Как попасть в суд, назначенный в особом порядке?

Памятка потерпевшему об особенностях рассмотрения уголовного дела в особом порядке, предусмотренном главой 40 Уголовно-процессуального кодекса РФ

Как попасть в суд, назначенный в особом порядке?

Потерпевшим по уголовному делу является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации.

Права потерпевшего определены ч.2 ст.42 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее УПК РФ).

Согласно п.14 ч.2 ст.42 УПК РФ потерпевший вправе участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой, второй, кассационной и надзорной инстанции,возражать против постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство предусматривает особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением.

Особый порядок принятия судебного решения – это сокращенная форма разбирательства уголовных дел в суде.

При рассмотрении уголовного дела в особом порядке судом не исследуются и не оцениваются доказательства вины подсудимого (не допрашиваются потерпевший, свидетели, подсудимый, не исследуются письменные материалы дела), а назначенное наказание не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершённое преступление.

Условиями принятия судебного решения о постановлении приговора в особом порядке судебного разбирательства является следующее:

-совершеннолетие обвиняемого;

-обвинение лица в совершении преступления, наказание за которое не превышает 10 лет лишения свободы;

-обоснованность обвинения и его подтверждение собранными по делу доказательствами;

-понимание обвиняемым существа обвинения и согласие с ним в полном объёме, в том числе с фактическими обстоятельствами содеянного,формой вины,мотивами совершения деяния, юридической оценкой содеянного, а также характером и размером вреда,причинённого его действиями;

-отсутствие оснований для прекращения уголовного дела;

-заявление обвиняемого о согласии с предъявленным обвинением,сделанное в присутствии защитника в момент ознакомления с материалами уголовного дела и на предварительном слушании;

-осознание обвиняемым характера и последствий заявленного им ходатайства;

-обязательное согласие государственного или частного обвинителя и потерпевшего на рассмотрение уголовного дела в особом порядке.

Судебное заседание и постановление приговора без проведения судебного разбирательства осуществляется в следующем порядке:

Государственный обвинитель излагает предъявленное подсудимому обвинение.

Судья производит опрос подсудимого, выясняя:

-понятно ли ему обвинение;

-согласен ли он с обвинением;

-поддерживает ли свое ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства;

-заявлено ли ходатайство добровольно и после консультации с защитником;

-осознаёт ли он последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства.

При участии в судебном заседании потерпевшего судья разъясняет ему порядок и последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательств и выясняет его мнение относительно заявленного ходатайства подсудимого о рассмотрении дела в особом порядке.

В случае, если потерпевший не явился в судебное заседание, судья удостоверяется в отсутствии у потерпевшего, надлежащим образом извещённого о месте и времени судебного заседания,возражений против заявленного обвиняемым ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

В связи с этим,если потерпевший не возражает против рассмотрения дела в особом порядке, то он вправе написать заявление о том,что согласен на рассмотрение в порядке гл.40 УПК РФ и в судебном заседании присутствовать не будет.

В случае если один подсудимый или государственный (частный) обвинитель, или потерпевший либо судья возражают против постановления приговора без поведения судебного разбирательства, суд выносит постановление о прекращении особого порядке и назначении дела в общем порядке.

Далее судом исследуются обстоятельства,характеризующие личность подсудимого, смягчающие и отягчающие его наказание.

Если судья придёт к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый,обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, то он постановляет обвинительный приговор и назначает подсудимому наказание, которое, как говорилось ранее, не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания,предусмотренного за совершённое преступление.

Процессуальные издержки, предусмотренные ст.131 УПК РФ, взысканию с подсудимого не подлежат.

Приговор,постановленный по делу,рассмотренному в особом порядке принятия судебного решения в соответствии со ст. 316 УПК РФ, не может быть обжалован в апелляционном порядке по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.389.15 УПК РФ, то есть в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре,фактическим обстоятельствам уголовного дела,установленным судом первой инстанции.

Закон предусматривает право потерпевшего отказаться от проведения судебного разбирательства в особом порядке, при этом не требует выяснения у потерпевшего мотивов принятия такого решения.

Отказаться от рассмотрения дела в особом порядке принятия судебного решения можно на любой стадии предварительного расследования и в суде, возражения пишутся в простой форме заявления, адресованного лицу, в производстве которого находится уголовное дело, или на имя судьи.

В случае наличия вопросов и необходимости разъяснения положений закона о порядке рассмотрения уголовного дела судом, для получения соответствующей консультации потерпевший может обратиться к государственному обвинителю, участвующему в деле.

Источник: https://prokuratura39.ru/2018/08/15/pamyatka-poterpevshemu-ob-osobennostya/

Сокращение особого порядка – шаг в сторону нормализации уголовного процесса

Как попасть в суд, назначенный в особом порядке?

Напомню, что под «особым порядком» (гл.

40 УПК РФ) в современном российском уголовном процессе понимается процедура судебного разбирательства, когда обвиняемый заявляет о своем согласии с предъявленным обвинением, в силу чего с обвинения снимается обязанность доказывания обстоятельств дела, судебное следствие не проводится, доказательства не исследуются, а размер назначенного наказания не может превышать 2/3 от верхней планки наказания, установленного уголовным законом. Иначе говоря, мы имеем здесь гарантированный обвинительный приговор, но гипотетически чуть с меньшим наказанием.

Нет никакого секрета в том, что данная процедура mutatis mutandis копирует знаменитые американские «сделки с правосудием».

Нет никакого секрета и ни малейшей конспирологии также в том, что главу 40 УПК писали нам в свое время американские консультанты.

Не буду здесь вдаваться в детали – сомневающиеся могут прочитать по этому поводу прекрасную брошюру, изданную центром Карнеги, она есть в открытом доступе в сети.[1]

Первоначально УПК РФ при его принятии в 2001 г. и вступлении в силу с 1 июля 2002 г. содержал положение, что особый порядок применяется лишь по делам о преступлениях, предусматривающих наказание не свыше 5 лет лишения свободы. Однако вскоре (Закон от 4 июля 2003 г.) ч. 1 ст.

314 УПК была изменена, и речь стала идти уже о преступлениях, наказание за которые не превышает 10 лет лишения свободы, то есть отказ от судебного следствия и полноценного исследования доказательств оказался возможен по делам о преступлениях не только небольшой и средней тяжести, но и тяжких.

В результате, на сегодняшний день примерно 70 % обвинительных приговоров постанавливается именно в особом порядке, когда никто ничего не доказывает. Специалисты обращали на это внимание уже давно – по сути, при таком подходе «особый порядок» является не особым, а общим.

«Особым» следует уже считать как раз нормальный уголовный процесс с доказыванием, презумпцией невиновности, судебным следствием и т. п. Ситуация усугубляется еще и введением в 2013 г. так называемого «дознания в сокращенной форме» (гл. 32.

1 УПК), также ориентированного на признание вины и не предполагающего полноценного собирания доказательств. Когда эти процедуры (гл. 32.1 и гл.

40) накладываются друг на друга, то выясняется, что в современном российском уголовном процессе по некоторым делам никто вообще ничего доказывать не должен: ни в досудебном, ни в судебном производстве.  

Такое положение дел начало тревожить не только ученых-юристов, но и власти. 19 марта 2019 г. на коллегии ГП Генеральный прокурор в присутствии Президента высказал по этому поводу беспокойство, отметив, что особый порядок надо сокращать, причем не только через правопримнительные, но и через законодательные механизмы, вернувшись в частности к изначальной идее применения гл.

40 УПК только по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести. На коллегии присутствовал и Председатель Верховного Суда. Уже через три с небольшим недели (11 апреля 2019 г.) Верховный Суд принял на Пленуме в порядке законодательной инициативы и внес в Госдуму законопроект о внесении изменений в ч. 1 ст.

314 УПК, которая, если законопроект будет принят, должна звучать так: «По уголовным делам о преступлениях небольшой или средней тяжести (выделено мной – Л. Г.) обвиняемый вправе заявить о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке».

Иначе говоря, применение особого порядка по делам о тяжких преступлениях предполагается исключить.

Почему с соответствующей инициативой обратился именно Верховный Суд? Дело здесь думаю не только в том, что у Генпрокуратуры нет права законодательной инициативы. Есть еще и некие дипломатические моменты. В свое время (в 2006 г.) ВС уже вносил подобный законопроект, предполагавший исключение особого порядка по делам о тяжких преступлениях.

Он пролежал без движения 10 лет, после чего был в 2016 г. отклонен «за давностью». Было бы странным и не совсем корректным по отношению к высшей судебной инстанции, если бы сейчас с инициативой выступил кто-то другой, и она увенчалась бы успехом, на что шансов значительно больше, чем в 2006 г.

, когда развеялись еще не все иллюзии по поводу «особых порядков».

Как оценить новую инициативу ВС? Только положительно.

Здесь можно обсуждать детали (например, надо ли исключать особый порядок по делам, где проводилось дознание в сокращенной форме; надо ли его оставлять по неосторожным преступлениям, предусматривающим наказание свыше 5 лет лишения свободы и т. п.), но никаких концептуальных возражений я не вижу – уголовный процесс надо нормализовывать, ориентация на «особые» порядки себя не оправдала.

Гипотетически против инициативы ВС может быть выдвинуто несколько аргументов. Ни один из них я заслуживающим внимание не считаю, но на всякий случай рассмотрю.

Первый аргумент можно считать сравнительно-правовым: дескать «сделки с правосудием» широко применяются в «цивилизованных странах», прежде всего в США.

Это страна с самой развитой экономикой, поэтому любые заимствования из ее правовой системы следует считать благом.

Не знаю, найдутся ли те, кто сформулирует данный «американофильский» аргумент прямо, но наверняка кто-то об этом подумает, по крайней мере про себя.

На самом деле, опыт США является как раз аргументом не pro, а contra гл. 40 УПК. Сложно найти сегодня в американской правовой системе более серьезную проблему, чем «сделки с правосудием».

Сегодня их применение достигло уже 97 % рассматриваемых уголовных дел, классическое судебное разбирательство становится в такой ситуации экзотикой, легитимность уголовного процесса падает, растет тюремное население (причем за счет обвинительных приговоров, выносимых на основании сделок). Сами американцы пишут о «коллапсе» уголовной юстиции, «шокирующем факте» и т. п., пытаются найти какой-нибудь выход, но не находят его. Об этом можно почитать, причем на страницах очень респектабельных изданий.[2] Зачем нам идти по тому же самому пути и наступать на те же самые грабли? Это, как минимум, нерационально.

Второй аргумент скорее всего где-нибудь прозвучит: дескать, сокращая «особый порядок» мы тем самым урезаем права обвиняемого, лишаем его по некоторым категориям уголовных дел «права на сделку», то есть более мягкое наказание, и т. п. Видимо, именно поэтому Верховный Суд указал в Пояснительной записке, что право на особый порядок не является гарантированным Конституцией «правом человека и гражданина», в силу чего речь не идет об ограничении каких-то конституционных прав.

Конечно, не является. Но дело здесь еще и в другом. Аргумент об ущемлении прав обвиняемого можно было бы обсуждать серьезно, если бы суды всегда назначали наказание по верхней планке, то есть по максимуму. Тогда снижение этой планки до 2/3 действительно выглядело бы серьезной «льготой».

Но на самом деле верхняя планка применяется как раз не очень часто, если не считать, допустим, наказания в виде пожизненного лишение свободы за совершение особо тяжких преступлений, которое не имеет никакого отношения к гл. 40 УПК.

В большинстве случаев, которые нас здесь интересуют, судья обязан применить разнообразные правила назначения наказания, предусмотренные УК (смягчающие обстоятельства и т. п.), учесть позитивные данные о личности подсудимого, выбрать сбалансированную меру наказания и т. д.

, в результате чего при выборе в диапазоне, скажем, от 3 до 10 лет лишения свободы реальное наказание окажется где-то плюс-минус «посередине». Это в значительной мере обесценивает «льготу», предусмотренную гл. 40 УПК. Иногда возникает впечатление, что она для обвиняемого не столько реальна, сколько виртуальна.

Более того, если обвиняемый признает вину, ведет себя конструктивно, дает показания о деталях преступления и т. п., то его поведение подпадает под п. и) ч. 1 ст. 61 УК (одно из смягчающих наказание обстоятельств). В такой ситуации суд обязан руководствоваться ч. 1 ст.

62 УК, в соответствии с которой наказание в любой случае не должно превышать… 2/3 максимального срока наказания. Так о каком ограничении конституционных прав здесь можно вести речь? Это лишний раз показывает зыбкость конструкции, предусмотренной гл.

40 УПК, которая «продает товар», прямо скажем, не самого высокого качества.

Третий аргумент может быть выдвинут поборниками «договорных отношений» в уголовном судопроизводстве. Дескать, воля обвиняемого направлена на особый порядок, а мы навязываем ему полноценное судебное разбирательство.

Но нет ли в этой воле «порока»? Так ли уж чисты «договорные отношения» и как проверить их чистоту? Есть ли такая возможность у суда? Боюсь что нет, так как в рамках применения гл. 40 доказательства он не исследует, материалы дела оценивает лишь в письменном виде, обвиняемого даже не допрашивает.

На что ему ориентироваться? На отсутствие на лице обвиняемого при его появлении в суде синяков и ссадин? Слабенький критерий.

Американцев с их опытом применения «сделок» эта проблема также очень волнует, поскольку никто толком не знает мотивов согласия обвиняемого с обвинением (реальное раскаяние, неверие в уголовную юстицию, физическое или психическое принуждение правоохранительных органов, давление преступного мира, самооговор и еще масса гипотетических вариантов).

Они судорожно ищут выход из положения, предлагают разнообразные механизмы, некоторые из которых выглядят откровенно фантасмагоричными (например, обсуждать «сделку» с участием присяжных[3], хотя тогда уж проще провести с присяжными рассмотрение дела по существу – зачем здесь «сделка»?). Ничего не получается, каждый из «механизмов» выглядит нонсенсом. Вряд ли что-то получится и у нас.

Это проблема концептуального порядка.

Четвертый аргумент может прозвучать со стороны реалистов. Справится ли судебная система с необходимость проведения полноценного судебного следствия по значительно большему числу уголовных дел? Аргумент также слабый. До 1 июля 2002 г.

, в том числе в не самые благополучные с бюджетной точки зрения, но вполне либеральные годы (1992 – 2002), судебная система вовсе обходилась без «особого порядка».

Тогда все уголовные дела рассматривались исключительно с полноценным доказыванием, и никаких процессуальных катаклизмов не происходило, об ущемлении прав обвиняемого никто не говорил.

Возможно, у сторонников сохранения в отношении «особого порядка» статус-кво найдутся и другие аргументы. Но ни один из них серьезным не выглядит.

Поэтому законодательную инициативу о сокращении сферы применения гл. 40 УПК следует поддержать. Это правильный шаг в сторону нормализации уголовного процесса.

 

[1] https://carnegieendowment.org/files/CP60.spence.FINAL.pdf [2] https://slate.com/news-and-politics/2015/04/plea-bargains-should-prosecutors-be-forced-to-have-their-plea-bargains-approved-by-juries.html [3] Там же

Источник: https://zakon.ru/comment/501099

«Московское дело». Особый порядок Данила Беглеца

Как попасть в суд, назначенный в особом порядке?
10:40

26-летний индивидуальный предприниматель из Мытищ Данил Беглец в первый раз был задержан в день акции в центре Москвы 27 июля. По его словам, он оказался там случайно и не мог покинуть место акции, поскольку оказался в оцеплении. После беседы с сотрудницей Следственного комитета Беглеца отпустили из ОВД «Тверской» с административным протоколом.

Почти через две недели Следственный комитет сообщил о задержании Беглеца, утверждая, что тот был в розыске. Сам обвиняемый настаивал, что не скрывался и повесток в СК не получал. 9 августа его арестовали по обвинению в участии в массовых беспорядках (часть 2 статьи 212 УК).

Он просил суд не отправлять его в СИЗО, поскольку у него двое маленьких детей и супруга, которых он полностью обеспечивал.

«Я не согласен с этим обвинением, там реально не так все говорится, я не совершал ничего такого противоправного, чтобы лишать меня моих детей, так я остался без отца в детстве», — сказал Беглец на заседании по вопросу ареста.

В середине августа Беглецу предъявили окончательное обвинение — сейчас ему вменяют часть 1 статьи 318 УК (применение насилия в отношении представителя власти) за то, что он потянул за руку полицейского, который задерживал протестующих. 

Сначала Беглец отрицал вину, но затем поменял позицию и попросил об особом порядке.

10:53

11:20

​В зале, где рассмотрят дела Беглеца, поместились всего человек 20. Внутри только две лавки для слушателей. В коридоре остаются тоже не меньше 20 человек, которым не хватило места. Среди них журналист Павел Никулин и активист Николай Ляскин. В зал приставы пускали только по пресс-картам. 

11:25

Беглец очень напряженно сидит в «аквариуме», опустив голову.

Он крепко обхватывает голову руками, пока его снимают камеры, и не поднимает ее. Камеры уходят, но Беглец все равно не поднимает голову.

11:28

В зале появляется, вероятно, сотрудник суда, который второй раз проверяет у присутствующих в зале пресс-карты.

«Нам нужно понять, кто пресса, а кто слушатели», — говорит он.

11:35

В зал заходит судья Анатолий Беляков. Он объявляет состав участников процесса: прокурор Кожекина, адвокат Рыбчинский.

Беглец называет личные данные: дату и место рождения (он родился в Молдове), российское гражданство. Образование среднее, двое детей. Проживал в подмосковных Люберцах и Мытищах, работал как индивидуальный предприниматель.

11:40

Адвокат заявляет ходатайство о допросе двух свидетелей по характеристике личности. Это мать подсудимого Людмила Беглец и его партнер по бизнесу Евгений Аксютенко.

Также просит приобщить характеризующие документы: копия страницы сайта о парящих кроватях (Беглец занимается их производством), оригинал заявления в Тверской суд, где он приносит извинения потерпевшему и сообщает о готовности компенсировать вред; письмо с квитанцией, которое послали потерпевшему Никитину, — ему на депозит перечислили 10 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда; грамота о том, что Беглец «прошел курс тренерства».

11:43

Также защита просит приобщить документы о состоянии здоровья Беглеца: у него проблемы с сердцем и стопой, ему вызывали скорую помощь из-за пневмонии. Помимо этого, выписку из домовой книги в Люберцах, диплом об обучении Беглеца в Российском университете кооперации. «Вот такие вот документы», — заканчивает адвокат. Подсудимый Беглец ходатайство о приобщении поддерживает

Прокурор возражает против приобщения распечатки сайта, так как ей непонятно, какое отношение она имеет к делу. Против допроса свидетелей она не возражает.

В итоге судья удовлетворяет ходатайство полностью за исключением приобщения копии страницы сайта.

11:45

От потерпевшего Никитина поступило заявление. Он пишет, что не может присутствовать на заседании в связи со служебной занятостью. Адвокат Беглеца хотел бы, чтобы потерпевший явился в суд, в том числе чтобы его подзащитный мог принести извинения, но оставляет решение на усмотрение суда.

В итоге судья решает провести при данной явке — то есть без потерпевшего полицейского.

11:49

​Начинается судебное следствие. Прокурор читает с бумажки фабулу обвинения. Беглец обвиняется по части 1 статьи 318 УК (применение насилия в отношении представителя власти).

Преступление было совершено 27 июля; с 18:00 до 18:30 Беглец, находясь на Большой Дмитровке участвовал в несогласованной акции.

Никитин, будучи командиром отделения взвода полиции, нес службу по охране общественного порядка.

Беглец, зная, что Никитин является представителем власти, реализуя внезапно возникший преступный умысел, действуя умышленно, применил насилие, продолжает читать прокурор. Препятствуя задержанию правонарушителя, он схватил полицейского за запястье правой руки и, сильно сдавив, отдернул в сторону, тем самым причинив физическую боль.

11:51

— Обвинение понятно? — спрашивает Беглеца судья Беляков.

— Да.

— Виновным себя признаете?

— Да.

— Вами было заявлено ходатайство об особом порядке?

— Да.

— Добровольно?

— Да.

— После консультации с защитником?

— Да.

Адвокат и прокурор поддерживают особый порядок. В итоге судья удовлетворяет ходатайство. То есть суд не будет оценивать доказательства и только определит наказание, а Беглец в дальнейшем не сможет обжаловать фактические обстоятельства дела.

11:59

Судья переходит к исследованию характеризующих документов из материалов дела. Свидетельство о рождении дочери и сына. Девочка родилась в мае 2019 года, мальчик — в 2017-м.

Копия паспорта. Протокол об административной ответственности за нарушение правил дорожного движения. Разные справки из баз данных — ГИБДД, МВД и прочие.

Судья переходит к документам, которые приобщила защита.

12:09

Допрашивают самого Беглеца. Адвокат просит его рассказать, что произошло 27 июля. «Нет, там все изложено», — отвечает подсудимый. Прокурор спрашивает, почему на его трехмесячную дочь не вписано отцовство. Беглец объясняет, что был в отъезде и не успел оформить документы.

Теперь гособвинительница интересует, с кем он живет и кто у него на иждивении. По словам Беглеца, после второго кесарева сечения его супруга не может работать, поэтому он обеспечивает и детей, и ее.

Беглец рассказывает, что занимается производством кроватей. Говорит, что это можно проверить через соцсети, которые привязаны к номеру его телефона.

— Да нет, я верю вам, потому что вы зарегистрированы как ИП в установленном законом порядке, — говорит прокурор. Потом она спрашивает о состоянии здоровья детей. Беглец говорит о проблемах у его дочери.

Судья Анатолий Беляков спрашивает Беглеца, помогает ли он финансово матери и есть ли у нее заболевания. Беглец отвечает, что есть и он отправляет ей деньги.

Отвечая на следующий вопрос судьи, он рассказывает о своем плоскостопии, но затем признает, что хронических заболеваний у него нет.

Исправлено в 16:08. Изначально были неверно переданы слова Беглеца о производстве кроватей.

12:12

Заходит высокий мужчина в пиджаке и красной рубашке. Это свидетель Аксютин, партнер Беглеца по бизнесу. Они знакомы около полутора лет.

«У нас совместный проект по производству кроватей парящих», — отвечает он на вопрос защитника Рыбчинского.

Придумали проект совместно, цех работает уже около восьми месяцев. «Я, когда выбирал себе компаньона, познакомился с Данилом и до сих пор претензий не имею. Добрый, открытый, иногда чересчур, потому что помогает людям, которым не всегда надо помогать», — говорит Аксютин.

Отсутствие Беглеца сказывается на бизнесе крайне негативно.

Прокурор спрашивает свидетеля, правда ли подсудимый содержит жену и детей. Аксютин многословно подтверждает это, добавляя, что Беглец содержит свою мать и частично брата.

12:15

Следующей заходит женщина с платком на шее и волосами, забранными в хвост.

— Я мама Данила, — грустно говорит она. — Я хочу принести извинения. Прощения попросить за своего сына. Он нужен сыну и детям очень. Сыну два годика. Я вчера у них была. Он все время зовет папу. Он с детства мне много помогал. Я рано осталась без мамы. Он с малых лет все для меня делал.

Женщина тяжело вздыхает.

— Прошу еще раз прощения, извинения и молю вас. У всех есть дети и не желаю никому попасть на мое место. У меня уходит здоровье. А он моя правая рука. Он рос без отца, а его дети не должны расти без отца. Он больше никогда никуда не пойдет, я знаю. Он будет возле детей все время.

Мать Беглеца рассказывает, что ее муж не платил алименты и выжили они благодаря Данилу. Последние две недели она не спала и плохо себя чувствует, говорит мать подсудимого.

— Просьба большая как-то сделать, чтобы он был с детьми. Чтобы не росли они без отца.

12:17

​На вопросы прокурора мать Беглеца отвечает, что другие ее дети не помогают, хоть они уже взрослые. Судья интересуется, какие у нее есть заболевания. Мать рассказывает про две операции. После допроса она остается в зале.

12:22

Стороны переходят к прениям. Первой выступает гособвинительница Кожекина. Она повторяет, в чем обвиняют Беглеца, напоминает о признании вины. Квалифицировано обвинение верно, но она просит исключить признак «не опасное для жизни», а оставить «не опасное для здоровья».

«Основной вопрос перед судом — это вопрос о наказании, которое необходимо назначить. При назначении прошу учесть характер, общественную опасность и данные о личности Беглеца.

Он привлекается к ответственности впервые, совершил преступление средней тяжести, на учeте не состоит, работает, имеет положительные характеристики.

Конечно же, прошу суд учесть, что у Беглеца на иждивении гражданская супруга и двое малолетних детей, несмотря на то что отцовство одного их них не установлено», — говорит прокурор и просит признать смягчающим обстоятельством перевод 10 тысяч рублей потерпевшему.

«Но, ваша честь, мне еще раз хотелось отметить, что Беглецом совершено преступление против порядка управления, которое сопряжено с применением насилия, поэтому считаю, что наказание должно быть назначено в виде реального лишения свободы», — настаивает прокурор.

Она просит три года и два месяца колонии общего режима.

12:32

Выступает сторона защиты. Адвокат Станислав Рыбчинский рассказывает, что Данил Беглец всего добился сам. Когда переехал в Москву, раздавал листовки и занимался пчеловодством. Придумал свой бизнес. Жена сегодня не смогла приехать, поскольку ребенку вызвали скорую.

Адвокат напоминает, что на стадии следствия он заявил ходатайство о прекращении дела в связи с примирением сторон, но потерпевший отказался. Тогда защита заявила о судебном штрафе.

По мнению адвоката, для этого нет препятствий. Он добавляет, что Беглец готов был выплатить потерпевшему полицейскому компенсацию больше 10 тысяч рублей, но тот отказался.

В итоге адвокат просит прекратить дело и назначить обвиняемому судебный штраф.

Прокурор возражает: «Преступление является двуобьектным. Первым является порядок управления. Поэтому загладить причиненный вред порядку управления участием в акции, я считаю, что невозможно. Поэтому я возражаю против прекращения дела».

Судья удаляется в совещательную комнату.

12:42

В перерыве адвокат объясняет помощнику, что значит «порядок управления», о котором говорила прокурор: «Ну вот, когда представитель власти, и он уже выступает не как личность, а как государство».

13:02

Судья Анатолий Беляков возвращается в зал. Он не находит оснований для удовлетворения ходатайства защиты о прекращении дела.

Судья второй раз объявляет, что судебное следствие окончено, и второй раз объявляет прения.

Прокурор: «Я поддерживаю прения, которые высказала несколько минут назад».

13:05

«Обратите внимание, как расставил Беглец свои ценности и приоритеты. На установление отцовства у него нет времени, а 27 июля участвовал в несанкционированной акции. На это у него есть время. Вот так он расставил приоритеты, ваша честь», — выступает прокурор.

Адвокат говорит, что уже выступал в прениях. «Но что касается регистрации ребенка, это дело, которое касается только Беглеца и его жены. На это есть причины», — все же объясняет он.

13:06

Выступает подсудимый Беглец: «Вину свою признаю полностью. Чистосердечно раскаиваюсь. Готов внести компенсацию за вред, там. Если Никитин будет готов на примирение, я сделаю все, что он скажет. А также 27 числа я не был ни на каком митинге, я просто встретился со своим партнером…».

Прокурор перебивает его и поправляет, что нужно говорить о признании вины.

13:07

Теперь Беглецу предоставляют последнее слово.

— Я свою вину признал, прошу наказание, не связанное с лишением свободы. У меня двое детей.

Судья уходит в совещательную комнату для вынесения приговора. Оглашение будет через полчаса.

13:59

Слушателей позвали обратно в зал. Беглец стоит в «аквариуме», он натянул на голову капюшон серого худи. Телеоператоры столпились вокруг застекленной камеры с подсудимым.

Похоже, что матери Беглеца нехорошо. Она села на лавку и сняла с шеи платок. Когда Беглец поднимает голову, мать показывает ему жестами, чтобы посильнее натянул капюшон.

14:03

​Из совещательной комнаты выходит судья Анатолий Беляков. Он читает приговор. Сначала пересказывает фабулу обвинения.

14:08

Судья Беляков говорит, что Беглец причинил полицейскому физическую боль, он считает обвинение обоснованным и доказанным. По просьбе прокурора судья исключил признак «неопасное для жизни». Перечисляет многочисленные смягчающие обстоятельства, но считает возможным исправление только в условиях изоляции.

Судья назначает Данилу Беглецу два года колонии общего режима.

Источник: https://zona.media/online/2019/09/03/beglets

Массовый феномен для статей до десяти лет

Как попасть в суд, назначенный в особом порядке?

Очень интересное явление, я бы даже сказал, почти феномен – особый порядок судебного разбирательства. Ему посвящены лишь четыре статьи в УПК РФ, но, по данным Верховного суда, в 2017 году 66% уголовных дел были рассмотрены именно в особом порядке. И с годами эта цифра не уменьшается.

Стоит упомянуть, что такой порядок возможен лишь по делам о преступлениях, наказание за которые не превышает десять лет лишения свободы. По особо тяжким статьям он неприменим. Иначе, не сомневаюсь, удельный вес подобных дел был бы несравнимо выше 66%.

– Я запросил особый порядок, – описывал затруднительную ситуацию один арестант. – Чего отпираться? И так все ясно. Но следователь сказал, что он мне не светит, и придется судиться по полной. Зачем? Ведь я и так оформил явку с повинной.

– А у тебя какая статья? – выяснял детали его сокамерник.

– 228.1, часть 5-я (незаконное производство, сбыт или пересылка наркотических средств в особо крупном размере).

– Так ты сбрендил, что ли? Эта статья подразумевает наказание от 15 до 25 лет, а в отдельных случаях – вообще “пыжик” (пожизненное лишение свободы). О каком особом порядке ты говоришь? Он только по статьям до десяти лет!

– Правда, что ли? А я и не знал…

ПРЕИМУЩЕСТВА И ВОЗМОЖНЫЕ БОНУСЫ

Что же подразумевает этот особый порядок судебного разбирательства и какие условия для него нужны? Первое и самое главное – обвиняемый должен быть согласен с предъявленным ему обвинением. Если уж действовать в русле правила упомянутой ранее адвоката “Леди Гага” – “сознавайся, милок, меньше дадут!”, то делать это на всю катушку и извлекать из этого хоть какие-то бонусы.

Соглашаются с обвинением по разным причинам. Самая распространенная – преступник пойман правоохранителями на месте преступления или сразу после его совершения.

Отпираться нет смысла, затягивать следствие и суд – тоже. Лучше побыстрей получить срок и ехать в колонию, где личного пространства несравнимо больше, чем в СИЗО.

А то и вовсе, ввиду покладистости подсудимого и полного признания им вины, появится шанс получить “условку”.

Суд в особом порядке скор, поскольку приговор выносят без судебного разбирательства, без допроса свидетелей, исследования доказательств, прения сторон и прочих необходимых “формальностей”.

Вторая причина выбора обвиняемыми особого порядка – неверие в правосудие, нежелание томиться длительным и нудным процессом, выслушивать свидетелей и так далее. Плюс тот же расчет на снисхождение суда ввиду признания вины. 66% подсудимых рассчитывают на это.

Ходатайство об особом порядке заявляется в присутствии защитника. Своего или “положнякового”, то есть положенного самым гуманным в мире законодательством. Ведь без защитника невозможно ни одно процессуальное действие.

Пусть он хоть спит, но должен быть рядом и поставить в протоколе подпись, подтверждающую, что все прошло без его замечаний и в полном соответствии с российскими законами. Суд уделяет этому особое внимание.

Отправляющий правосудие обязательно задаст вопрос – консультировался ли подсудимый с адвокатом, прежде чем ходатайствовать об особом порядке.

Обвиняемый вправе заявить данное прошение либо в момент ознакомления с материалами уголовного дела, о чем делается соответствующая запись в протоколе, либо на предварительном слушании в суде (ст. 315 УПК РФ).

Если обвиняемых несколько, то они все должны ходатайствовать об особом порядке. Если хоть один из них возражает, то суд рассматривает уголовное дело в общем порядке.

Иногда встречаются случаи, когда дело одного человека выделяется и рассматривается независимо от остальных. Но это редкость. Этот “выделенный” должен быть уж очень ценен следствию, чтобы оно пошло на такое.

Надо догадываться, чем он может быть “ценен” и “полезен” стороне обвинения.

Судебный процесс в особом порядке – недолог по времени, что привлекательно для всех его участников. Наличие защитника в ходе заседания опять же обязательно.

Заседание, как и в суде обычного порядка, начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения.

Далее судья опрашивает подсудимого: понятно ли ему обвинение, согласен ли он с ним и поддерживает ли свое ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, заявлено ли это ходатайство добровольно и после консультации с защитником, осознает ли подсудимый последствия постановления данного приговора, который априори будет нести обвинительный характер.

Помимо подсудимого не должны возражать против особого порядка гособвинитель и потерпевший (“терпила”, как его называют арестанты).

Если кто-то из них против, судья выносит постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке. Впрочем, сделать это он может и по собственной инициативе.

Окончательное решение остается за судьей, который рассматривает дело. Но как раз он, скорее всего, возражать не будет. Ведь намного легче работать, когда все со всем согласны.

Главное формальное отличие этого судебного процесса от “обычного” – в нем не проводится исследование и оценка доказательств, собранных по делу. Раз подсудимый со всем согласен, прокурор и потерпевший – тоже, то незачем и время тратить попусту. Но при этом могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, смягчающие или отягчающие наказание.

По одному из таких дел в отношении бывшего профсоюзного лидера судья настолько глубоко исследовал личность подсудимого, что признал в качестве обстоятельств, смягчающих вину, отнюдь не только наличие малолетних детей (что обязательно учитывать согласно п. “Г” ст. 61 УК РФ).

Судья принял во внимание и полное признание вины, и раскаяние в содеянном, и положительные характеристики по местам учебы, жительства и работы. А также наличие многочисленных грамот и благодарственных писем за хорошую работу в деле защиты социально-экономических прав трудящихся.

Другими словами, взял на себя смелость учесть в качестве смягчающих обстоятельства, не предусмотренные Уголовным кодексом. На это он имеет право в соответствии с той же 61-й статьей УК.

Суд в особом порядке, как правило, редко выходит по времени за пределы одного-двух дней. Можно только вообразить, как рады подобному процессу гособвинители и не на шутку перегруженные судьи.

Насколько меньше он отнимает сил и времени. Никого не надо допрашивать, ничего не надо исследовать.

Обвинительное заключение – готовый приговор, в котором можно лишь переставить местами несколько абзацев да назначить наказание.

Тем не менее, по ч. 7 ст. 316 УПК, судья должен сам прийти к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Только тогда он выносит обвинительный приговор и назначает подсудимому наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Вот эти две трети – главный бонус для согласившегося с обвинением преступника (помимо скорости судебного процесса) и основная причина, по которой выбирают особый порядок. Небольшим дополнением является запрет на взыскание с подсудимого процессуальных и некоторых других издержек. Что очень радует мелких воришек и мошенников.

Первые порою снисходят до воровства бутылки водки в магазине. Вторые – продают какие-либо домашние инструменты, взятые напрокат и выданные за свои. Но факт обмана, а значит, и признак состава преступлений по статье “Мошенничество” налицо.

Для таких преступников экономия даже небольших сумм, вроде оплаты услуг “положнякового” защитника, – великое дело.

ОСОБЫЙ ПОРЯДОК: МОЖНО ЛИ ОБЖАЛОВАТЬ ПРИГОВОР

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, а также выводы суда о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства. Анализ доказательств и их оценка судьей в приговоре не отражаются.

Немаловажный нюанс, на который надо обратить внимание решившемуся на особый порядок, – пределы обжалования подобного обвинительного приговора, о которых говорит ст. 317 УПК.

Поскольку анализ доказательств и их оценку судья в приговоре не отражает, то и жаловаться в апелляционную инстанцию на то, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, нельзя. Отсудившийся в общем порядке – может не согласиться с показаниями свидетеля, мнением эксперта или выводами суда, вытекающими из этих показаний и мнений. А вот прошедший процедуру особого порядка – нет. Он уже со всем давно согласился и спорить с этим не имеет права.

Осужденный в особом порядке может рассчитывать лишь на обжалование приговора по причине существенного нарушения уголовно-процессуального закона (вынесения решения незаконным составом суда или по причине еще каких-либо процедурных нарушений).

Однако вряд ли это принесет практическую пользу, поскольку повлечет отмену приговора и новый процесс.

А раз подсудимый согласен с обвинением, то какой милости ему ждать от сменившейся физиономии вершащего правосудие? Ведь не оправдает же тот его!

Практическую пользу может принести лишь обжалование приговора по причине его несправедливости. То есть когда назначенное наказание не выходит за пределы двух третей санкции по соответствующей статье УК, но является чрезмерно суровым, не учитывает тяжесть преступления, личность осужденного, его семейное положение и так далее.

Говоря простым языком, пару-тройку лет бы отсидел, но пять – это перебор. Данный путь обжалования в какой-то мере подразумевает давление на чувства судей апелляционной инстанции (которых у них давно уже нет, как и у всех прочих судей). Но особый порядок не оставляет осужденному ничего другого, кроме как давить на жалость и просить сбавить срок.

Таким образом, особый порядок судебного разбирательства привлекает обвиняемых двумя главными причинами – скоростью процесса (но не следствия) и максимумом в две трети наказания. Думаю, в этом и кроются причины такой популярности явления.

*   *   *

В следующий раз мы коснемся различных стадий судебного процесса, протекающего обычным порядком. Подобный процесс несказанно труднее и дольше того, о котором мы говорили сегодня.

Источник: https://www.solidarnost.org/Blog/edmond-dantes/Osobyy_poryadok_sudebnogo_razbiratel_stva.html

Автоправо
Добавить комментарий