Можно ли доказать вину бывшего парня, заразившего меня гепатитом Б?

Гепатит B часто проходит без симптомов. Как от него защититься? — Meduza

Можно ли доказать вину бывшего парня, заразившего меня гепатитом Б?

В 2019 году исполняется 50 лет с момента изобретения вакцины от вирусного гепатита В. Авторы идеи — первооткрыватель вируса Барух Бламберг (впоследствии он получил за это открытие Нобелевскую премию по физиологии или медицине) и его коллега — микробиолог Ирвинг Миллман.

Вакцину, основной принцип которой был придуман в 1969 году, впоследствии делали из части внешней оболочки (поверхностный антиген) вируса, которую получали из крови доноров и очищали. Современные вакцины производятся совсем по-другому — необходимые компоненты создают модифицированные дрожжи или культуры клеток млекопитающих.

Нет. Желтухой в просторечии, скорее, называют вирусный гепатит А. Несмотря на то что оба заболевания вызваны попаданием в организм вирусов гепатита, передаются и протекают они по-разному. В некоторых случаях схожи только симптомы: пожелтение кожи и глаз — отсюда и путаница.

Вирус гепатита B передается через кровь и другие биологические жидкости. Инфекция поражает печень и способна вызвать как острую, так и хроническую болезнь. Более того, вирус гепатита B считается онкогенным, то есть способным приводить к развитию рака печени.

Потемнение мочи, усталость, тошнота, рвота, боли в животе. Обычно симптомы уходят через 1–3 месяца. Такие яркие проявления бывают при острой форме, но случается, что у нее никаких явных признаков нет.

При хронической форме это бывает еще чаще: если симптомы и возникают, то обычно ограничиваются усталостью.

Конечно, если хронический гепатит в итоге не спровоцировал развитие цирроза или других осложнений — тогда симптомы могут быть достаточно явными.

По анализам крови. В поликлинике по месту жительства можно бесплатно сдать анализ на определение поверхностного антигена вируса (HBsAg). Если результат окажется положительным, это может говорить об острой или хронической инфекции.

Но в некоторых других странах сразу оценивают и HBcAb (это показатель того, среагировал ли организм на сердцевину вируса гепатита B или нет). Бывает, что анализ на HBsAg отрицательный, а на HBcAb — положительный. Это может в том числе значить, что гепатит B все-таки есть.

В первую очередь нужно привиться, если вы не привиты. По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), современная вакцина очень эффективна и безопасна. Согласно исследованию, проведенному на Аляске, защитный иммунитет после нее может сохраняться 30 лет и больше.

В России вакцина от гепатита B есть в Национальном календаре профилактических прививок: впервые ребенка прививают еще в роддоме, потом через месяц, а третью прививку делают в полгода. Благодаря этому в России стало меньше гепатита B. Однако некоторые врачи по не вполне научным причинам отговаривают родителей прививать ребенка в роддоме.

Стандартная схема вакцинации для взрослых: также 0-1-6 месяцев. Если вам еще не исполнилось 55 лет, сделать прививку бесплатно можно в поликлинике по месту жительства.

Важный «бонус» вакцинации — защита от вируса гепатита D (HDV), который может размножаться только в присутствии вируса гепатита B (HBV). Коинфекция HDV-HBV — это самая тяжелая форма хронического вирусного гепатита: она быстрее всех приводит к смерти от болезней печени и гепатоцеллюлярной карциномы.

Также важно для защиты от гепатита B использовать презервативы, если вы не знаете, болен ли ваш партнер, не делить ни с кем бритву и зубную щетку, осторожнее подходить к выбору тату-салонов и стоматологических клиник (особенно если вы обращаетесь туда за чем-то более серьезным, чем пломба).

В последнем случае важно, чтобы врач работал в перчатках и менял их после каждого пациента, чтобы использовались только одноразовые шприцы, чтобы на каждого пациента были свои инструменты, а потом их обрабатывали.

То есть если врач не достает при вас новые перчатки или шприц, это повод насторожиться.

Скорее обратиться к врачу: он решит, нужно ли вам прививаться и вводить иммуноглобулин. Если прививку сделают, то повторить ее нужно будет еще через 1, 2, и 12 месяцев.

Провериться, получилось ли защититься, нужно через полгода или раньше, если появились подозрительные симптомы. Инкубационный период гепатита B длится примерно 45–180 дней.

Обычно гепатит B проходит сам. Заболевание делится на две стадии: острую и хроническую. Больше чем у 95% взрослых организм справляется с вирусом самостоятельно, и болезнь не переходит в хроническую форму. Специального лечения острого гепатита B нет. Медицинская помощь в основном направлена на то, чтобы пациенту было комфортно.

Для лечения хронического гепатита B ВОЗ рекомендует применять таблетки тенофовир или энтекавир. Оба лекарства зарегистрированы в России и внесены в перечень Жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП). Продолжительность курса лечения определяет врач-инфекционист.

Основные критерии назначения терапии: вирусная нагрузка должна превышать 2000 МЕ/мл, а в печени наблюдаются признаки воспаления.

Терапия не уничтожает вирус полностью, а лишь подавляет его размножение, поэтому многим пациентам лекарства назначаются пожизненно во избежание развития цирроза или рака печени.

В некоторых регионах России предусмотрены программы, по которым можно покупать эти лекарства с огромной скидкой или получать их бесплатно. Но есть и хорошие новости: сегодня в разработке находится более 50 молекул, и некоторые из них, возможно, смогут полностью излечивать человека от гепатита B.

Алексей Лахов, член правления Межрегиональной общественной организации содействия пациентам с вирусными гепатитами «Вместе против гепатита»

Автор благодарит за помощь врача-инфекциониста Екатерину Степанову

Источник: https://meduza.io/cards/gepatit-b-chasto-prohodit-bez-simptomov-kak-ot-nego-zaschititsya

Я живу с гепатитом b

Можно ли доказать вину бывшего парня, заразившего меня гепатитом Б?

Московский студент рассказал The Village о своем неизлечимом заболевании

Каждый год от гепатита B во всем мире умирает порядка 800 тысяч человек, а в России вирусом гепатита B и C заражены больше 7 миллионов человек. И это при том, что вакцина от гепатита B давно существует.

Хронический гепатит B поражает печень, в результате чего она перестает регенерировать, а это грозит заболеваниями, которые могут закончиться смертельным исходом. Передается вирус половым путем и через кровь, то есть совместный быт с человеком, больным гепатитом B, не грозит заражением.

The Village поговорил с московским студентом, который страдает хроническим гепатитом B, и спросил, как защитить себя от вируса и почему о подобных вещах стоит говорить открыто.

Фотографии

евгения жуланова

Меня зовут Вова, мне 20 лет. Я обычный парень, ничем особенно не выделяюсь. Несколько лет работал в сфере политики: сначала в предвыборном штабе Алексея Навального, когда он баллотировался в мэры Москвы, потом — в партии РПР «Парнас». Сейчас не работаю, учусь в Высшей школе экономики на философском факультете, пишу тексты про видеоигры с точки зрения науки — это называется Game Studies.

Вот уже полтора года у меня гепатит B — это то, что не дает мне спокойно жить. У каждого человека есть такая вещь, которая его беспокоит, и гепатит B — моя. История моего заражения — это история о том, почему нужно всегда пользоваться презервативами и не доверять даже постоянному партнеру.

Распространенность гепатита банально связана с безответственным подходом к сексу, с нежеланием предохраняться. До того как заразиться, я вообще не пользовался презервативами. Думал: «Да ***** (зачем. — Прим. ред.) мне это надо?»

Гепатит B — венерическое заболевание, передающееся половым путем. В быту или через поцелуй им заразиться, мягко говоря, сложно, разве что у целующихся, например, есть ранки во рту.

При этом из-за моего диагноза мне нельзя работать поваром или врачом — то есть в тех местах, где нужна идеальная справка о ЗППП.

На счастье, ни с медициной, ни с кулинарией я свою жизнь связывать не собираюсь: хочу посвятить себя исследованию видеоигр или журналистике, так что проблем с работой у меня быть не должно. Впрочем, лишний раз говорить работодателю о своем диагнозе тоже, наверное, не стоит.

Не все больные гепатитом B знают о своем диагнозе. Ведь только самые сознательные регулярно проверяются на ЗППП. Сколько ваших друзей за последний год делали анализы хотя бы на гепатит B и С, ВИЧ и сифилис? Не думаю, что много.

Но если анализы еще хоть кто-то сдает, то ревакцинацию гепатита B не проходит почти никто. А это важный показатель, ведь от этой болезни есть прививка.

Казалось бы, можно было давно остановить распространение гепатита B, просто запустив массовую вакцинацию.

Вероятность заразиться зависит от конкретной стадии заболевания. Гепатит B можно так сдерживать таблетками, что его носителю будет сложно кого-нибудь заразить.

Есть два стула — острый и хронический гепатит B. У меня второй вариант, так почему-то сработал иммунитет.

В чем разница? Острый гепатит B, который возникает в 90 % случаев, — это когда у тебя желтеет все тело, вплоть до зрачков, и ты становишься похож на человека, который переел морковки. Тебе плохо, все болит. Ты отправляешься в больницу недели на три, пьешь кучу лекарств.

А потом постепенно начинает вырабатываться иммунитет, и тебя отпускает. Причем иммунитет вырабатывается на всю жизнь, как и с другими подобными заболеваниями.

С хроническим гепатитом B — другая история, здесь острой фазы может вообще не быть. То есть в тело попадает вирус, но организм на него никак не реагирует, и это самое опасное. И ты даже не знаешь, что чем-то заразился, — до первых проблем, которые могут быть разными. Например, если много пьешь, возникнет фиброз печени.

Я узнал о том, что болею, через полгода после заражения — когда сдавал анализы для поступления на военную кафедру.

Помню, результаты исследования пришли мне на электронную почту утром — я проснулся от уведомления на своем смартфоне о новом письме и тут же переслал его маме, потому что спросонья мне самому было лень читать.

Мама зашла ко мне в комнату и сообщила, что у меня гепатит B. Она понимала, что это серьезная проблема, но при этом восприняла ситуацию спокойно — в тот момент она даже улыбалась.  

После я, чтобы подтвердить диагноз, делал анализы в нескольких разных клиниках, и всякий раз результат был одним и тем же. Тогда я и понял, что мой гепатит никуда не денется.

Друзья, узнавая о болезни, каждый раз демонстрировали мне мрачные лица — ведь венерические заболевания в обществе крайне демонизированы. Какое-то время друзья очень беспокоились за меня, но я начал шутить про гепатит в стиле панчей Rickey F про рак на баттле с рэпером Sin.

Шутил вот так же целенаправленно, по несколько минут подряд, вынуждая их смеяться. Потому что мне не хочется, чтобы меня окружали люди, которые смотрят на меня так, будто я умираю.

При этом никто из друзей не перестал со мной общаться — все оказались очень адекватными и понимающими.

Я поспрашивал тех друзей, которые знают о моей болезни. И большинство из них говорят, что не используют презервативы. Ну, что я могу им сказать? Людям всегда кажется, что опасность пройдет мимо них. Так казалось и мне, и еще 7 миллионам людей, больных гепатитом B в этой стране. 

Я много говорил с друзьями о своем гепатите и надеюсь, что некоторые из них все-таки вынесли что-то из моих исповедей. Потому что я вижу, как меняются лица людей, когда они узнают о моей истории.

Я открыто говорю, что у меня гепатит B, — какое-то время рассказывал только друзьям, потом и знакомым, а сейчас вообще ни от кого не скрываю. В итоге все люди, знающие меня, в курсе.

Так я хочу повлиять на окружающих, чтобы они были внимательны и думали о безопасности. И, надеюсь, у меня хоть чуть-чуть получается.

Какое-то время друзья очень беспокоились за меня, но я начал шутить про гепатит в стиле панчей Rickey F про рак на баттле с рэпером Sin. Шутил вот так же целенаправленно, по несколько минут подряд, вынуждая их смеяться

Хронический гепатит B никак себя не выдает. Он не бегает вокруг тебя с желтым флагом и не заставляет все твои заболевания обостряться от любой инфекции, попавшей в организм. У тебя просто плохо работает печень, она не регенерирует.

Также повышается вероятность онкологических заболеваний, полноценно не очищается кровь. В общем, в перспективе могут быть большие проблемы.

Но если сдерживать гепатит на начальной стадии, как у меня, то можно прожить до естественной смерти без всяких проблем.

Пью я мало, но все равно советовался с врачами по поводу алкоголя. Они разрешают его употреблять, но с осторожностью. Также не рекомендуют есть жирную пищу, но никаких жутких ограничений нет, просто нужно следить за питанием, делать упор на здоровую пищу. Впрочем, если здоровый человек каждый день будет есть по четыре шаурмы, запивая их бутылкой водки, у него тоже начнутся проблемы.

Сейчас я не прохожу никакого специального лечения — состою на учете в обычной городской поликлинике и только собираюсь поменять ее на платную. В принципе, от гепатита B есть возможность вылечиться, но нужно пройти курс очень дорогого лекарства. Я читал об этом на каком-то американском сайте, потом спросил у своего врача, и он сказал мне, что скоро препарат привезут и в Россию. 

С бесплатным лечением гепатита B у нас в стране ровно такая же история, что и с ВИЧ. То есть тебе начинают давать лекарства только тогда, когда заболевание находится в серьезной стадии, когда органы перестают работать. На данный момент все мое лечение заключается в том, что иногда я принимаю таблетки, нормализующие работу печени, и внимательно слежу за тем, что ем и пью.

С тех пор как я узнал, что у меня гепатит, у меня не было секса — примерно полтора года. Просто я считаю, что всем своим потенциальным партнерам нужно сообщать о диагнозе, что я и делаю

Видимо, из-за того, что я живу в центре, мне попалась хорошая поликлиника. Мой лечащий врач хорошо ко мне отнеслась. После анализов она направила меня в гепатологический центр — и вот это тот еще опыт. Там гнетущая атмосфера, очень много пациентов с глазами жертв.

Важно понимать, что, какой бы хорошей ни была поликлиника, врачи все равно немного шугаются, когда узнают, что у тебя гепатит B.

В моей поликлинике с этим все более или менее терпимо, но думаю, что, если бы я жил где-нибудь на окраине, было бы гораздо хуже. Павел Лобков рассказывал, что, когда у него нашли ВИЧ, его просто выписали из поликлиники.

Я с таким не сталкивался, мне повезло. Нормальные врачи не демонизируют гепатит, а вот ВИЧ — это, конечно, сразу клеймо.

Безусловно, когда у тебя гепатит B, строить отношения сложнее, чем когда ты здоров. Впрочем, у меня и раньше были с этим проблемы, я всегда боялся сексуальных контактов — возможно, какая-то травма. Но из-за гепатита ситуация определенно усугубилась, и все то время, что я знаю о своем диагнозе, я один. 

С тех пор как я узнал, что у меня гепатит, у меня не было секса — примерно полтора года. Просто я считаю, что всем своим потенциальным партнерам нужно сообщать о диагнозе, что я и делаю.

Ведь когда два человека занимаются сексом, то они в первую очередь предполагают только одно возможное последствие — беременность. Это то, что берут на себя оба человека, если мы говорим о ненасильственном сексе. Люди подписывают негласный договор, который подразумевает понимание этого последствия.

А уже дальше все зависит от совести мужчины. Когда же мы говорим о гепатите, то понимаем, что заражение — то, о чем думают скорее во вторую очередь. И так как я болею, то боюсь заразить, меня действительно трясет от этой мысли.

Я понимаю, что мой долг по отношению к окружающим — сообщать им, а дальше уже как пойдет. И это даже несмотря на то, что я в принципе не допускаю для себя возможность занятия сексом без презерватива.  

За те полтора года, что я знаю о своем диагнозе, у меня было три случая, когда мог случиться секс. В первый раз женщина знала, что у меня гепатит, и была готова на сексуальный контакт, но ничего не вышло по другой причине.

Вторая девушка отказалась спать со мной из-за моей болезни, но сделала это деликатно — она очень адекватно отреагировала, и мы потом еще долго с ней разговаривали. В общем, я не остался в обиде. А третья девушка, выслушав мой рассказ, просто послала меня, быстро оделась и ушла.

С одной стороны, я понимаю ее реакцию, но с другой — было очень неприятно.

В принципе, я даже смогу завести ребенка, только нужно будет внимательно наблюдать за моей вирусной нагрузкой. Кроме того, матери моих детей нужно будет сделать прививку. А вот донором мне быть нельзя — это обидно, деньги от сдачи спермы мне пригодились бы.

Никита Коваленко

исполнительный директор пациентской организации МОО «Вместе против гепатита»

Гепатит B — это воспаление печени. В 80–90 % случаях заражения у пациента со временем острая стадия заболевания проходит, и наступает выздоровление. Но у остальных гепатит переходит в хроническую форму. 

Хроническая форма гепатита B — это постоянное воспаление печени. Из-за перманентного воспалительного процесса орган не успевает восстанавливаться, а на месте здоровых клеток образуется соединительная ткань.

Она не несет полезной нагрузки, а просто заполняет недостающее место. Вследствие таких замещений возникает фиброз, и если ситуацию не контролировать, то фиброз может перейти в цирроз. На фоне роста соединительной ткани может развиться рак печени.

Гепатит B является одной из главных причин этого заболевания. 

Еще до образования цирроза человек начинает чувствовать разные негативные симптомы, никак при этом не связанные с печенью. Например, утомляемость, головную боль. Как вы понимаете, часто эти вещи врачи не связывают с гепатитом. Так что человек может десятилетиями болеть и ничего об этом не знать. Он будет плохо себя чувствовать, чаще болеть и заражать других.

Гепатит B хорош тем, что от него есть прививка, недорогая и эффективная. Благодаря ей можно забыть об этом заболевании навсегда. Также очень важно сделать ребенку прививку в самом раннем возрасте, буквально в первые полгода жизни. Прививка от гепатита B входит в ОМС и обязательный перечень прививок. Из-за этого количество подобных заболеваний идет на убыль в последние 15 лет. 

Чтобы определить необходимость ревакцинации, надо сделать специальный анализ, который выявляет маркеры незащищенности от этого вируса. В принципе, это прививка на всю жизнь, но она состоит из трех компонентов. Первые два укола делают с перерывом в месяц, а третий — еще через полгода. Если пройти все этапы, у человека сформируется устойчивый иммунитет. 

Хронический гепатит B лечится, но цель лечения — не уничтожение вируса, а снижение его активности, что напоминает переход заболевания в стадию ремиссии. То есть вирус не уходит из организма, а перестает размножаться и наносить большой вред.

Один из способов лечения гепатита B — интерферон, лекарство, которое достаточно давно применяется во всем мире. Это соединение, которое присутствует в крови человека и выделяется во время болезни, извещая организм о том, что надо бороться с вирусом.

Интерферон давно выпускается в России, а цена одного укола составляет порядка 5 тысяч рублей. Другой способ лечения — это так называемые аналоги нуклеозидов. Они блокируют размножение вирусов, но конкретный срок лечения таким препаратом определить сложно.

Их также применяют для борьбы с ВИЧ.

Источник: https://www.the-village.ru/village/people/experience/246905-gepatit-b

Совпадение? Четыре белоруса оперировались в одной больнице, а потом каждый заболел гепатитом C

Можно ли доказать вину бывшего парня, заразившего меня гепатитом Б?

Перед нами в кофейне сидит улыбчивый, умный, симпатичный бородач Рома Копыркин. В свои 23 года ему бы связаться с журналистами Onliner.

by, чтобы похвастать программистским талантом или редким в кризисное время оптимизмом, а вместо этого он рассказывает нам историю, которая привела его с заявлением в Следственный комитет.

Казалось бы, обычное дело — разболелся живот, отправили в больницу с аппендицитом, прооперировали. Неприятно, конечно, но с кем не бывает. Однако спустя два месяца после операции у Ромы обнаружили гепатит C.

Можно было бы с тоской в глазах оплакивать судьбу или сетовать на плохие гены, если бы не одно «но». За последние два года еще трое белорусов после операции в том же отделении экстренной хирургии 2-й городской клинической больницы Минска заболели гепатитом C.

* * *

Рома держится молодцом, о гепатите, который медики называют «ласковым убийцей», рассказывает с юмором: «Я парень сообразительный, сам все „погуглил“, поискал в интернете симптомы, пришел в поликлинику и говорю: „У меня, дорогие врачи, гепатит. Что, скорую вызывать? Нет, не надо. Сам дойду“».

В действительности, конечно, мало кто сможет так бодренько сказать и себе самому, и врачам правду об этом диагнозе. Во-первых, болеть гепатитом C в нашей стране по-прежнему стыдно: в глазах окружающих (в том числе медиков) ты сразу превращаешься то ли в наркомана, то ли в женщину легкого поведения, то ли в наркомана легкого поведения.

Во-вторых, болезнь по-настоящему угрожает жизни. Это вам не гайморит или аппендицит, все очень серьезно. Приготовьтесь заплатить за лечение тысячи долларов, или через десяток лет вас ждет цирроз/рак печени. Ну а в-третьих, до недавнего времени в Беларуси даже не работал фиброскан. Чтобы узнать состояние печени, пациенты ездили в Вильнюс.

Для Ромы вся эта история началась 21 октября 2015 года:

— Я был в Минске, на работе, когда почувствовал боль в животе справа. К вечеру боль заметно усилилась, и, „погуглив“ симптомы аппендицита, уже из дома я позвонил в скорую. За мной приехали, пощупали, сказали: «Да, это аппендицит», — и увезли во 2-ю городскую клиническую больницу.

Буквально через два-три часа мне сделали операцию в экстренном хирургическом отделении, удалили воспаленный аппендикс. Через пять дней меня выписали, и я решил, что на этом история закончена. Да, чувствовал какой-то дискомфорт, но списывал все на обычное послеоперационное состояние.

Почти через два месяца, в середине сентября, появились серьезные симптомы: пожелтели глаза, начался зуд. Я снова все „погуглил“, почитал и сам себе поставил диагноз — гепатит.

Врачи в поликлинике подтвердили Ромину версию. До городской инфекционной клинической больницы Минска парень доехал сам, на своих ногах.

Рома был уверен, что дело обойдется гепатитом A — самой легкой и быстро излечимой формой. «Наверное, где-то грязной водички попил, вот и подхватил», — рассуждал программист.

Через неделю пришли результаты анализов: маркеры на гепатит C были положительными. Новый год Рома встретил в больнице, под капельницами.

Что ждет парня дальше? Стандартное лечение, которое предлагают белорусские врачи, — это пегинтрон и рибоверин. У этих лекарств масса побочных эффектов, а по деньгам они обойдутся примерно в $1000 в месяц.

После укола пегинтрона, который делается раз в неделю, многие пациенты чувствуют такую слабость и тошноту, что физически не могут работать. Ощущения сравнимы с химиотерапией у онкобольных.

Кроме того, нет гарантии, что такое лечение поможет. Шансы — 50 на 50.

Второй вариант — американские препараты, которые дают 90% гарантии на выздоровление, да и побочных эффектов гораздо меньше. Трехмесячный курс лечения стоит примерно $60— $90 тыс.

, а это астрономическая для рядового белоруса сумма. Сообразительные индийские фармкомпании выпускают дженерики — бюджетные аналоги американских лекарств. Весь курс таких препаратов будет стоить до $3000.

Так что Роме есть над чем подумать…

— Чисто гипотетически существует мизерный шанс, что болезнь пройдет сама. Но это скорее из области фантастики. Все произошедшее я могу прокомментировать точно и кратко: это просто жесть! Я лег в больницу лечиться, а вышел из нее с гепатитом. Кроме того, оказалось, что я не один такой.

Поискал информацию в интернете и узнал, что в 2014 году две девушки и мужчина тоже обнаружили у себя гепатит C после оперирования в отделении экстренной хирургии 2-й ГКБ. Произошедшее заставило меня обратиться с заявлением в Следственный комитет.

Моя цель — получить от государства финансовую поддержку для предстоящего лечения, — говорит Роман.

В этом его поддерживают коллеги по несчастью — Аня Константович, Алена Матусевич и Владимир Жигалкин.

Все трое с различными диагнозами (острый аппендицит, разрыв кисты правого яичника) оперировались в отделении экстренной хирургии 2-й ГКБ в Минске в апреле 2014 года. Аня и Алена даже лежали в одной палате.

А спустя несколько месяцев они снова встретились — на этот раз в инфекционной больнице. Анализы на гепатит C у всех троих оказались положительными.

* * *

Аня немного смущается, все-таки она впервые попала в руки фотокорреспондента. Для нас, журналистов, удивительно, что девушка не прячет лицо, в отличие от большинства пациентов с гепатитом.

— Да, мне не стыдно показать лицо. Я же не употребляла наркотики, не вела беспорядочный образ жизни и вообще ничего плохого не делала. Я во всей этой истории пострадавшая, — вздыхает милая блондинка.

22 апреля 2014 года Аня, 20-летняя студентка Белорусского государственного экономического университета, попала во 2-ю ГКБ Минска с диагнозом «разрыв кисты правого яичника». Девушку прооперировали и через шесть дней выписали. А дальше история точь-в-точь повторяет Ромин случай.

— Это была первая в моей жизни операция, потому я не знала, как должна себя чувствовать. Думала, что тяжелое недомогание — это обычное после операции дело. В начале мая у меня повысилась температура, хотя никаких симптомов простуды не было.

Я все равно ходила на занятия в университет, но мне было очень плохо, даже есть ничего не могла. Врачи списывали все на тяжелую переносимость последствий операции.

Но когда я уже почти ползком добралась до поликлиники, у меня все-таки взяли анализы на гепатит и отправили в инфекционную больницу.

Четыре дня Аня провела в реанимации, даже стоял вопрос о пересадке печени. Молодая студентка совершенно не понимала, что происходит. Непонятный диагноз, неизвестное лечение, смутные перспективы.

— Никто не объяснил мне, откуда у меня гепатит C. Некоторые врачи даже шутили, мол, мне осталось жить десять лет. Странный врачебный юмор. Я пугалась и плакала. Спустя месяц меня выписали, назначили серьезные препараты, строгую диету.

Вот так уже два года… Я думала, что гепатитом заразилась где-то сама когда-то давно и что с лечением в больнице моя болезнь никак не связана. Но случайно узнала, что девушка, которая лежала со мной в одной палате во 2-й ГКБ, Алена Матусевич, тоже попала в «инфекционку» с гепатитом C. Мы с ней списались и стали общаться в интернете.

Вскоре нас обеих нашел третий пациент, Владимир Жигалкин. Он тоже лежал во 2-й больнице в этом же отделении в этот же промежуток времени. Слишком много совпадений, понимаете!

Три пациента объединились и написали в Минздрав, Комитет по здравоохранению Мингорисполкома, а после отправили заявления в Следственный комитет. Проверка по этому делу длилась полтора года, затем пришло письмо из СК: нарушений не выявлено.

— Мы, конечно, расстроились, получив такой ответ, но по крайней мере думали, что подобное во 2-й больнице больше не повторится. Все-таки проверка была серьезная, на республиканском уровне. И вот в январе нам пишет Рома! Совершенно незнакомый парень с такой же ситуацией! А мы считали, что печальной истории трех человек достаточно…

Это стало для Ани стимулом обратиться в редакцию Onliner.by.

— Честно говоря, я почти не надеюсь, что нам помогут, — признается девушка. — Но мне очень нужна финансовая помощь для лечения в будущем. Тяжело быть одной со всем этим. Сначала я не осознавала, что со мной случилось. И только потом поняла, насколько все серьезно. Психологически тяжело с этим жить.

Например, в общежитии я никогда не буду резать продукты чужим ножом, лучше схожу за своим. Этот вечный страх: вдруг я случайно поранюсь! Ведь моя кровь опасна. Тяжело осознавать, что ты не такой, как все… После того как выяснилось, что я заболела, всех в моей университетской группе заставили пройти вакцинацию и помыть общежитие.

Девочки в моей комнате драили каждый уголок с хлоркой на случай, если это гепатит A. Потом оказалось, что все-таки C. Мне было сложно после этого. Вся группа знала о моей болезни, из-за меня ребятам пришлось ходить на прививки. Я чувствовала себя виноватой, это мучило меня.

Но, спасибо моим друзьям и одногруппникам, никто не отвернулся, не сказал плохого слова, все общаются со мной, как и прежде.

* * *

24-летней Алене Матусевич повезло меньше, чем Ане Константович. По крайней мере с реакцией окружающих.

— Когда стало известно, что я болею гепатитом C, некоторые друзья перестали со мной общаться. Особенно обидно было, когда хорошая подруга, с которой у нас дети одного возраста, перестала отвечать на мои звонки и приглашения. Но ведь я ни в чем не виновата! Я такая молодая, всегда вела здоровый образ жизни. За что мне все это?..

История Алены тоже началась во 2-й городской больнице, куда молодая жена и мама попала 22 апреля 2014 года с диагнозом «острый катаральный аппендицит». Операция, пять суток в экстренном хирургическом отделении, а потом выписка и неожиданное, необъяснимое ухудшение самочувствия через месяц.

— 12 мая мне стало так плохо, что я просто не могла ходить. Тошнота, рвота, головокружение, полуобморочное состояние. Пришлось вызвать скорую. Окончательный диагноз мне поставили в минской инфекционной больнице — гепатит C. Я была в шоке! Больше всего я волновалась за свою маленькую дочь. Ей тогда был всего лишь годик.

Каждые три месяца мне приходилось ложиться на лечение в инфекционную больницу, а доченька оставалась без меня, с мужем. Пришлось отучать малышку от груди. Мне невыносимо думать о том, как сильно страдал мой ребенок. Думаю, дочери было тяжелее, чем мне. В тот момент, когда мама была нужна ей больше всего, меня не было рядом… Я очень благодарна мужу.

Его поддержка многое мне дала.

Поддерживающее лечение, которое в начале болезни проходила Алена, стоило 1,5 млн белорусских рублей в месяц. Для молодой семьи это были большие деньги.

— Я в декрете, муж — простой рабочий, почти все заработанное уходило на дочку — и тут вдруг такие суммы на таблетки каждый месяц! Честно признаюсь, было очень тяжело. Если бы не свекровь и мои родители, мы бы не справились.

Чувство несправедливости происходящего заставило Алену подать заявление в Следственный комитет. Но отсутствие какого-либо результата удручает девушку.

— Я хочу, чтобы в этой ситуации разобрались и нашли причину, по которой все мы четверо (уже четверо!) заболели гепатитом C. Лечение дорогое, и, на мой взгляд, будет справедливо, если его оплатит 2-я больница.

Люди заболевают, а никто ничего не делает. Все наши жалобы, заявления, все наши старания принесли ноль эффекта. Я часто с горькой иронией думаю о том, что аппендэктомия — это одна из самых простых операций в хирургии.

И чем все закончилось?..

* * *

Четвертый участник этой истории, 55-летний Владимир Жигалкин, оказался слишком занят и не нашел времени для встречи с журналистами. А может, уже отчаялся изменить что-либо?..

Ведь главный врач 2-й городской клинической больницы Минска Сергей Прусевич ответил корреспонденту Onliner.by четко и безапелляционно: «Следственный комитет проводил проверку.

Между лечением в нашем учреждении здравоохранения и заболеванием этих людей никакой связи не выявлено».

Источник: https://people.onliner.by/2016/04/26/gepatit

Автоправо
Добавить комментарий