Какова роль постановлений Пленума Верховного суда РФ?

О роли и значении постановлений пленума верховного суда российской федерации

Какова роль постановлений Пленума Верховного суда РФ?

В соответствии со ст. 56 Закона РСФСР от 8 июля 1981 г.

«О судоустройстве РСФСР» Верховный Суд РСФСР «изучает и обобщает судебную практику, анализирует судебную статистику и дает руководящие разъяснения судам по вопросам применения законодательства РСФСР, возникающим при рассмотрении судебных дел. Руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РСФСР обязательны для судов, других органов и должностных лиц, применяющих закон, по которому дано разъяснение».

Хотя данная норма не отменена, некоторые ученые и практические работники полагают, что она вступила в противоречие с положением ст.

 120 Конституции Российской Федерации о том, что «судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону», и поэтому должна действовать лишь в части, не противоречащей Конституции Российской Федерации и Федеральному конституционному закону «О судебной системе в Российской Федерации».

Иными словами, предлагается исходить из того, что разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по вопросам применения действующего законодательства не могут быть обязательными для судов при рассмотрении ими конкретных дел и материалов.

В этой связи представляется необходимым определиться по вопросу о роли содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ разъяснений и их значении для практики федеральных судов общей юрисдикции.

По нашему мнению, значимость этих разъяснений отмечена в Конституции Российской Федерации, а именно: в ст. 126 наряду с другими полномочиями Верховного Суда РФ указано на его полномочие давать разъяснения по вопросам судебной практики.

То обстоятельство, что в отличие от содержания ст. 56 Закона РСФСР «О судоустройстве РСФСР» в ст.

 126 Конституции Российской Федерации не говорится о том, что указанные разъяснения являются руководящими, на наш взгляд, ни в коей мере не означает, что их можно игнорировать. Напротив, толкование текста ст.

 126 Конституции дает основание для вывода о том, что дача Верховным Судом РФ разъяснений по вопросам судебной практики является таким же равноценным его полномочием, как и другие полномочия, перечисленные в этой статье.

Роль и значение разъяснений Верховного Суда РФ для судебной и, в целом, правоприменительной практики можно проиллюстрировать на следующих примерах.

В принятой 12 декабря 1993 г.

Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений и что ограничение этого права допускается только на основании судебного решения (ст. 23).

Кроме того, Конституцией гарантированы неприкосновенность жилища, а также то, что никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения (ст. 25).

Эти новые для отечественного законодательства положения, установившие судебный контроль за действиями, нарушающими конституционные права граждан, безусловно вызвали трудности у судов при практическом их применении.

Во избежание разнобоя в применении указанных норм Конституции Пленум Верховного Суда РФ принял 24 декабря 1993 г. Постановление N 13 «О некоторых вопросах, связанных с применением ст. ст. 23 и 25 Конституции Российской Федерации», в котором дал ряд разъяснений и тем самым ответил на множество поступавших из судов вопросов.

В частности, Пленумом разъяснено, что материалы, подтверждающие необходимость ограничения прав, указанных в ст. ст.

23 и 25 Конституции, предоставляются судье уполномоченными на то органами и должностными лицами в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством и Законом Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации», принятым Государственной Думой 5 июля 1995 г.

По результатам рассмотрения материалов судьей выносится мотивированное постановление о разрешении провести оперативно-розыскные или следственные действия, связанные с ограничением права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений или с проникновением в жилище, либо об отказе в этом.

Разъяснено также, что в случае, если судья не дал разрешения на проведение указанных действий, уполномоченные на то органы и должностные лица вправе обратиться по тому же вопросу в вышестоящий суд.

Это постановление Пленума, сыгравшее важную роль в стабилизации практики судов по рассмотрению названных выше материалов, действует и в настоящее время, оказывая помощь судьям в правильном применении законодательства.

Другой пример. В связи с принятием Конституции Российской Федерации в практике разрешения конкретных судебных дел возник вопрос о том, как быть, если суд придет к выводу о противоречии подлежащего применению закона Конституции.

Ответ на этот и ряд других вопросов был дан в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия». В нем, в частности, обращено внимание судов на то, что согласно ч. 1 ст.

15 Конституции Российской Федерации Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с этим конституционным положением судам при рассмотрении дел следует оценивать содержание закона или иного нормативного правового акта, регулирующего рассматриваемые судом правоотношения, и во всех необходимых случаях применять Конституцию Российской Федерации в качестве акта прямого действия.

Суд, разрешая дело, применяет Конституцию, когда придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции Российской Федерации, противоречит ей, либо когда федеральный закон, принятый после вступления в силу Конституции, противоречит соответствующим ее положениям.

В качестве примера действенной помощи судам в правильном толковании и применении закона, которую оказывают разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, можно сослаться также на его постановление от 29 сентября 1994 г. N 6 «О выполнении судами постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 апреля 1993 г.

N 3 «О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей» (в редакции постановления Пленума от 25 октября 1996 г. N 10). В нем разъяснено, что в соответствии со ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, вступившего в силу 23 марта 1976 г. (нормы которого в силу ч. 4 ст.

15 Конституции Российской Федерации являются составной частью правовой системы Российской Федерации и имеют верховенство над ее внутренним законодательством), каждому, кто лишен свободы вследствие ареста или содержания под стражей, принадлежит право на разбирательство его дела в суде, чтобы этот суд мог безотлагательно вынести постановление относительно законности его задержания и распорядиться о его освобождении, если задержание незаконно.

Исходя из этого, жалоба лица, задержанного по подозрению в совершении преступления, его защитника или законного представителя относительно законности и обоснованности задержания должна приниматься судом к производству и разрешаться по существу применительно к порядку и основаниям, предусмотренным уголовно-процессуальным законодательством.

Как видно из приведенных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, их цель — не только обратить внимание судов на необходимость правильного толкования законов, но и обязать разрешать дела в точном соответствии с действующим федеральным законодательством, общепризнанными принципами и нормами международного права.

В этой связи представляется, что содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ разъяснения по вопросам судебной практики обязательны для судов, поскольку такие разъяснения, основанные на требованиях закона, способствуют правильному толкованию и единообразному применению закона на всей территории Российской Федерации и помогают избежать судебных ошибок.

Если исходить из того, что разъяснения Пленума обязательными для судов не являются, то возникают вопросы о том, была ли необходимость закреплять на конституционном уровне положение о даче Верховным Судом РФ разъяснений по вопросам судебной практики и к чему такие разъяснения, если их можно игнорировать?

В пользу позиции об обязательности для судов разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики уместно привести и такой довод.

До принятия Пленумом постановлений с разъяснениями по конкретной категории дел проводится большая работа по изучению данных судебной статистики и сбору необходимых материалов как непосредственно в Верховном Суде РФ, так и в нижестоящих судах с выездом на места судей Верховного Суда РФ.

Наряду с этим запрашиваются справки по результатам обобщения судебной практики из Верховных судов республик, краевых, областных и соответствующих им судов.

При этом акцентируется внимание на возникающих у судов вопросах по применению законодательства и на ошибках, допускаемых при разрешении конкретной категории дел.

Полученные материалы обобщаются и с привлечением специалистов соответствующих министерств и ведомств, а также ученых-правоведов разрабатывается первоначальный вариант проекта постановления Пленума Верховного Суда РФ с разъяснениями по наиболее важным вопросам, от решения которых зависит качество осуществления правосудия по той или иной категории судебных дел. Данный проект рассылается в нижестоящие суды для получения отзывов на него. Кроме того, тот же проект постановления обсуждается в судебных коллегиях Верховного Суда РФ, а также на заседании Научно-консультативного совета при Верховном Суде РФ, после чего он дорабатывается с учетомпоступивших поправок.

В процессе этой работы приходится часто уточнять содержание разъяснений, что, в свою очередь, приводит к необходимости подготовки новых вариантов проекта.

Затем он выносится на Пленум, где заслушиваются и обсуждаются позиции практических работников и ученых по каждому пункту проекта постановления.

На этом же заседании Пленума образуется редакционная комиссия из числа его членов и иных участников обсуждения, которая дорабатывает проект с учетом высказанных предложений и замечаний и выносит его на Пленум для ания.

Принятию этого документа предшествуют выступления Министра юстиции Российской Федерации, Генерального прокурора Российской Федерации и членов Пленума по существу доработанного проекта постановления, и лишь после этого он принимается путем ания, причем по каждому его пункту.

Приведенный далеко не полный перечень вопросов, разрешаемых в ходе подготовки и принятия постановления Пленума, свидетельствует, на наш взгляд, не только о значимости содержащихся в нем разъяснений, но и подтверждает вывод о необходимости обязательного их учета при разрешении конкретных судебных дел.

Нельзя не отметить и то, что значение разъяснений Пленума как эффективного средства оказания помощи судам в правильном применении законов все более возрастает ввиду существенного изменения и дополнения действующего законодательства, а также принятия Гражданского кодекса Российской Федерации, Уголовного кодекса Российской Федерации и других федеральных законов.

Следует подчеркнуть, что, хотя отдельные положения постановлений Пленума имеют характер не разъяснений, а рекомендаций соответствующим судам (например, усилить надзор за правильным применением законодательства нижестоящими судами либо повысить внимание к выявлению и устранению причин правонарушений и условий, способствовавших их совершению, и т. д.), такого рода рекомендации также обязательны для судов, поскольку в соответствии со ст. 126 Конституции Российской Федерации на Верховный Суд РФ возложена обязанность по осуществлению судебного надзора за деятельностью судов общей юрисдикции.

В тесной связи с изложенным находится также вопрос о правовом характере разъяснений Верховного Суда РФ.

Учитывая уже упоминавшуюся конституционную норму о возложении на Верховный Суд РФ обязанности по даче разъяснений по вопросам судебной практики, полагаем, что эти разъяснения можно расценить как своего рода судебный прецедент.

Источник: http://www.zhurnalsudya.ru/precedent/scientific_works/333/

Значение постановлений высших судебных органов в гражданском процессуальном законодательстве (Соловьева Т.В.)

Какова роль постановлений Пленума Верховного суда РФ?

Дата размещения статьи: 20.06.2015

Одной из многочисленных целей деятельности высших судебных органов выступает толкование нормативных предписаний, содержащихся в законодательных актах. При этом единого нормативного регулирования характера постановлений, содержащих разъяснения относительно порядка применения определенных норм, не создано в законодательстве Российской Федерации.

——————————– К высшим судебным органам мы относим Верховный Суд РФ, Конституционный Суд РФ и Европейский суд по правам человека. Несмотря на различную сферу правового регулирования и характер полномочий перечисленных судебных органов, они выступают высшими органами в той системе, к которой относятся.

Применительно к деятельности Верховного Суда РФ отметим, что за последние годы было принято два основных федеральных конституционных закона (далее – ФКЗ).

Так, в 2011 году был принят ФКЗ “О судах общей юрисдикции в РФ”, который определил порядок функционирования данного Суда, но позднее глава, регулирующая деятельность Верховного Суда РФ, была исключена из указанного нормативного акта, поскольку в 2014 году был принят ФКЗ “О Верховном Суде РФ”, в котором получили закрепление основные правила деятельности Верховного Суда РФ как единого вышестоящего судебного органа в сфере гражданского процесса, после объединения Верховного Суда РФ (ранее действовавшего как высшего судебного органа в системе судов общей юрисдикции) и Высшего Арбитражного Суда РФ (ранее действовавшего как высшего судебного органа в системе арбитражных судов). Несмотря на детальное регулирование деятельности нового Верховного Суда РФ, за рамками остались достаточно важные вопросы, а именно понятие актов Верховного Суда РФ, их виды, характер для нижестоящих судов и порядок реализации.Общее правило, касающееся характера судебных постановлений судов общей юрисдикции в настоящее время, содержится в ч. 8 ст. 5 ФКЗ “О судах общей юрисдикции” и закрепляет обязательность вступивших в силу судебных актов судов общей юрисдикции для всех субъектов права. Кроме того, на обязательность судебных постановлений указывает ст. 13 ГПК РФ. Вряд ли можно говорить о применимости названных положений к постановлениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащим толкование норм права.Несколько иная ситуация сложилась в период существования Высшего Арбитражного Суда РФ. Так, в ст. 7 ФКЗ “Об арбитражных судах в РФ” указывается на обязательность всех актов арбитражных судов для всех субъектов права. Кроме того, данный ФКЗ содержал четкое указание на обязательность для арбитражных судов в Российской Федерации постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ (ч. 2 ст. 13). Кроме того, в ч. 4 ст. 170 АПК РФ устанавливалась возможность указания в мотивировочной части решения на постановления Пленума и Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ. В настоящее время ФКЗ “Об арбитражных судах в РФ” и АПК РФ претерпели существенные изменения. В частности, ст. 13 ФКЗ “Об арбитражных судах в РФ” утратила силу, а с 28.06.2014 ч. 4 ст. 170 АПК РФ изменена с учетом объединения судов и теперь содержит указание на возможность содержания в мотивировочной части решения ссылок на постановления Пленума и Президиума Верховного Суда РФ и сохранивших силу постановлений Пленума и Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ по вопросам судебной практики.Таким образом, можно констатировать различный подход законодателя к установленному характеру постановлений Верховного Суда РФ для судов общей юрисдикции и арбитражных судов.Что касается характера постановлений Конституционного Суда РФ, отметим, что ФКЗ “О Конституционном Суде РФ” закрепляет их обязательный характер для всех субъектов на всей территории РФ (ст. 6). Данная статья уже подразумевает необходимость реализации постановлений Конституционного Суда РФ. Кроме того, ФКЗ “О Конституционном Суде РФ” содержит статьи, в которых устанавливается юридическая сила решения (ст. 79), обязанность государственных органов и должностных лиц по приведению законов и иных нормативных актов в соответствие с Конституцией РФ в связи с решением Конституционного Суда РФ (ст. 80), а также закреплены последствия неисполнения решения Конституционного Суда РФ, все это свидетельствует о необходимости материализации предписаний Конституционного Суда РФ в правоприменительной и законодательной деятельности определенных субъектов. В данном Законе также определены некоторые формы реализации решений Конституционного Суда РФ, а именно внесение необходимых изменений и (или) дополнений в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части (ст. 79), пересмотр дела компетентным органом в обычном порядке (ст. 100). На обязательность актов толкования Конституционного Суда РФ указывает ст. 106 ФКЗ “О Конституционном Суде РФ”.При этом отраслевое законодательство, в частности ГПК И АПК РФ, не содержат ссылок на обязательность постановлений Конституционного Суда РФ, содержащих толкование законодательства, при рассмотрении и разрешении дел судами, за исключением существующей возможности пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу по новым обстоятельствам (п. 3 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, п. 3 ч. 3 ст. 311 АПК РФ) на основании постановлений Конституционного Суда РФ. Однако это лишь частные правила судопроизводства, применяемые к конкретным заинтересованным субъектам, судебные постановления по жалобам которых были предметом рассмотрения в Конституционном Суде РФ.Несмотря на то что Европейский суд по правам человека не входит ни в одну судебную систему государств, он все же оказывает влияние на судопроизводство посредством постановлений, содержащих толкования норм Конвенции о защите прав и основных свобод человека и гражданина. Кроме того, Европейский суд по правам человека выступает высшим органом в сфере международной юрисдикции.Анализ международных актов, в частности Конвенции о защите прав и основных свобод человека и гражданина, позволяет говорить о том, что в ней порядок реализации постановлений Европейского суда по правам человека определен в общих чертах (ч. 1 ст. 46 Конвенции). При этом обязательность исполнения (приведения в действие) таких постановлений государствами-ответчиками не ставится под сомнение. Отсутствие в Конвенции норм, подробно регламентирующих порядок реализации постановлений Европейского суда по правам человека, оправданно и обусловлено самой их природой, а также разноплановостью мер принуждения, применяемых в отношении различных государств.Если же мы обратимся к мнению Верховного Суда РФ, то увидим достаточно неопределенную позицию. Так, Верховный Суд РФ указывает, что суду также следует учитывать постановления Конституционного Суда РФ о толковании норм Конституции РФ или о признании не соответствующими Конституции РФ определенных норм; постановления Пленума Верховного Суда РФ, принятые по результатам судебного надзора и дачи разъяснений по вопросам судебной практики (ст. 126 Конституции РФ); постановления Европейского суда по правам человека, содержащие толкование норм Конвенции . Из данного Постановления неясной по определенным причинам остается формулировка “следует учитывать”. Во-первых, слово “следует” означает “поступать согласно чему-либо”, оно не обязывает выбирать определенный тип поведения, а лишь позволяет или дает возможность поступать тем или иным образом. Во-вторых, слово “учитывать” означает “принимать во внимание”, т.е. не предполагает совершения каких-либо конкретных действий. Из чего мы можем сделать вывод, что судье предлагается сделать выбор относительно того, принимать ли во внимание определенное постановление высшего судебного органа при рассмотрении и разрешении конкретного дела. При этом выбор средств и способов “учета” остается также за судьей.——————————– Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 “О судебном решении” // Российская газета. 2003. 26 декабря. N 260.Некоторую ясность в определение сущности и значения постановлений Европейского суда по правам человека для судов РФ внес Пленум Верховного Суда РФ путем принятия Постановления от 27.06.2013 N 21 , где закрепил, что “…правовые позиции Европейского суда по правам человека, которые содержатся в окончательных постановлениях суда, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов”.——————————– Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 21 “О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней” // Российская газета. 2013. N 6121.Несмотря на то что законодатель не относит к источникам права постановления высших судебных органов, они в определенных случаях выполняют такую роль (устраняют пробел, наполняют иным смыслом норму права и т.д.), и их игнорирование судьями может повлечь вынесение незаконного и необоснованного итогового постановления. Законодатель в ГПК РФ установил норму, позволяющую отменять или изменять судебные постановления, которые вынесены ввиду нарушения или неправильного применения норм права (ст. 330 ГПК РФ), с нарушением норм материального или процессуального права (ст. 387 ГПК РФ) и которые нарушают единообразие в толковании и применении судом норм права (ст. 391.1 ГПК РФ). Данные нормативные положения, по нашему мнению, являются специфическим видом ответственности за ненадлежащую реализацию постановлений высших судебных органов судами общей юрисдикции.Все это свидетельствует о необходимости приведения законодательства и разъяснительной практики высших судебных органов относительно характера и значения постановлений Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ и Европейского суда по правам человека к единообразию с целью недопущения появления противоречивых судебных решений при рассмотрении гражданских дел судами общей юрисдикции и арбитражными судами и обеспечения надлежащей судебной защиты прав и законных интересов заинтересованных субъектов.После объединения Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ возникла необходимость в разработке единых правил судопроизводства в судах общей юрисдикции и арбитражных судах. Было предложено в одном нормативном акте объединить судопроизводственные правила по рассмотрению гражданских, административных и экономических дел . В рабочем варианте концепции Кодекса гражданского судопроизводства в настоящее время предусматривается предписание, дополняющее содержание ч. 4 ст. 170 АПК РФ. Так, предлагается, что в мотивировочной части судебного решения могут содержаться ссылки на постановления Пленума и Президиума Верховного Суда РФ и сохранившие силу постановления Пленума и Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ по вопросам судебной практики, постановления и решения Европейского суда по правам человека, решения Конституционного Суда РФ.——————————– От концепции единой науки процессуального права до создания нового “единого” Гражданского процессуального кодекса. URL: http://pro-sud-123.ru (дата обращения: 21.11.2014).Думается, данное предписание свидетельствует о развитии и укоренении в законодательстве РФ судебного прецедента, однако не в полном объеме, а лишь в отношении постановлений высших судебных органов. Такое решение вопроса относительно значения постановлений высших судебных органов является логичным и целесообразным по своему характеру, поскольку направлено на придание завершенности деятельности высших судебных органов, направленной на толкование нормативных предписаний. В противном случае – непризнания за указанными актами обязательного характера для судов, рассматривающих и разрешающих дела в гражданском и арбитражном судопроизводстве, – цель толковательной деятельности Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ и Европейского суда по правам человека теряет смысл.Полагаем, что при включении данного положения в содержание нового Кодекса гражданского судопроизводства необходимо внести некоторые дополнения, а именно включить в содержание ГПК РФ статью, устанавливающую, что постановления Пленума и Президиума Верховного Суда РФ и сохранившие силу постановления Пленума и Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ по вопросам судебной практики, постановления и решения Европейского суда по правам человека, решения Конституционного Суда РФ являются обязательными для судов при рассмотрении и разрешении гражданских дел, экономических и иных споров, связанных с предпринимательской деятельностью.Список использованной литературы1. Российская газета. 2003. N 260.2. Российская газета. 2013. N 6121.

3. От концепции единой науки процессуального права до создания нового “единого” Гражданского процессуального кодекса // URL: http://pro-sud-123.ru (дата обращения: 21.11.2014).

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:

Источник: http://xn----7sbbaj7auwnffhk.xn--p1ai/article/9386

Роль в уголовном судопроизводстве постановлений Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, приказов и указаний, положений и инструкций, издаваемых Генеральным прокурором РФ

Какова роль постановлений Пленума Верховного суда РФ?

 Наибольшее значение для уголовного судопроизводства имеет такое полномочие Конституционного Суда, как проверка конституционности законов и иных нормативных правовых актов.

Посредством этого полномочия Конституционный суд может не просто толковать уже существующие законы, а исправлять их, приводить в соответствие с Конституцией, создавая таким образом новые, правомерные нормы, которые встают на место признанных неконституционными.

При этом Конституционный Суд не пересматривает само дело, а лишь принимает решение по вопросу о конституционности подлежащего применению в нем закона.

Его постановления с полным основанием могут считаться самостоятельным источником права, поскольку, по существу, создают судебные прецеденты, то есть обоснованные в судебных решениях новые правовые нормы, обязательные в дальнейшем для применения всеми судебными и иными органами. Прецедентные нормы создаются Конституционным Судом, исходя из положений Конституции Российской Федерации, а также, как свидетельствует практика конституционного правосудия, из принципов и норм общего международного права.

Значение данных полномочий Конституционного Суда можно рассматривать в нескольких аспектах. В политико-правовом плане оно состоит в том, что правовая система государства приобретает благодаря им устойчивость, гарантированность от нарушений конституционного порядка.

В социально-правовом отношении последствия применения данного юридического механизма особенно примечательны – любой гражданин, даже тот, кто обвинен в совершении преступления, получает реальную возможность, опираясь на рычаг права и принципы справедливости, непосредственно влиять не только на исход своего конкретного дела, но и на сам закон, добиваясь его оперативного изменения. С технико-юридической точки зрения признание нормативного акта неконституционным обычно влечет его отмену компетентным органом и принятие другого акта, соответствующего решению Конституционного Суда.

Особое место в уголовном судопроизводстве занимают толкования правовых норм, содержащиеся в решениях Верховного Суда РФ.

Если судебное толкование содержится в решении (приговоре, определении, постановлении) по результатам рассмотрения конкретного дела, то оно всегда является не нормативным, а казуальным, юридически обязательным только в отношении лиц, участвовавших в деле и в пределах решения суда. Другими словами, такое толкование дается лишь в интересах рассматриваемого дела. Приговоры, определения и постановления Верховного Суда формально не обязательны для нижестоящих судов, однако, будучи опубликованными, имея высокий профессиональный уровень и моральный авторитет, они служат ориентиром для судебной практики, порой приближаясь по своему фактическому значению к судебным прецедентам.

Сложнее вопрос с юридическим статусом разъяснений, которые Верховный Суд РФ вправе давать по вопросам судебной практики ( ст. 126 Конституции РФ; п. 5 ст. 19 Закона «О судебной системе РФ»).

Такие разъяснения являются официальным судебным толкованием, однако особого рода, так как, во-первых, они даются не в интересах какого-либо конкретного дела, а в интересах закона, а во-вторых, в силу принципа независимости судей при осуществлении правосудия формально имеют для судов лишь моральное ориентирующее значение. Вот почему было бы неправомерно требовать от судов, чтобы они ссылались в своих решениях не только на закон, но также и на постановления Пленума Верховного Суда. Вместе с тем, практическая роль разъяснений правовых норм, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда России, распространяется далеко за рамки формально-юридических дефиниций. Также как и решения Верховного Суда по конкретным делам такие разъяснения воспринимаются нижестоящими судами как руководство к действию, ибо именно Верховный Суд РФ является высшей инстанцией страны для судов общей юрисдикции и, осуществляя свои полномочия по пересмотру уголовных дел в кассационном и надзорном порядке, он, безусловно, способен заставить уважать свою точку зрения по вопросам правового толкования.

В соответствии со ст. 17 Закона о прокуратуре Генеральный прокурор Российской Федерации издает обязательные для работников органов прокуратуры приказы, указания, распоряжения, положения и инструкции, регулирующие вопросы организации деятельности системы прокуратуры Российской Федерации.

Естественно, что в ряде этих документов содержаться обязательные для прокурорских работников разъяснения и по поводу содержания и применения норм права, не в последнюю очередь – уголовно-процессуального.

Таким образом, толкование правовых норм, содержащееся в этих актах, может рассматриваться как разновидность легального, так как оно в силу закона обязательно для прокурорских работников. Однако фактически значение его значительно шире.

Поскольку именно прокуроры осуществляют надзор за расследованием уголовных дел и вправе давать обязательные указания следователям и органам дознания (ч. 2 ст. 37 УПК), толкование правовых норм Генеральной прокуратурой, на практике воспринимаются органами предварительного расследования, независимо от их ведомственной принадлежности, как обязательное.

Источник: http://www.kalinovsky-k.narod.ru/p/krat_kurs/2-5.htm

Постановления Пленума Верховного Суда РФ как источник уголовно-процессуального права

Какова роль постановлений Пленума Верховного суда РФ?

Для того чтобы охарактеризовать судебное правотворчество в сфере уголовного судопроизводства, необходимо определить формы выражения создаваемых судом предписаний нормативного характера, их содержание, а также сущность изменений, вносимых ими в регулирование уголовно-процессуальных отношений.

На наш взгляд, можно говорить о существовании двух источников права: постановления Пленума Верховного Суда РФ и судебный прецедент. При этом необходимо отметить, что противопоставление правовой природы постановлений Пленума и решений Верховного Суда РФ по отдельным делам вряд ли оправданно.

Они различаются по форме выражения правовых предписаний, но не по существу: в основе постановлений Пленума в большей части лежат решения Верховного Суда РФ по конкретным вопросам, возникавшим на практике. Пленум осуществляет обобщение последних для выявления закономерностей в допускаемых на практике ошибках.

В связи с этим способ изложения в постановлениях Пленума правовых позиций Верховного Суда РФ по отдельным делам не имеет казуального характера, постановления заранее направлены на регулирование неопределенного круга общественных отношений.

Это сближает по форме постановления Пленума Верховного Суда РФ с традиционным для нашей страны источником права – нормативным правовым актом.

Говоря о механизме действия решений Верховного Суда РФ в уголовном процессе, следует прежде всего отметить, что они обладают таким свойством, характерным для источников права, как общеизвестность, причем постановления Пленума публикуются не только в “Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации”, но и в “Российской газете” – официальном издании всех законов и нормативных правовых актов РФ.

Что касается обязательности рассматриваемых решений, заметим, что необходимость в даче разъяснений возникает именно тогда, когда судьи начинают сталкиваться со сложностями при применении законов, правильное понимание которых судами и органами предварительного расследования и, следовательно, надлежащее претворение в жизнь и обеспечивают постановления Пленума Верховного Суда РФ. Обязательность постановлений Пленума важна именно как гарантия должной реализации судами законодательных норм. В противном случае способность Верховного Суда РФ осуществлять возложенную на него функцию обеспечения единообразия судебной практики стала бы проблематичной. В связи с этим обязательность постановлений Пленума Верховного Суда РФ не только не противоречит обязанности судей подчиняться Конституции РФ и законам, а наоборот, является средством реализации этого конституционного положения, поскольку обеспечивает правильное применение законов, в том числе Конституции РФ, обладающей высшей юридической силой.

Проведенные нами исследования показали, что судьи справедливо дают высокую оценку значению постановлений Пленума Верховного Суда РФ в обеспечении надлежащего осуществления правосудия в сфере уголовного судопроизводства. Так, 97% опрошенных указали, что считают необходимым знакомиться с ними для эффективного выполнения своей работы.

Подавляющее большинство (98% при 2% воздержавшихся) оценили содержащиеся в них нормы как обязательные для соблюдения.

О готовности судей следовать постановлениям Пленума Верховного Суда РФ свидетельствует следующая статистика: 70% (при 8% воздержавшихся) признали, что неправильным применением закона будет являться в том числе и такое, которое противоречит требованиям данных постановлений.

Все вышесказанное позволяет прийти к выводу, что на практике существует отношение к постановлениям Пленума Верховного Суда как к обязательным, и это является гарантией стабильности и законности.

Наряду с постановлениями Пленума Верховного Суда РФ принципиальное значение для уяснения смысла уголовнопроцессуальных норм имеют и его решения по конкретным делам. Форма выражения содержащихся в них предписаний имеет казуальный характер, поэтому такие решения следует отнести к судебному прецеденту.

Следует отметить, что принцип прецедента, т.е. обязанность судей следовать ранее принятому судебному решению, не получил законодательного закрепления в нашей стране.

Однако установление его в законе не является необходимым условием признания решения суда источником права и не может служить безусловным критерием его функционирования в определенной правовой системе.

Показательно, что указанный принцип не выражен в позитивном праве стран англо-американской правовой семьи, что, впрочем, не служит препятствием для признания в них судебного прецедента одним из основных источников права.

Необходимо констатировать, что реальность права проявляется в самой жизни, в его действии и способности влиять на формирование правоотношений и поведение их участников.

Регулярно публикуемые для всеобщего сведения в “Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации” решения Верховного Суда РФ по конкретным делам становятся образцом разрешения правовых вопросов, на который ориентируются другие судьи, предопределяя, таким образом, направление всей судебной практики.

В связи с этим рассматриваемые решения играют более важную роль по сравнению с решениями других судов. Одним из показателей значимости решений Верховного Суда РФ является также их регулярное опубликование в сборниках, обобщающих судебную практику за тот или иной период по определенным делам, в том числе по уголовным.

В данных сборниках решения Верховного Суда РФ группируются по разделам согласно структуре законодательства с выделением сути правовой позиции, занятой Верховным Судом РФ по каждому делу.

Очевидно, что официальные издания подобного рода призваны ориентировать правоприменителей на использование решений Верховного Суда РФ при разрешении аналогичных вопросов.

Влияние решений Верховного Суда РФ на правоприменительную практику характеризуют следующие данные: 95% опрошенных нами судей считают необходимым для выполнения своей работы знакомиться с решениями Верховного Суда РФ; нет ни одного судьи, который бы их не изучал, причем 71% судей делают это регулярно, по мере опубликования; 97% опрошенных признали практическое значение ознакомления с решениями Верховного Суда РФ, при этом 73% видят его в том, что судьи получают образец правильного решения спорного вопроса, 65% – в получении должного толкования положений законодательства, 60% – в ознакомлении с чужими ошибками, что позволяет им не повторять их самим. Таким образом, очевидна общая позиция судей, направленная на следование опубликованным решениям Верховного Суда РФ при разрешении аналогичных дел.

По сравнению с действием принципа прецедента в странах англо-американской правовой семьи, российская практика прецедента имеет свои особенности. Прежде всего силой прецедента обладают решения только одной судебной инстанции – Верховного Суда РФ.

Приговоры нижестоящих судов могут быть признаны таковыми постольку, поскольку они апробированы в порядке надзора Верховным Судом РФ и опубликованы в “Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации”.

Следует отметить, что решения Верховного Суда РФ по конкретным делам являются скорее убеждающим прецедентом, чем обязательным: судьи формально не связаны ранее принятым Верховным Судом РФ решением по аналогичному вопросу.

Следует отметить, однако, что сила российского прецедента не только в аргументированности, но и в авторитете создавшего его суда, в возможности отмены противоречащего ему решения вышестоящими судебными инстанциями, вплоть до самого Верховного Суда РФ.

Осуществляя это правомочие, Верховный Суд РФ координирует деятельность нижестоящих судов, тем самым фактически придавая своему решению обязательную силу. В связи с этим судья, прежде чем вынести решение по делу, идущее вразрез с позицией Верховного Суда РФ по определенному вопросу, должен взвесить степень вероятности его отмены, что определяет, в конечном итоге, выбор им варианта принимаемого решения.

Указанное значение деятельности Верховного Суда РФ подтвердили проведенные исследования, которые показали, что на практике судьи неоднозначно оценивают обязательность для себя опубликованных решений Верховного Суда РФ по конкретным делам.

Из опрошенных нами судей 52% указали, что если им придется решить спорный вопрос, то они решат его так же, как и Верховный Суд РФ, 45% сделают это только в том случае, если согласятся с аргументацией, и только 3% не будут принимать решение Верховного Суда РФ во внимание.

Очевидно, что действия судей будут зависеть, во-первых, от убедительности решения Верховного Суда РФ, во-вторых, от подтверждения Верховным Судом РФ своей позиции по тому или иному вопросу принятием аналогичных решений в дальнейшем.

Таким образом, постановления Пленума, решения Верховного Суда РФ по отдельным делам, публикуемые в “Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации”, оказывают существенное влияние на практику нижестоящих судов. Показательно, что все опрошенные нами судьи указали, что используют постановления Пленума при принятии решений по уголовным делам, но при этом 33% признались, что никогда на них официально не ссылались.

Необходимо отметить, что сам Верховный Суд РФ при рассмотрении уголовных дел нередко обосновывает свой вывод о нарушении нижестоящими судами уголовного и уголовно-процессуального закона указанием на несоблюдение ими положений, выработанных Пленумом.

Переходя от исследования форм судебного правотворчества к вопросу о его содержании, следует прежде всего выделить в правотворчестве два основных направления: первичное и вторичное. Критерием этого разделения является отношение созданных судом норм к закону.

Первичное правотворчество contra legem (против закона) корректирует и исправляет действующую систему законодательных норм. Вторичное судебное нормотворчество осуществляется praeter legem (в рамках закона), уточняет и развивает положения закона.

По цели деятельности судебное правотворчество может быть подразделено на исправительное (направленное на изменение содержания закона в случае его противоречия источникам права более высокой юридической силы: Конституции РФ и международным нормам); восполнительное (призванное восполнять пробелы в правовом регулировании); интерпретирующее (устанавливающее определенное содержание закона, разъясняющее его положения).

Для создания правовых норм в том или ином виде судебного правотворчества используется определенный набор способов, среди которых можно выделить следующие: толкование (ограничительное, расширительное, санкционирование одного из возможных вариантов понимания закона), конкретизацию (оценочных понятий, открытых перечней, терминов), аналогию (закона, права) и корректировку (приведение требований закона в соответствие с конституционными и международными нормами).

Известным примером нормативных предписаний Верховного Суда РФ, служащих ориентиром для применения такого установленного в законе открытого перечня, как “иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса” (п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ), являются положения п. 16, 17,18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 “О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия”.

Что касается приведения Верховным Судом РФ уголовно-процессуального закона в соответствие с требованиями норм международного права и Конституции РФ, то такая практика была особенно актуальной в период действия УПК РСФСР 1960 г., во многом им не соответствовавшего. В качестве примера можно привести корректировку Верховным Судом РФ ч. 2 ст.

96 УПК РСФСР, допускавшей заключение под стражу лиц, обвиняющихся в совершении преступлений, перечисленных в ч. 2 ст. 96 УПК РСФСР по мотивам одной лишь опасности преступления.

Очевидно, что данное положение исключало необходимость проверки законности и обоснованности заключения под стражу, примененной по такому основанию, как тяжесть совершенного преступления.

Однако Пленум Верховного Суда РФ в п. 8 постановления от 27 апреля 1993 г.

№ 3 “О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей” указал, что включение преступления, в совершении которого обвиняется (подозревается) лицо, в перечень ч. 2 ст.

96 УПК РСФСР, не освобождает судью при наличии жалобы в порядке ст. 220.1 УПК РСФСР от проверки законности и обоснованности избрания этой меры пресечения и не лишает его права отменить либо изменить ее при наличии к тому оснований.

Безусловно, данное правоположение, созданное судом, исходит из приоритета прав и свобод личности (ст. 17,18 Конституции РФ), из конституционного принципа о праве каждого гражданина на судебную защиту его прав и свобод (ст. 46).

Среди позиций Верховного Суда РФ, выраженных в решениях по конкретным делам, играющим в настоящее время преюдициальную роль, можно назвать следующие:

  • – в связи с тем, что явки с повинной были написаны в отсутствии защитников и подсудимые отказались от их содержания в суде в силу п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, явки с повинной не могут быть признаны недопустимыми доказательствами (Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 марта 2005 г. № 50-о04-82сп);
  • – стороне защиты в приобщении к делу заключения специалиста как полученного вне рамок уголовно-процессуального закона должно быть отказано, однако специалист может быть допрошен по ходатайству стороны защиты (Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 июля 2005 г. № 32-о05-26сп).

Это лишь некоторые примеры решений, выразивших позицию Верховного Суда РФ по дискутируемым в науке и неоднозначно решаемым на практике вопросам.

Таким образом, Верховный Суд РФ играет важную роль в регулировании уголовно-процессуальных отношений, вырабатывая предписания общего характера, содержащиеся в постановлениях Пленума, а также рассматривая конкретные правовые споры, в процессе которых он формулирует правовые позиции, публикуемые для всеобщего сведения и становящиеся образцом разрешения аналогичных ситуаций для нижестоящих судебных инстанций.

Источник: https://studme.org/68165/pravo/postanovleniya_plenuma_verhovnogo_suda_istochnik_ugolovno-protsessualnogo_prava

Автоправо
Добавить комментарий