Как правильно квалифицировать данное преступление?

Некоторые вопросы применения уголовного закона, в части квалификации деяний по признаку группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой

Как правильно квалифицировать данное преступление?

Известная поговорка гласит – «два юриста – три мнения». На основании наших мнений – порой правильных, порой нет – и формируется судебная практика. Хочу поделиться своими соображениями и опытом по вопросам применения некоторых норм уголовного права. Приведённая ниже статья предназначена, в основном, для стажеров и начинающих адвокатов.

Большинство молодых адвокатов начинают свою деятельность с осуществления защиты по уголовным делам, как правило, по назначению. Защищая своих доверителей, молодой специалист непременно сталкивается с ситуациями, когда для правильного применения норм права необходимо с кем-то посоветоваться, узнать мнения коллег.

Легче тем, кто осуществляет свою деятельность в большом коллективе, имеет доступ к различным информационным системам. Сложнее, когда молодой специалист начинает в небольшом коллективе, либо в адвокатском кабинете. Во втором случае, повышать уровень своих знаний (что, в соответствии с нашим федеральным законом, является не только правом, но и обязанностью адвоката) приходится самостоятельно.

Несмотря на растущую конкуренцию между адвокатами, прежде всего мы единое целое – независимая корпорация юристов. И чтобы оставаться сильной и независимой организацией – мы должны поддерживать определённый уровень квалификации своих членов. Обмен опытом является в данном случае одним из способов повышения квалификации.

В данной связи, нельзя не отметить целенаправленную и поступательную работу Адвокатской палаты Ставропольского края и лично президента АП СК Руденко Ольги Борисовны в создании возможности для адвокатов нашей палаты повышать свою квалификацию.

Помимо введения института обязательного курса повышения квалификации для молодых и недавно принятых адвокатов, Палатой организуются и проводятся семинары и практические конференции по актуальным вопросам и проблемам применения различных отраслей права. В работе семинаров могут принимать участие все желающие.

На данных форумах есть возможность прямого общения с ведущими российскими учеными-юристами, мнения которых учитываются, в том числе, в процессе принятия законов и иных нормативных актов.

Также, есть возможность общения с ведущими представителями других отраслей научной деятельности (в том числе прикладных наук), информация которых о современных возможностях и достижениях науки в области проведения судебных экспертиз может оказать неоценимую помощь в защите прав граждан. Сам я неоднократно был участником подобных семинаров, проводимых при участии нашей адвокатской палаты.

Не без интереса и практической пользы для последующей работы слушал лекции таких известных юристов, как: кандидат юридических наук, профессор Пашин Сергей Анатольевич; доктор юридических наук, профессор Красиков Юрий Николаевич; доктор юридических наук, профессор Эрделевский Александр Маркович и др.

Атмосфера творчества и профессионализма, царящая на таких мероприятиях, даёт мощный заряд энергии для продолжения нашей непростой, не всегда адекватно оцениваемой, но сложной и интересной работы. Конечно, участие в таких мероприятиях требует финансовых затрат. Однако, специфика нашей профессии такова, что любые средства, вложенные в повышение квалификации, повышают и нашу стоимость как специалистов, что непременно сказывается нашей востребованностью. Поэтому, я советую молодым (да и не только молодым) коллегам принимать, по возможности, участие в подобных мероприятиях. Информация о сроках, месте и условиях проведения семинаров и практических конференций рассылается органами адвокатской палаты во все адвокатские образования и печатается в нашем «Вестнике».

Нижеследующий материал призван помочь более молодым коллегам в понимании некоторых моментов применения отдельных норм уголовного закона, и может быть полезен начинающим адвокатам ещё и потому, что все примеры судебной практики, использованные в этой статье, взяты мною не с «потолка», а из собственного адвокатского опыта. Полагаю, информация, содержащаяся в статье, не будет бесполезна и для более опытных коллег.

Адвокат АК №1 по г. Невинномысску Ставропольской краевой коллегии адвокатов, член Совета АП СК Трубецкой Н.А.

«Некоторые вопросы применения уголовного закона, в части квалификации деяний по признаку группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой».

Каждый адвокат, практикующий по уголовным делам, неизменно сталкивается при защите интересов доверителей с квалификацией обвинения по признакам «группой лиц» и «группой лиц по предварительному сговору».

Как правило, квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» является признаком, переводящим деяние в разряд более тяжких по той или иной статье уголовного кодекса.

Соответственно, правильность применения уголовного закона, в этой части, имеет для наших доверителей решающее значение при назначении: вида и размера наказания, вида исправительного учреждения; при освобождении от уголовной ответственности (к примеру, в связи с примирением с потерпевшим) и наказания (например, минимальный размер реально отбытого наказания для получения возможности условно-досрочного освобождения зависит от степени тяжести деяния, за совершение которого лицо отбывает наказание).

Несмотря на, казалось бы, очевидность юридической разницы между квалифицирующими признаками «группой лиц» и «группой лиц по предварительному сговору», правоприменительная практика их фактически отождествляет. Любое деяние, в совершении которого участвовало два и более субъекта, изначально попадает в разряд совершенных «группой лиц по предварительному сговору», если одна из частей статьи уголовного кодекса, по которой обвиняется гражданин, содержит данный признак. Связано это не только с низким уровнем знаний правоприменителей и их запредельной загруженностью, но и с узковедомственным бюрократическим пониманием борьбы с преступностью (статистика раскрываемости преступлений по степени тяжести). Всвязи со «статистической необходимостью», в последнее время участились случаи необоснованной квалификации и по признаку «организованной группой», о которой также пойдёт речь в данной статье.

ГРУППА ЛИЦ ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМУ СГОВОРУ

В соответствии с ч. 2 ст.35 УК РФ, преступление признаётся совершённым группой лиц по предварительному сговору, если в его совершении участвовали два или более исполнителя, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Соисполнительство без предварительного сговора (группа лиц, ч.1 ст.

35 УК РФ) является малораспространённой формой соучастия. Как правило, совершение преступления «группой лиц» не является квалифицирующим признаком состава преступления. Другое дело – «группа лиц по предварительному сговору».

Нельзя не заметить, что в определении «группа лиц по предварительному сговору» содержится два отдельных признака: совершение преступления «группой лиц» и совершение преступления по «предварительному сговору».

Соответственно, для квалификации деяния как совершённого «группой лиц по предварительному сговору» недостаточно наличия лишь одного из этих признаков. Они должны присутствовать в идеальной совокупности. Только в этом случае подобную квалификацию следует признать правильной.

По смыслу уголовного закона – предварительный сговор – соглашение (в любой форме) между будущими соучастниками преступления, достигнутое ими в любое время (до совершения деяния), о месте, времени, способе совершения преступления.

Поскольку предварительный сговор является обязательным признаком состава преступления (при данной квалификации деяния), то – его наличие или отсутствие входит в предмет доказывания (ст.73 ч.1 п.1 УПК РФ) и должно подтверждаться необходимой совокупностью допустимых (ст.

75 УПК РФ) доказательств, на основе которых суд, следователь, прокурор устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Исчерпывающий перечень таких доказательств установлен ст. 74 УПК РФ (показания подозреваемого, обвиняемого, показания свидетелей, потерпевшего, письменные и вещественные доказательства и др.). Соответственно, простой констатации наличия согласованных действий соучастников, при отсутствии допустимых доказательств – недостаточно. Для примера можно предложить такую ситуацию:

ищущие «приключений» молодые люди А. и Л. заметили на улице прохожего, разговаривающего по сотовому телефону. В одной руке у прохожего был большой пакет, другой рукой он держал телефон, локтем этой же руки непрочно прижимая к телу сумку – «барсетку». А.

подбежал к прохожему, ударил по сумке, отчего потерпевший её выронил, а Л., увидев это, поднял сумку с земли. Затем оба убежали вместе с похищенной сумкой. При допросах, в качестве подозреваемых и обвиняемых, оба воспользовались ст.51 Конституции РФ.

Из показаний потерпевшего следует лишь то, что грабителей было двое, и они действовали сообща.

Доказательств наличия предварительного сговора между соучастниками, при подобных обстоятельствах, нет. Однако, такие деяния органы расследования непременно квалифицируют как совершенные «группой лиц по предварительному сговору» по п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ. Мотивируется это, как правило, количеством участников и согласованностью их действий.

По мнению автора, такая позиция ошибочна. Количество участников – объективный показатель, подтверждающий наличие признака «группы лиц» (т.е. количество соисполнителей). Согласованность действий, при отсутствии допустимых доказательств «предварительного сговора», подтверждает лишь совместное (а не каждым по отдельности) совершение деяния соучастниками (т.е. «группа лиц», ч.1 ст.

35 УК РФ). Это является обстоятельством, отягчающим индивидуальную ответственность каждого за совершение преступления (ст.63 ч.1 п. «в» УК РФ), а посему, тоже входит в предмет доказывания (п.6 ч.1 ст.73 УПК РФ), но не образует состава преступления по признаку «группой лиц по предварительному сговору».

Соответственно, квалифицировать действия каждого из соисполнителей (по вышеуказанному примеру), следует по ч.1 ст. 161 УК РФ. На наличие предварительного сговора, кроме показаний обвиняемых (подозреваемых), свидетелей, могут указывать надлежащим образом оформленные доказательства (ст.

74 УПК РФ) совместной подготовки к совершению преступления (подготовка оружия, маскировочных приспособлений, подготовка транспорта для перевозки похищенного и т.д.).

Если же допустимых доказательств наличия предварительного сговора нет, а имеются лишь признаки «группы лиц», адвокат должен ставить вопрос об исключении признака «группой лиц по предварительному сговору» из обвинения и (при отсутствии других квалифицирующих признаков соответствующей части статьи) переквалификации обвинения на менее тяжкую часть соответствующей статьи.

Рассмотрим второй признак – совершение преступление «группой лиц». Группа лиц – форма соучастия в совершении преступления, когда оно совершается двумя и более исполнителями, т.е.

подлежащими уголовной ответственности по предъявленному обвинению субъектами (вменяемыми, достигшими возраста уголовной ответственности, отвечающими другим необходимым признакам субъекта конкретного преступления ((группу лиц по должностным преступлениям, например, могут образовывать только два и более должностных лиц))), каждый из которых непосредственно исполняет объективную сторону состава преступления. Понимание этого особенно важно при группе из 2 человек. Если один из двух соучастников (два из трёх) не исполнял объективную сторону деяния, а способствовал совершению преступления иным способом (в форме пособничества, подстрекательства, организации), то признак «группа лиц» отсутствует. Соответственно, «предварительный сговор на совершение преступления» имеет юридическое значение (влияет на квалификацию деяния) только в случае наличия двух и более соисполнителей (а не любых соучастников). В соответствии с уголовным законом, не требуется дополнительной квалификации по ст.33 УК РФ всем членам устойчивой группы соучастников (а не только соисполнителей) лишь при совершении преступления организованной группой либо преступным сообществом (ч.ч.3,4 ст. 35 УК РФ), ибо все постоянные члены (данное правило не распространяется на лиц, не входящих в организованную группу, но способствовавших совершению преступления организованной группой) устойчивой организованной группы несут ответственность как исполнители независимо от фактического соучастия и ссылка на ст. 33 УК РФ для квалификации действий, например, организатора, который не исполнял объективную сторону состава преступления, не требуется. В соответствии же с ч.ч.1, 2 ст.35 УК РФ, преступление признаётся совершённым группой лиц или группой лиц по предварительному сговору, если в его совершении участвовали два или более соисполнителя. Таким образом, проверяя правильность применения уголовного закона по признаку «группа лиц по предварительному сговору», адвокат должен обратить внимание на наличие в деянии именно соисполнительства, т.е. непосредственного участия всех соучастников в выполнении объективной стороны преступления, поскольку, как указано выше, само по себе наличие предварительного сговора между двумя соучастниками, один из которых не выполняет объективную сторону (не является исполнителем) не является основанием для квалификации деяния по признаку «группой лиц по предварительному сговору». В таком случае, даже при наличии предварительного сговора, тот соучастник, который непосредственно не участвовал в совершении преступления, отвечает за пособничество, подстрекательство либо организацию преступления, с применением соответствующей части ст.33 УК РФ, а исполнитель – без ссылки на ст.33 УК РФ, но оба по менее тяжкой части статьи УК РФ (при отсутствии других квалифицирующих признаков), не предусматривающей признак «группа лиц по предварительному сговору».

Простым примером такой ситуации является следующая:

А., договорился с С., что окажет ему помощь в сбыте краденного цветного металла без надлежащего оформления, т.к. его (А.) брат работает в пункте приема металла. На следующий день А. и С. приехали на принадлежавшем С. легковом автомобиле на территорию садового общества. А. остался в машине, а С.

зашёл за огороженную территорию садового участка, принадлежащего потерпевшему, и путём свободного доступа похитил там ряд предметов из цветного металла на сумму 2400 рублей. После этого, А. и С. вместе с похищенным им имуществом прибыли к пункту приёма цветного металла, А. оформил сдачу-приём металла на несуществующее лицо, получил деньги, отдал С.

половину причитавшихся тому денег за сданный металл, другую половину оставив себе.

Источник: http://www.palatask.ru/article-all/trubetskoy/previous-concert.html

Этапы процесса квалификации преступления

Как правильно квалифицировать данное преступление?

Квалификация преступления как вид правоприменительной и логической мыслительной деятельности содержит три самостоятельных этапа, имеющих конкретное содержание и назначение.

Причем эти этапы располагаются в определенной последовательности и в совокупности образуют единый правоприменительный процесс.

Невозможно правильно квалифицировать преступление, нарушив последовательность или упустив один из этапов.

Первый этап — установление фактических обстоятельств дела. Эта стадия рассматривается как необходимая предпосылка правильной квалификации преступления, важное условие вынесения законного решения.

Любое совершенное правонарушение, в том числе и преступление, характеризуется множеством признаков. Перед правоприменителем (следователем или судом) встает задача установить все фактические обстоятельства правонарушения, упорядочить их и выделить юридически значимые признаки, которые будут необходимы при отыскании нужной уголовно-правовой нормы.

В первую очередь это касается обстоятельств, характеризующих объективные свойства правонарушения.

Установление объекта посягательства, определение характера и степени общественной опасности содеянного, вида его противоправности позволяют сделать вывод о характере правонарушения (дисциплинарный проступок, гражданское правонарушение, административное правонарушение или преступление).

Не менее важным является установление фактических обстоятельств, связанных с субъективными свойствами правонарушения. Прежде всего это сведения, характеризующие личность правонарушителя: достиг ли он возраста уголовной ответственности, нет ли оснований сомневаться в его психической полноценности.

Особая роль отводится установлению виновности лица, о которой свидетельствуют характер поведения лица, обстановка правонарушения, отношения с потерпевшим и т.п. Если выявление фактических обстоятельств, характеризующих возраст и вменяемость, не вызывает затруднений, то сбору доказательств о виновности лица необходимо уделять особое внимание.

Итогом первого этапа является убежденность правоприменителя в том, что совершено общественно опасное деяние, обладающее достаточными объективными и субъективными признаками, позволяющими отнести его к конкретному виду преступления.

Второй этап — выбор и анализ уголовно-правовой нормы.

Установив фактические обстоятельства дела, выделив из них юридически значимые признаки, следователь или суд переходит к выбору (поиску) уголовно-правовой нормы Особенной части УК РФ, которая содержала бы признаки тождественного состава преступления.

Выбор нормы, по которой предполагается квалификация содеянного, осуществляется на основе состава преступления, его элементов и признаков.

Сопоставляя объективные и субъективные признаки совершенного деяния с элементами и признаками состава преступления, содержащегося в выбираемой норме, правоприменитель в случае их совпадения переходит к анализу этой нормы.

В первую очередь он должен удостовериться в подлинности текста нормы, действии нормы во времени, пространстве, в отношении круга лиц.

Убедившись в юридической силе правовой нормы, правоприменитель переходит к уяснению се смысла и содержания, а в случае необходимости — к толкованию отдельных терминов.

При выборе нормы сопоставляются признаки состава преступления с фактическими обстоятельствами.

При анализе нормы, на основе уяснения ее смысла и содержания, удостоверяется подлинность состава преступления, выведенного из диспозиции выбранной нормы.

Здесь происходит как бы обратный процесс: от правовой нормы — к составу преступления и от него — к фактическим обстоятельствам дела. Иными словами, налицо повторный выбор уголовно-правовой нормы, подлежащей применению.

Уяснение смысла и содержания нормы, а следовательно, и признаков состава преступления требует тщательного анализа диспозиции нормы, терминов, ее составляющих, поскольку от этого будет зависеть механизм определения состава преступления.

Если в норме, например, используется бланкетная диспозиция, то необходимо изучить нормативный акт, к которому она адресует (ст. 264 УК РФ). Для уяснения состава, содержащегося в отсылочной диспозиции, следует использовать норму, к которой диспозиция отсылает (ст. 117 УК РФ).

диспозиции позволяет определить конструкцию состава преступления: материальный или формальный, простой или с отягчающими обстоятельствами, общий или специальный и т.д.

Четкое определение конструкции состава, особенностей его построения позволяет правильно выделить содержание состава и признаков, его образующих. Так, если состав по конструкции материальный, то в объективную сторону, наряду с деянием, должны входить последствие и причинная связь. Момент окончания такого преступления связывается с наступлением последствия.

В уголовном законодательстве РФ нет ни одной нормы, диспозиция которой содержала бы все признаки состава преступления. Чаще всего в ней описывается объективная сторона преступления, реже — форма вины или признаки субъекта (специального). Каким же путем должны выясняться те элементы и признаки состава, которые не указаны в диспозиции нормы?

Пример

Проиллюстрируем это на основе анализа состава посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК РФ).

Согласно диспозиции это «посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, а равно их близких в целях воспрепятствования законной деятельности указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности либо из мести за такую деятельность».

Для определения непосредственного объекта состава следует обратиться к родовому объекту, под которым в соответствии с наименованием гл. 32 УК РФ понимается порядок управления. Последний рассматривается как совокупность отношений, обеспечивающих нормальное функционирование органов управления.

Надлежит ли эти отношения признавать непосредственным объектом? В диспозиции говорится о посягательстве на сотрудника правоохранительного органа и военнослужащего.

Из этого вытекает, что состав охраняет деятельность не всех органов управления, а только правоохранительных органов и Министерства обороны РФ, причем нс всю, а только ту, которая связана непосредственно с охраной общественного порядка и обеспечением общественной безопасности.

Следовательно, непосредственным объектом анализируемого состава выступает законная деятельность правоохранительных органов и Министерства обороны по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности. Однако в диспозиции прямо сказано, что посягательство осуществляется на жизнь, значит, дополнительным объектом выступает жизнь названных лиц.

Что образует объективную сторону данного состава? В диспозиции она определяется одним термином «посягательство», т.е. посягательство — эго и есть преступное деяние. Отсюда можно заключить, что по конструкции состав формальный.

Определяя субъективную сторону преступления, законодатель указывает на умышленную форму вины либо включает в диспозицию цель и мотив преступления, которые также свидетельствуют об умысле на совершение преступления, причем только о прямом умысле. Анализ диспозиции ст.

317 УК РФ позволяет сделать вывод, что с субъективной стороны посягательство возможно только с прямым умыслом и если при этом виновный руководствовался мотивом мести за законную деятельность потерпевших или имел цель воспрепятствовать осуществлению этой деятельности.

Субъектом данного преступления согласно ч. 1 ст. 20 УК РФ является лицо, достигшее 16-летнего возраста. Таким образом, основываясь на диспозиции нормы ст. 317, а также ст. 20, мы определили все признаки состава преступления, а именно посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа.

В диспозиции содержится ряд понятий, которые требуют разъяснения: посягательство, правоохранительный орган, близкие, охрана общественного порядка, обеспечение общественной безопасности. Уяснение содержания таких признаков осуществляется с помощью их толкования.

Выясним содержание понятия «посягательство». Само по себе это слово подразумевает любые формы противоправного воздействия как на человека, так и на предметы.

Понятие «посягательство на жизнь» более конкретно и включает действия, которые способны лишить жизни человека. Такими действиями могут быть убийство или покушение на убийство.

Иные действия, если не было умысла на лишение жизни человека (причинение тяжкого вреда здоровью), не могут рассматриваться как посягательство.

Уясняя смысл и содержание нормы, следует одновременно выделить составы, которые по содержанию близки с анализируемым. Сопоставляя признаки обоих составов между собой и отбрасывая совпавшие, необходимо обнаружить тот признак, который имеет различное содержание в сравниваемых составах.

С составом, рассмотренным нами выше, конкурирует убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Разграничение п. «б» ч. 2 ст. 105 и ст.

317 проводится по характеру деятельности, которую выполнял потерпевший. Если эта деятельность была связана с охраной общественного порядка или обеспечением общественной безопасности — налицо ст. 317, в остальных случаях — п.

«б» ч. 2 ст. 105.

Третий этап — принятие решения и закрепление его в уголовно-процессуальном акте.

На завершающей стадии процесса квалификации преступления официальное должностное лицо (следователь) или орган правосудия (суд) принимают решение о том, что фактические обстоятельства дела, подкрепленные достаточными доказательствами, точно соответствуют признакам состава преступления, предусмотренного конкретной уголовно-правовой нормой Особенной части УК РФ. Принятое решение должно быть надлежащим образом закреплено в уголовно-процессуальном документе (постановлении о возбуждении уголовного дела, привлечении в качестве обвиняемого; обвинительном заключении; приговоре). В нем указываются номер статьи, по которой лицо привлекается к уголовной ответственности, соответствующая часть статьи, а если она содержит пункты, то и пункт, которым оговаривается вменяемый квалифицирующий признак.

При совершении неоконченного преступления или преступления в соучастии в акте указывается ст. 30 или ст. 33 УК РФ.

Уголовно-процессуальный акт, закрепляющий квалификацию общественно опасного деяния в качестве преступного, приобретает обязательную силу и влечет предусмотренные законом правовые последствия.

  • 1. Сформулируйте понятие квалификации преступлений.
  • 2. Каково значение квалификации преступлений?
  • 3. Перечислите виды квалификации преступлений.
  • 4. Раскройте содержание этапов квалификации преступлений.
  • 5. В чем состоит сущность конкуренции уголовно-правовых норм?

Источник: https://studme.org/176251/pravo/etapy_protsessa_kvalifikatsii_prestupleniya

Состав преступления

Как правильно квалифицировать данное преступление?

Основание привлечения лица, совершившего это деяние , к уголовной ответственности. Согласно статье 3 УК «единственным основанием уголовной ответственности является совершение преступления, то есть деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом».

Преступление признается таковым не само по себе, а через сопоставление его с теми признаками соответствующего состава преступления, которые закрепил законодатель в уголовно-правовой норме.

Совокупность установленных уголовным законом объективных и субъективных признаков, характеризующих конкретное общественно опасное дея­ние как преступление, принято в уголовном праве называть сос­тавом преступления.

Преступление и состав преступления – сходные, но не иден­тичные понятия. Преступление – это конкретное действие или бездействие, совершаемое конкретным лицом в объективной действительности и характеризующееся многими сугубо индивидуальными признаками. Состав преступления же – нормативная категория, закрепл яющая только типичные признаки какого-либо преступного деяния.

Отсюда становится понятным значение состава преступления. Если преступление , вернее его совершение, является фактическим основанием уголовной ответственности, то состав преступления – ее юридическим основанием.

Эти два основания взаимосвязаны и, по сути, составляют единое целое: без законодательно закрепленного состава преступления общественно опасное деяние не может быть признано преступлением, наличие же уголовно-­правовой нормы, предусматривающей признаки какого-либо ­состава преступления, не является основанием уголовной ответственности, если лицо не совершило деяния, подпадающего под эти признаки. Поэтому в целом согласно приводимой уже статье 3 УК единственным основанием уголовной ответственности и законодатель, и теория, и практика признают совершение общественно опасного деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом. Это значит, что никакие иные обстоятельства (данные, характеризующие личность того или иного субъекта, ­политический резонанс совершенного деяния и пр.) не могут стать ­основанием уголовной ответственности.

При отсутствии такого основания не может быть и речи об уголовной ответственности, а если уголовное преследование , несмотря на отсутствие в деянии лица состава преступления, было начато, то оно подлежит прекращению на любой стадии уголовного процесса, как только отсутствие состава преступления будет обнаружено.

В юридической литературе справедливо утверждается, что совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, является не только единственным, но и достаточным ­основанием уголовной ответственности, то есть органу, осуществляющему уголовное преследование , для привлечения кого-либо к уголовной ответственности достаточно установить наличие в деянии состава преступления. Все другие обстоятельства для решения вопроса о привлечении к уголовной ответственности выявлять не нужно. ­Разумеется, отсюда не следует, что орган, осуществляющий уголовное преследование, не должен выяснять другие обстоятельства дела. Например, те же данные, характеризующие личность виновного, предшествующее совершению преступления поведение и пр. Все это имеет значение для дела и может учитываться судом при назначении наказания, но не выступает в качестве основания уголовной ответственности .

Таким образом, без состава преступления уголовная ответственность не может быть реализована. Наряду с этой важнейшей, стержневой ролью состав преступления решает и другие, можно назвать их «служебными», но крайне необходимые задачи.

Только на ­основе состава преступления может осуществляться процесс квалификации преступления, ибо он выступает тем необходимым уголовно-правовым образцом (эталоном), сверяя с которым правоприменитель выбирает соответствующую уголовно-правовую норму, которая наиболее полно и точно отражает содержание и свойства совершенного преступления 1 .

Проблема квалификации преступления – одна из наиболее сложных и значимых в уголовном праве, причем не только в теоретическом, но и в практическом отношении, ибо от того, как будет квалифицировано то или иное деяние , зависит и эффективность уголовного закона, и судьба человека, к которому этот закон применен.

Термин «квалификация » происходит от двух латинских слов: «gualis» – качество и «facere» – делать. Применительно к уголовному праву это означает дать качественную оценку общественно опасного деяния, позволяющую отграничить его от смежных деликтов.

Иными словами, под квалификацией преступления понимается установление и юридическое закрепление точного соответствия фактических признаков совершенного лицом деяния признакам конкретного состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой.

Признаки состава преступления описаны не только в диспозициях статей Особенной части, но и в соответствующих статьях Общей части УК. В статьях Особенной части УК описывается большая часть признаков того или другого состава преступления.

Признаки же, общие для всех преступ лений или для отдельной группы преступлений, обычно называются в статьях Общей части УК (формы вины , возраст, с которого наступает ответственность , неоконченная преступная деятельность, соучастие и др.).

Так, в диспозиции статьи 96, предусматривающей ответственность за убийство , не назван возраст, по достижении которого лицо, совершившее убийство, подлежит уголовной ответственности. Эта информация содержится в статье 15 Общей части УК.

В статьях Особенной части УК обычно содержатся признаки составов оконченных преступлений или совершенных непосредственно исполнителем.

Когда имеет место предварительная преступная деятельность или деятельность соучастника (пособника, подстрекателя), то в содеянном, на первый взгляд, присутствуют не все признаки того или иного состава преступления, указанного в соответствующей статье Особенной части УК. Однако состав преступления имеется и в этих случаях, но он кон­струируется путем указания на признаки, содержащиеся не только в статье Особен­ной части, но и в соответствующих статьях Общей части.

При квалификации преступления должна быть точно указана статья Особенной части УК или ее часть, которая содержит соответствующий данному деянию состав преступления, а в случаях неоконченной преступной деятельности, соучастия, о которых подробнее будет сказано ниже 1 , должна быть дана ссылка и на соответствующие статьи Общей части УК. Результаты ­квалификации преступления отражаются в процессуальных документах (постановлениях о возбуждении уголовного дела, привлечении в качестве обвиняемого, приговоре и др.).

Значение квалификации преступления состоит в том, что она официально фиксирует наличие юридического факта (совершение общественно опасного деяния, содержащего все признаки состава преступления), который «включает» механизм, реализую­щий регулятивную функцию уголовного права в виде привлечения лица, виновного в совершении преступления, к уголовной ответственности.

Отсюда понятно насколько важна правильная квалификация преступления, которая обеспечивается точным социально-правовым анализом признаков совершенного общественно опасного деяния.

Для того, чтобы правильно квалифицировать деяние , правильно применить уголовный закон , нужно хорошо знать фактические обстоятельства дела, а так же признаки состава, которые отграничивают преступное от непреступного, одно ­преступление от другого.

В конечном счете от того, насколько правильно правоприменительные органы квалифицируют преступления, в значительной мере зависит состояние законности в обществе.

Источник: https://ibrain.kz/ugolovnoe-pravo/sostav-prestupleniya

Квалифицирующие признаки хулиганства и их значения — МО АЮР РФ

Как правильно квалифицировать данное преступление?

Любое преступление, в том числе хулиганство, совершается при наличии определенных, присущих конкретному деянию обстоятельств. Эти обстоятельства могут как снизить, так и повысить характер и степень общественной опасности деяния, могут повлиять на квалификацию преступления и должны учитываться при назначении наказания.

Анализ положений науки уголовного права и УК РФ показывает, что в российском уголовном законодательстве имеются два вида отягчающих обстоятельств. Одни из них имеют значение лишь для определения наказания лицу, совершившему преступление. Эти обстоятельства закреплены в ст.

63 УК РФ и носят название «обстоятельства, отягчающие наказание». Другие обстоятельства, отягчающие ответственность за конкретное преступное деяние, выступают как признаки определенного состава преступления, влияющие на его квалификацию и, как следствие, на наказание, назначаемое за его совершение.

Эти признаки в науке уголовного права получили наименование «квалифицирующие признаки преступления».

Л.Л. Кругликов указывает, что квалифицирующими являются признаки состава преступления, которые свидетельствуют о резко повышенной, по сравнению с отраженной при помощи признаков основного состава, общественной опасности деяния (и лица, совершившего это деяние)[1].

По мнению Л.В. Горбуновой, квалифицирующие признаки конкретного состава преступления используются в законе для конструирования состава того же преступления, характеризующегося повышенной общественной опасностью.

Они влекут установление более строгой санкции в соответствующей части статьи УК, то есть образуют новое основание повышенной уголовной ответственности.

Совершение преступления при наличии обстоятельств, отягчающих наказание, напротив, не образует нового основания уголовной ответственности, а суд назначает наказание в пределах санкции статьи УК без квалифицирующих признаков[2].

При квалификации преступления и назначении наказания за его совершение следует учитывать, что, если отягчающее обстоятельство прямо предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК в качестве признака преступления, оно не может повторно учитываться при назначении наказания за преступление.

Иными словами, обстоятельства, предусмотренные в ст. 63 УК РФ, конкретизируются в статьях Особенной части УК РФ.

При этом они являются квалифицирующими признаками состава преступления и тем самым позволяют надлежащим образом дифференцировать общественную опасность конкретного деяния по сравнению с той, которая была выражена признаками основного состава преступления[3].

Еще раз отметим, что в  ч. 2 ст. 213 УК РФ в редакции, действовавшей до 8 декабря 2003 г., предусматривались следующие квалифицирующие признаки хулиганства:

–      совершение хулиганства группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

–      совершение хулиганства, связанного с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка;

–      совершение хулиганства лицом, ранее судимым за хулиганство.

В части 3 ст. 213 предусматривалось особо квалифицированное хулиганство – совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

В действующей ныне редакции ст. 213 УК РФ перечень квалифицирующих признаков хулиганства был существенно уменьшен. Вооруженное совершение хулиганских действий теперь отнесено к основному составу хулиганства (ч. 1 ст. 213 УК РФ).

Кроме того, из Общей части УК РФ была исключена ст. 16, устанавливавшая уголовно-правовые положения о неоднократности преступлений. Как следствие этого, из состава статей Особенной части УК РФ, в том числе из ст.

213 УК РФ, были исключены квалифицирующие признаки преступлений, указывающие на неоднократное совершение преступлений (общая неоднократность) и на наличие у преступника предшествующей судимости за совершение тождественного или однотипного преступления (специальная неоднократность). Вместе с этим из состава хулиганства было исключено указание на такой его признак, как совершение группой лиц.

Таким образом, в соответствии с новой редакцией ч. 2 ст. 213 УК РФ содержит в себе следующие квалифицирующие признаки хулиганства:

–      его совершение группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

–      его совершение, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка.

Хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой

Исходя из положений с ч. 2 ст. 35 УК РФ хулиганство следует признавать совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

В содержание предварительного сговора, как правило, входит соглашение о функциях каждого из соучастников, а также о самом преступлении, при этом предварительность сговора означает, что он должен предварять преступление, то есть он должен быть совершен за какое-то время до него.

Из части 1 ст. 35 УК РФ вытекает и следующее положение: для того, чтобы признать хулиганство совершенным группой лиц, должно быть не менее двух участников.

В статье 32 УК РФ указывается, что соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Поэтому необходимо отметить, что действия признаются хулиганскими, если являются в определенной степени согласованными, то есть каждый из соисполнителей осознавал, что участвует в совместном совершении преступления с предварительным сговором.

Так, действия К. и С. судом обоснованно были квалифицированы как хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору. В приговоре суд указал, что предварительная договоренность между подсудимыми на совершение хулиганства с применением предметов в качестве оружия была достигнута до совершения хулиганства. Из показаний К.

на предварительном следствии следует, что еще до того, как он и С. зашли в помещение клуба, он (К.) сказал, что он и С. пойдут в помещение клуба разбираться с А., взяв с собой бейсбольные биты. Указанное согласуются с показаниями С. на предварительном следствии, согласно которым до совершения хулиганства К., убедившись через Б.

, что потерпевший в клубе, предложил идти в клуб, после чего они оба взяли с собой бейсбольные биты и зашли в помещение клуба. Из показаний свидетеля В. следует, что до совершения хулиганских действий к А. подошла Б., что-то ему сказала, затем она подошла к нему, сказав, что его не тронут.

Подсудимые зашли в помещение клуба с бейсбольными битами, хулиганские действия подсудимых носили совместный и согласованный характер, оба наносили удары битами А., не тронув знакомого последнего В. Согласно явке с повинной К. хулиганские действия в клубе были совершены им по предварительному сговору и совместно с С.

Указанное полностью подтверждает наличие сговора на совместные хулиганские действия у подсудимых, на совместное применение ими деревянных бит в ходе хулиганства[4].

            В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», по этому вопросу отмечается, что при  решении  вопроса  о  квалификации  таких  действий  по ч. 2 ст.

  213  УК  РФ судам следует иметь в виду, что предварительная договоренность  должна  быть  достигнута  не  только  о  совершении совместных  хулиганских  действий,  но  и  о  применении оружия или предметов,  используемых в качестве оружия, либо о совершении таких действий   по   мотивам   политической,   идеологической,  расовой, национальной  или  религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти  или  вражды  в  отношении  какой-либо  социальной группы любым   из  соучастников.  Для  квалификации  содеянного  не  имеет значения,  всеми  ли  лицами,  договорившимися  о совершении такого преступления,  применялись  оружие  или  предметы,  используемые  в качестве оружия. В случае  если  одно  лицо  в  ходе  совершения  совместных противоправных  действий  при отсутствии предварительного сговора с другими  участниками  преступления  применило  оружие или предметы, используемые в качестве оружия,  либо  продолжило  хулиганские действия   по   мотивам   политической,   идеологической,  расовой, национальной  или  религиозной ненависти или вражды или по мотивам ненависти  или  вражды  в  отношении  какой-либо социальной группы, содеянное  им при наличии к тому оснований подлежит квалификации по соответствующему  п.  ч.  1  ст.  213 УК РФ (статья 36 УК РФ).

     Действия   других  участников,  не  связанных  предварительным сговором  и  не  применявших  оружие  или  предметы, используемые в качестве  оружия,  а  также  не  совершавших преступные действия по мотивам  политической,  идеологической,  расовой,  национальной или религиозной  ненависти  или  вражды  либо  по мотивам ненависти или вражды  в  отношении  какой-либо  социальной  группы,  не  образуют состава  указанного  преступления.  При  наличии  к  тому оснований такие  действия  могут  быть квалифицированы как мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ).

Таким образом, хулиганство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвуют два или более лица, которые действовали совместно, с прямым умыслом и хулиганским мотивом, грубо нарушили общественный порядок и выразили явное неуважение к обществу своими действиями, применив при этом оружие или иные предметы, используемые в качестве оружия, либо действовали без применения этих предметов, по мотивам, указанным в п. «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ.

Вместе с этим содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», рекомендации отвечают не на все проблемные вопросы юридической оценки групповых хулиганских действий.

Нередко в процессе квалификации и расследования преступлений возникает вопрос о том, должны ли все лица, входящие в группу, быть достигшими возраста уголовной ответственности или вменяемыми, либо даже если лишь один соучастник достиг возраста уголовной ответственности, его действия следует квалифицировать как групповое преступление. Данная проблема до сих пор не получила однозначного решения ни среди ученых-юристов, ни среди правоприменителей.

Источник: http://alrf.msk.ru/kvalificiruyuschie_priznaki_huliganstva_i_ih_znacheniya

Автоправо
Добавить комментарий