужчины бросают семьи, а после и знать не хотят своих детей, не выплачивают алименты. На какие ухищрения только не идут, чтобы недодать ребенку законные 25% от дохода… Будто дают эти средства не сыну или дочке, а своей жене. Адвокаты ведут множество дел по неуплате алиментов.

Но, безусловно, есть и очень хорошие отцы, не в пример их бывшим женам, у которых инстинкт материнства не разбудить ни воспитательными беседами, ни призывами к совести.

Источник: https://www.interfax.by/article/25403

Автоправо
Добавить комментарий