Как добиться наказания человека за экстремистское видео?

Ответственность за распространение экстремистских материалов

Как добиться наказания человека за экстремистское видео?

В соответствии с Федеральным законом «О противодействии экстремистской деятельности» на территории Российской Федерации запрещаются распространение, производство и хранение экстремистских материалов.

В силу закона к экстремистской деятельности относятся действия, направленные на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни, публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность.

Деятельность по пропаганде исключительности, превосходства либо неполноценности человека, нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии, пропаганде и публичному демонстрированию нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, также является экстремистской.

Кроме этого, публичные призывы к осуществлению вышеуказанных деяний расцениваются как экстремистская деятельность.

Изготовление и распространение печатной и иной продукции экстремистского содержания, в том числе в сети Интернет является основанием для привлечения к административной либо уголовной ответственности.

Массовое распространение экстремистских материалов, включенных в опубликованный федеральный список экстремистских материалов, а равно их производство либо хранение в целях массового распространения образует состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 20.29 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

В качестве наказания за такие действия предусмотрено наложение административного штрафа на граждан в размере от 1 000 до 3 000 руб.

либо административный арест на срок до пятнадцати суток с конфискацией указанных материалов и оборудования, использованного для их производства; на должностных лиц – от 2 000 до 5 000 руб.

с конфискацией указанных материалов и оборудования, использованного для их производства; на юридических лиц – от 50 000 до 100 000 руб. или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток с конфискацией указанных материалов и оборудования, использованного для их производства.

Статьей 20.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях предусмотрена ответственность в виде штрафа в размере до 1 000 руб. или административного ареста сроком до 15 суток за публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо сходных с ней изображений.

Уголовный кодекс РФ предусматривает ответственность за совершение преступлений экстремистского характера.

Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, совершенные, в том числе с использованием средств массовой информации, являются преступлением, ответственность за которое установлена статьей 280 Уголовного кодекса РФ.

За совершение указанных действий виновное лицо подлежит привлечению к уголовной ответственности вплоть до лишения свободы на срок до пяти лет.

Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации образуют состав преступления, предусмотренного ст. 282 Уголовного кодекса РФ.

Лицо, виновное в совершении данного преступления, подлежит привлечению к уголовной ответственности от штрафа в размере от 100 000 до 300 000 руб. или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет до лишения свободы на срок до двух лет.

Совершение указанных деяний с применением насилия или с угрозой его применения, с использованием своего служебного положения организованной группой влечет уголовную ответственность вплоть до лишения свободы на срок до пяти лет.

Кроме этого, уголовно наказуемым деянием является организация экстремистского сообщества и экстремистской организации (статьи 282.1, 282.2 Уголовного кодекса РФ).

При этом лица, добровольно прекратившие участие в экстремистском сообществе либо в экстремистской организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности, освобождаются от уголовной ответственности, если в их действиях не содержится иных составов преступлений.

Привлечению к ответственности за указанные выше правонарушения и преступления подлежат лица, достигшие 16 лет.

Уголовным кодексом РФ также установлена ответственность за причинение смерти или вреда здоровью человека, нанесение побоев, причинение физических или психических страданий по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти и вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. Такие преступления предусмотрены статьями 105, 111 УК РФ.

Источник: //vladprok.ru/node/370

Верховный суд планирует смягчить наказания за репосты

Как добиться наказания человека за экстремистское видео?

Верховный суд России рассматривает вопрос о смягчении наказания за репост запрещенных материалов.

Отвечая на вопрос журналистов, планируется ли гуманизация статьи УК РФ, предусматривающей наказание за распространение, в том числе репост экстремистских и запрещенных материалов, глава Верховного суда РФ Вячеслав Лебедев сказал: «Коллегия (Верховного суда) обсуждает этот вопрос».

 Под гуманизацией той или иной статьи УК РФ подразумевается смягчение наказания, в том числе перевод из уголовно наказуемого деяния в категорию уголовного поступка, который не предусматривает лишения свободы, а может наказываться штрафом либо обязательными работами.

Уголовные наказания за репост запрещённых материалов всегда вызывали общественный резонанс. Так, недавно стало известно, что студента Александра Крузе осудили на 2,5 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселения. Суд вынес такой вердикт из-за репоста четырёх картинок. Как подчеркнул сам Крузе, он пошёл на такой шаг из-за дипломной работы.

Случаи привлечения в России к уголовной ответственности за репосты касаются, в основном, материалов экстремистской направленности, например, фашистской/нацистской символики и риторики, репоста пародий на ку-клус-клан.

При этом штраф можно получить даже за репост хрестоматийного фото с Парада Победы 1945 года, на котором советские солдаты стоят с поверженными нацистскими штандартами (к счастью, приговор был отменён вышестоящим судом).

Наказание может быть назначено даже за размещение карикатур и демотиваторов: так, координатора «Открытой России» в Чувашии Дмитрия Семенова оштрафовали (правда, тут же амнистировали и отменили штраф) на 150 тыс.

рублей за репост в соцсети ссылки на интервью публициста Матвея Ганапольского, к которой была прикреплена карикатура на Дмитрия Медведева (по ч. 1 ст.

280 УК РФ «публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности»).

Также был оштрафован, но уже по административной статье, координатор штаба оппозиционера Алексея Навального в Чувашии Семён Кочкин — в сатирическом видео, которое он перепостил, на заднем фоне был виден черный флаг с белыми надписями, похожий на символику запрещенного в РФ «Исламского государства». Кроме того, оштрафовать могут и за сделанный шесть лет назад репост видео Навального, как это произошло с активистом Сергеем Ионовым, если содержащаяся в нем информация внесена в реестр запрещенной информации.

Также попасть под уголовное наказание можно за репост изображений, оскорбляющих чувства верующих — это случилось с жителем Сочи Виктором Ночевновым, оштрафованным на 50 тыс. руб. за размещение семи карикатур с Иисусом Христом.

Не менее резонансными стали дела Евгении Чудновец, которую обвинили в распространении детской порнографии после того, как она сделала репост ролика с издевательством над ребёнком, а также «ловца покемонов» Руслана Соколовского, который был осуждён за оскорбление чувств верующих. Оба этих случая демонстрируют сомнительность правоприменения нынешнего законодательства относительно постов в интернете, а также показывают необходимость как минимум правового анализа ряда статей УК РФ, касающихся преступлений в Сети.

Реакцию правозащитников, общественных деятелей, а также некоторых политиков на инициативу Верховного суда по большей части можно назвать одобрительной.

Член Совета Федерации Антон Беляков сказал, что заявление главы Верховного суда «является запоздалой, но верной реакцией». «Понимаете, в свое время ВС давал отзыв на эти законопроекты, позже ставшие законами.

Они не стремились обобщить практику и оценить степень опасности от нововведений. Получается, что сейчас судьи исправляют не только ошибки законодателей, но и в каком-то смысле свои собственные, ­— отметил сенатор.

— Надеюсь, между заявлением и соответствующим реальным действием пройдет не слишком много времени».

В середине февраля текущего года Беляков внес в Госдуму законопроект №390352-7, смягчающий статью «О пропаганде нацизма».

«Одно дело, когда есть реальный ущерб, а другое дело, когда неким апофеозом становятся судебные решения за публикацию людьми фото, на которых есть нацистская символика.

Извините, но как тогда всем нам радоваться нашей Победе без подобного рода снимков?! Это совершенно разные вещи — репост текста, призывающего вербоваться в экстремистскую организацию, и репост фотографий времен ВОВ», — вновь посетовал сенатор на существующий «юридический абсурд».

Адвокат и правозащитник Владислав Юсупов видит положительные перспективы в инициативе Верховного Суда по части смягчения наказания за размещение в интернете или репост запрещённых в России материалов, поскольку это может снизить существующую на данный момент в России тенденцию злоупотребления правом. Ещё на заре принятия Госдумой ряда «антинацистских» и «антиэкстремистских» законов было понятно, говорит Юсупов, что делается это на эмоциях, второпях.

«Например, закон, карающий за демонстрацию свастики и нацистской символики, — отмечает он, — разрабатывался и принимался без правового обоснования и проведения исследований в этой области. Так обычно действуют дилетанты. А теперь государство увидело, какой же это чудовищный закон и к каким чудовищным последствиям он привёл.

Он писался под эмоциями и при отсутствии профессионализма в рядах тех, кто его разрабатывал и принимал. Ну очевидно же, что он не подвергался никакой правовой аналитике, поэтому решения судов, основанные на нём, такие абсурдные по своей сути.

Свежий пример — тот нашумевший приговор [архангельскому активисту Михаилу Листову], слава богу отменённый, за публикацию фотографии с Парада Победы 1945 года. Но кроме этого случая есть же ещё множество подобных, где люди были наказаны вообще ни за что. Потому что закон сам по себе абсурдный.

Ну это же бред, что ты не можешь быть уверенным в отсутствии каких-либо претензий к тебе, если опубликуешь в интернете архивные фото с целью почтить память участников той войны, либо вспомнить какие-то исторические факты».

Скорее всего, по мнению Юсупова полной отмены не произойдёт, но послабления будут, однако в самом существовании такого закона есть опасность, и прежде всего для тех, кто его проталкивал.

Что послабление, что ужесточение его в итоге всё равно будут приводить к абсурдным последствиям, поэтому он должен быть просто отменён.

«Это закон, — утверждает правозащитник, — который уничтожает их же [авторов] собственные ценности».

Примерно та же самая ситуация и с «антиэкстремистским» законодательством, применяемого и к месту, и не к месту. «Вообще нельзя наказывать людей за мнения, за реакцию на какие-то события, — утверждает Юсупов.

— Мы имеем право посмеяться над различными явлениями — конечно, соблюдая определённый баланс. Факторы, которые окружают нас, могут подвергаться нашему анализу, нашим оценочным суждениям, но существующие отдельные законы не дают этого сделать.

Они словно вмешиваются в саму природу того, как человек реагирует на окружающий его мир».

В информационно-аналитическом центре «Сова», который не раз ставил вопрос о необходимости изменения системы наказания за публикацию экстремистских материалов, поприветствовали планы ВС. «Мы всегда выступали за то, чтобы наказание за публичные высказывания не предусматривало реального срока лишения свободы.

Кроме того, мы считаем, что во многих случаях уголовное преследование вовсе неуместно, достаточно добиться прекращения распространения противоправного контента. Нередки случаи и вовсе неоправданного вмешательства правоохранительных органов в право на свободу слова», — заявила эксперт центра Мария Кравченко.

«Уголовное преследование уместно, когда речь идет о призывах к насилию и дискриминации, да и то следует применять такие меры, как штраф или обязательные работы», — отметила она.

Ожидать в самое ближайшее время решения ВС по этому вопросу не следует, считает Кравченко. «Верховный суд может рассматривать вопросы, связанные с толкованием законодательства, месяцами и даже годами. Вряд ли данная ситуация станет исключением», — предположила она.

Обсуждение в СМИ планов по либерализации законодательства, отметила представительница «Совы», может быть связано с грядущими президентскими выборами, однако следует учитывать, что в последние годы власти не склонны снижать объемы преследования по антиэкстремистским статьям, как уголовным, так и административным: «Так, только в 2016 году было около двух тысяч случаев наказания людей за публикацию изображений нацистской символики, независимо от того, сопровождались ли такие публикации пропагандой нацизма».

Она также сказала, что в рамках работы в Совете по правам человека при президенте глава «Совы» Александр Верховский неоднократно проводил с коллегами переговоры о возможности смягчения подобного рода статей УК и КоАП.

Ведущий юрист РосКомСвободы Саркис Дарбинян напомнил, что российский Уголовный кодекс содержит целый ряд статей, по которым существуют уголовная отвественность в виде лишения свободы за распространение информации в сети Интернет:

«К сожалению, практика никак не различает, является ли пользователь автором публикации, либо он просто осуществил репост или ретвит. Состав преступления, как правило, формальный. Это означает, что оконченным преступление считается с момента размещения информации. Последствия и ущерб не имеют никакого правового значения.

Постановлением Пленума Верховного Суда №41 от ноября 2016 года были даны хоть какие-то разумные разъяснения региональным судьям, которые начали реально лишать свободы людей за весьма безобидные действия в соцсетях.

И несмотря на то, что Верховный суд обратил внимание нижестоящих судов, что в правоприменении необходимо учитывать контекст, форму и содержание размещенной информации, наличие и содержание комментариев или иного выражения отношения к ней, все это относится только к преступлениям экстремистской направленности и не касается всех остальных преступлений.

Рост количества приговоров и реальных сроков за публикации в Интернете просто пугающий. Это беспокоит сегодня всё юридическое сообщество и правозащитников. Поэтому если эта инициатива будет принята Верховным судом, это хоть как-то снизит уровень социальной напряженности».

.

Председатель Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов назвал такую корректировку законодательства, которую анонсировал Верховный суд, необходимой.

«Идея уточнения позиции ряда статей Уголовного кодекса, которые касаются экстремизма, уже давно обсуждается Советом.

Мы считаем, что такая корректировка законодательства крайне необходима, потому что одно дело – реальный экстремизм, другое дело – свобода высказываний, в том числе достаточно резких. Поэтому важно уточнить понятие экстремизма и экстремистских материалов.

В частности это касается репостов. Мы считаем, что как минимум нужны разъяснения Пленума Верховного суда, а как максимум корректировки Уголовного кодекса», — заявил глава СПЧ.

По словам Михаила Федотова, осуждённые за экстремизм из-за репоста могут рассчитывать на пересмотр приговора, если наказание по данной статье будет смягчено.

«Если соответствующие статьи УК будут изменены, то лица, которые уже отбывают наказание по этим статьям, смогут ходатайствовать о пересмотре приговора», — уточнил Федотов.

Однако стоит напомнить, что Верховный суд, а также Правительство РФ скептически отнеслись к законопроекту, внесённому в Госдуму фракцией ЛДПР по отмене «антиэкстремистской» статьи 282 УК РФ.

ВС РФ не увидел в пояснительной записке к убедительных «уголовно-правовых и криминологических исследований, подтверждающих необходимость внесения соответствующих изменений в уголовное законодательство».

Также Верховный суд считает, что предложение, содержащееся в законопроекте, не в полной мере учитывает позиции законодателя относительно оснований установления уголовной ответственности за действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождение, отношения к религии, равно принадлежности к какой-либо социальной группе. Кроме того, при разработке законопроекта «не была принята во внимание правовая позиция Конституционного суда РФ согласно которой Статья 282 УК РФ обеспечивает реализацию конституционных и международно-правовых положений и не содержит неопределённости, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать противоправность своих действий и предвидеть наступление ответственности за их совершение и которая препятствовала бы единообразному пониманию и применению данной нормы правоприменительными органами».

.

.

Источник: //roskomsvoboda.org/36553/

Убить или предотвратить? Как не получить ИГ 2.0*

Как добиться наказания человека за экстремистское видео?

В России работа по профилактике экстремизма часто ведется формально, некачественно и скучно. В результате молодежь устала от профилактических мероприятий и не хочет быть объектом пропаганды.

Как работать с молодежью и что нужно делать для противодействия радикализации и насильственному экстремизму – объясняет в своем материале для “Кавказского узла” директор Центра анализа и предотвращения конфликтов Екатерина Сокирянская.

О том, как молодежь попадает под влияние экстремистов и что нужно делать для противодействия радикализации, рассказывается в созданном Центром анализа и предотвращения конфликтов мультфильме “Выбор есть! Как предотвратить радикализацию на Северном Кавказе”.  Мультфильм распространяется при поддержке “Кавказского узла”.

***

В последние дни в России произошли три вооруженных инцидента, которые силовики связывают с деятельностью разгромленного на Ближнем Востоке самопровозглашенного “Исламского государства”*.

26 июня РЕН-ТВ опубликовало видео, на котором сотрудники ФСБ ликвидируют боевика, готовившего теракт в торговом центре Саратова. Силовики в масках заваривают дверь в квартиру, затем убивают человека, имя которого пока не объявлено.

В конце сюжета бородатый мужчина, сидящий с оружием на фоне затушеванного черного флага, по всей видимости, приносит присягу запрещенной в России организации ИГИЛ.

По сообщениям МВД по Чечне, 23 июня в Грозном неподалеку от резиденции главы Чечни и комплекса “Грозный-сити” на полицейских напал житель республики 22-летний Ахмед Барзаев. Кроме того, в Дагестане накануне были убиты двое мужчин. По информации НАК, сотрудники полиции попытались остановить автомобиль, из которого по ним открыли огонь. Имена убитых ответным огнем боевиков не разглашаются.

Непрозрачность подобных инцидентов вызывает вопросы и сомнения в том, насколько виновны были убитые люди. За нападение в Грозном ИГИЛ* взяло на себя ответственность.

Такие заявления от остатков разгромленного ИГИЛ* тоже вызывают у экспертов скепсис, однако вопрос, почему ультрарадикальные идеологии по-прежнему находят определенный отклик у некоторых наших граждан, и как этому противодействовать, с повестки отнюдь не снят.

С тех пор как 23 марта 2019 года последний клочок земли близ сирийского селения Багхуз, остававшийся под контролем ИГИЛ*, был отбит курдскими демократическими силами, внимание международного сообщества сосредоточилось на преодолении последствий пятилетней деятельности террористической организации, державшей под контролем до восьми миллионов человек.

В связи с этим нам тоже важно понять, что толкает людей в ультрарадикальные группировки и как сейчас, в период относительного затишья, повысить эффективность работы по профилактике, направленной на предотвращение новых волн радикализации молодежи по всей стране.

Как обыкновенные люди подпадают под влияние экстремистов?

Знакомые и родные присягнувших ИГИЛ* террористов нередко характеризуют их как “нормальных”, “обычных” и даже “хороших” людей.

Действительно, ученые утверждают, что в большинстве своем террористы не страдают психическими отклонениями, это здоровые люди. Не существует ни единой траектории, ни типичных характеристик человека, встающего на путь насильственной радикализации.

Вместо этого есть множество факторов, способствующих этому процессу, которые могут сочетаться самым непредсказуемым образом.

Кризис идентичности, поиск смысла жизни, желание добиться уважения к себе, потеря самооценки в результате собственных провалов или дискриминации делают людей более восприимчивыми к радикальной риторике. Фрустрированная молодежь без конкретной цели в жизни и ясных перспектив на будущее особенно уязвима.

Для женщин любовные отношения с боевиками были существенным фактором, толкающим их в радикальные сети. Травматические разводы или излишнее давление в семье нередко подвигали молодых женщин броситься в объятия джихадистов.

Личные связи с действующими радикалами всегда играют большую роль в вербовке, ведь вовлекать возлюбленных, родственников или друзей проще, и связано с меньшим риском.

Исследования в разных странах показывают, что групповое давление часто имеет решающее значение: большинство боевиков “Аль-Каиды” и ИГИЛ (организации признаны террористическими и запрещены в России по решению суда, – прим.

“Кавказского узла”) было завербовано через дружеские сети. Радикальные группы дают человеку сильное чувство братства и помогают поддерживать негативный образ других, оправдывая насилие.

И хотя иностранные боевики в Сирии происходили, в том числе и из развитых западных стран, очевидно, что привлекательность ультрарадикальных идеологий увеличивается на фоне грубейших нарушений прав человека, неразрешенных межэтнических и религиозных конфликтов, повсеместной коррупции, социального неравенства, безработицы и нехватки социальных лифтов для молодежи. Для профилактики вооруженного экстремизма государству необходимо систематически устранять эти важнейшие первопричины радикализации.

В остальных северокавказских республиках официальная информационно-просветительская деятельность ведется более мягкими и менее политизированными методами, чем в Чечне.

В Дагестане министерство по делам молодежи проводит семинары, показывая красочные слайды о красотах Дагестана, его истории, разъясняя истинное понятие джихада в исламе (усердие на пути Аллаха) и отношение Пророка к иноверцам. В школах и вузах проводят многочисленные мероприятия, конкурсы, классные часы: где-то с душой, но чаще “для галочки”.

Студент третьего курса медицинского факультета в Махачкале рассказал: “Они [представители муфтията] сгоняют нас в аудиторию, человек 150. Может, один или два студента их еще слушают, остальные либо копаются в телефонах, либо готовятся к следующему занятию”.

Власти республики ведут идеологическую работу в сотрудничестве с патриотическими организациями, Росгвардией и военными. В рамках поискового движения молодые люди участвуют в экспедициях в другие регионы России, где они откапывают реликвии времен второй мировой войны.

Считается, что такие мероприятия способны отвлечь молодежь и перенаправить ее энергию в патриотическое русло. Еще одна альтернатива — участие в волонтерском движении.

Волонтеров привлекают в проекты по уборке мусора, очистке пляжей, организации спортивных мероприятий, поддержке просвещения в сфере здравоохранения и повышению качества образования.

В Ингушетии власти тоже создают для молодежи альтернативные, подконтрольные государству точки приложения энергии.

В республике проводятся собственные молодежные форумы, интеллектуальные и спортивные соревнования.

Развиваются движения в защиту здорового или морального образа жизни, например, “Антилирика” (движение, борющееся с аптечной наркоманией) и появившееся недавно движение “Антисихр” (борющееся с колдовством).

Комитет по делам молодежи Ингушетии взаимодействует с организациями гражданского общества в области профилактики, которые проводят тренинги для молодежи: учат терпимости, навыкам урегулирования конфликтов, лидерству и работе в команде, информационной безопасности.

Кроме того, в Ингушетии критически настроенные имамы, в том числе умеренные салафиты, могут рассуждать об актуальных проблемах общества в мечетях и таким образом предлагать аргументы против экстремистской идеологии со своей религиозной позиции, что намного убедительнее для уже сомневающейся молодежи.

В целом, в результате масштабных усилий на Северном Кавказе за последние несколько лет молодежь хорошо усвоила, что государство и общество резко осуждают терроризм, а экстремистские преступления влекут за собой строгое наказание. Возникло сообщество людей и проправительственных организаций, занимающихся профилактикой.

Создан целый пул методических и видеоматериалов, что упрощает работу преподавателей.

Однако проблема в том, что проправительственные патриотические организации и традиционное духовенство, которым государство доверяет профилактику, не пользуются доверием значительной части молодежи, а потому их доводы в молодежной аудитории часто неубедительны.

Официальные власти и духовенство избегают обсуждения сложных тем, касающихся проблем региона и геополитики, в частности, войны в Сирии. Значительная часть работы по профилактике ведется формально, некачественно и скучно. В результате молодежь устала от профилактических мероприятий и не хочет быть объектом государственной идеологической обработки.

Творческие и свежие подходы возникают там, где в дело вступают независимые гражданские организации, преподаватели-энтузиасты или приверженные этой идее чиновники.

Институализировать лучшие практики довольно сложно из-за того, что истории успеха сильно завязаны на конкретную личность или команду, и из-за нехватки устойчивых платформ для обмена лучшим опытом.

Как это делают в мире? 

В последние годы многие страны находятся в поиске оптимальных подходов в профилактике радикализации и насильственного экстремизма, причем как крайне правого, так и религиозного.

Возникла целая новая область знания и направление деятельности, известное под аббревиатурой ПНЭ (профилактика насильственного экстремизма, PVE).

Значительная часть этих программ реализуется гражданским обществом и системой образования.

Усилия различных организаций направлены на информационную работу, разъясняющую сущность экстремистских и террористических идеологий, на развитие навыков критического мышления и гражданское образование (воспитание толерантности, демократических принципов, активной гражданской позиции).

Отдельное направление ПНЭ работает на поддержку самореализации молодежи с целью создания альтернативы радикальной активности.

Увлекательные виды деятельности, качественные отношения со сверстниками, социализация, обеспечивающая чувство близости с другими людьми, приключения и ощущение смысла жизни крайне важны в целях профилактики.

При работе с молодыми людьми важно понимать, что им свойственно бросать вызов авторитетам и власти; это происходит в самых разных социокультурных контекстах и не является чем-то необычным или тревожным. Кроме того, им свойственно обостренное чувство справедливости и сострадания.

Программы ПНЭ предоставляют молодежи каналы реализации этих потребностей в безопасном и конструктивном формате, в здоровой социальной среде. Например, в канадском городе Оттава был организован “футбольный турнир “Вместе для Сирии”, все средства от которого были направлены на гуманитарную помощь в Сирии.

А правозащитная организация “Мватана”, работающая в 18 провинциях Йемена, привлекает молодых людей к документации нарушений прав человека, оказанию юридической помощи и адвокативной работе. Большинство из ее 60 сотрудников — молодые мужчины и женщины, кроме того, “Мватана” привлекает около 90 волонтеров в возрасте от 20-30 лет.

Участие в правозащитных, экологических, гражданских инициативах может удовлетворить потребность молодых внести свой вклад в борьбу за справедливость и позитивные изменения в обществе в рамках закона.

Работа по ПНЭ гораздо эффективнее, когда она проходит в увлекательной форме, с использованием популярных у молодежи форматов и средств коммуникации.

Немецкая организация Cultures Interactive (“Интерактивные культуры”), работающая в сфере профилактики праворадикального экстремизма, предлагает молодежи тренинги, сочетающие обучение популярным культурным навыкам и гражданское образование.

Так, обучение толерантности проходит в рамках тренингов по рэпу, хип-хопу, диджейству, брейк-дансу, граффити, электронной музыке, фотографии, созданию комиксов, навыкам работы в .

Подробнее о методах и подходах к профилактике насильственного экстремизма можно прочитать в практическом руководстве “Основы профилактики насильственного экстремизма”, опубликованном на сайте Центра анализа и предотвращения конфликтов. 

Политические изменения и социальное развитие требуют времени. Параллельно с искоренением первопричин радикализации власти и общество должны искать возможность создать благоприятную среду для личного развития молодых людей, которая может частично компенсировать негативное влияние структурных политических проблем.

Поддержка семьи, возможность самореализации, оперативное решение психологических проблем, полноценные отношения со сверстниками, увлекательные хобби помогают успешно прожить переходный период взросления. Многое из этого можно обеспечить путем тонкой настройки молодежной политики, через систему образования и инициативы гражданского общества.

Межрегиональный и международный обмены опытом в этой сфере крайне полезны. При этом важно разделять профилактику экстремизма и программы поддержки развития молодежи.

Ведь последние  следует предлагать молодым людям не потому, что они могут стать террористами и уехать в новый ИГИЛ*, а потому, что развитие свободного, мыслящего, креативного и востребованного молодого поколения является ценностью само по себе.

Директор Центра анализа и предотвращения конфликтов Екатерина Сокирянская, специально для “Кавказского узла”

ПРИМЕЧАНИЯ

* “Исламское государство” (ИГ, ИГИЛ) признано террористической организацией и запрещено в России решением суда.

Источник: //www.kavkaz-uzel.eu/articles/337263/

Сел за мемасик. Как в России наказывают за

Как добиться наказания человека за экстремистское видео?

Наталия Зотова Русская служба Би-би-си

Правообладатель иллюстрации Anton Vaganov/Interpress/ TASS

Эксперты и правозащитники говорят, что в России с каждым годом увеличивается количество уголовных дел за публикации в интернете. Пользователей судят за картинки с мемами, их репосты и даже лайки к ним.

В понедельник в Барнауле начался суд на 23-летней Марией Мотузной из-за сохраненных в ее аккаунте “ВКонтакте” картинок. Изображения можно было найти, только покопавшись в фотоальбомах на ее личной странице.

Заявление на Мотузную написали две студентки Алтайского филиала РАНХиГС. Они же обратились в полицию, обнаружив на странице другого жителя Барнаула, Даниила Маркина, мем, где герою сериала “Игра престолов” Джону Сноу пририсован нимб.

Би-би-си изучила, действительно ли в России стали чаще сажать по обвинениям подобного рода.

Что говорит статистика?

Информационно-аналитический центр “Сова” ежегодно анализирует правоприменительную практику российского законодательства об экстремизме.

По его подсчетам, в 2017 году уголовных дел было больше, чем в 2016-м, но не намного. Приговоры получили 228 человек и 220 соответственно. По словам руководителя центра, количество подобных дел увеличивается год от года.

Правозащитники утверждают, что к ним все чаще стали обращаться за помощью в связи с преследованиями по экстремистским статьям УК.

“Буквально за последние полтора месяца нам написали человек семь, хотя обычно пишут один-два человека в месяц. В основном, это те, в чьем отношении только что возбудили дело, либо идет доследственная проверка”, – рассказала Би-би-си сотрудница правозащиты “Открытой России” Валентина Дехтяренко.

Много обращений, по ее словам, приходит из регионов. “К сожалению, трудно выделить статистику, так как многие соглашаются на сделку со следствием и никому ничего не рассказывают, чтобы получить штраф или условный срок”, – говорит Дехтяренко.

“Когда началась президентская кампания, было явное ощущение, что такого рода уголовным делам зеленый свет не дадут.

А конвейер работал, но работал в стол, реализовывать дела было нельзя, – считает глава международной правозащитной группы “Агора” Павел Чиков.

– После выборов и инаугурации пришло время достать накопленные материалы. Есть ощущение, что этот всплеск связан именно с этой временной паузой”.

Что могут счесть экстремизмом?

Так называемых “экстремистских” статей в российском Уголовном кодексе несколько. Кроме 282-й статьи (возбуждение ненависти и вражды), это статья 354.

1 (реабилитация нацизма), 148-я статья (оскорбление чувств верующих), появившаяся после панк-молебна Pussy Riot в 2012 году, и самая новая – 280.

1 (призывы к сепаратизму), которая вступила в силу в мае 2014-го после аннексии Крыма Россией.

Российские следственные органы и суды находили нарушения закона в фотографиях, фотоколлажах, картинках с мемами и даже лайках к постам. Вот несколько примеров.

  • 22-летняя жительница Белгородской области выложила “ВКонтакте” фото, на котором прикуривала сигарету от свечи в православном храме. Ее судили и оштрафовали за оскорбление чувств верующих.
  • На студента юрфака Алексея Свердлова, мечтавшего стать следователем, завели уголовное дело, обвинив в призывах к осуществлению экстремистской деятельности. После того, как молодой человек прошел стажировку в местном СК, его привели на допрос к его бывшему начальнику. В вину юноше вменили 12 мемов из его профиля “ВКонтакте”. В их числе: фотографии девушек, пытающихся есть лапшу в мусульманских одеяниях (абаях), изображение кавказцев в красных мокасинах, а также мем про актера Уилла Смита и робота, который называет его “негром”.
  • Житель города Советская Гавань в Хабаровском крае поставил лайк в “Одноклассниках” демотиватору с пожеланиями смерти и позора русским, которые едут воевать в Донбасс. Против него возбудили уголовное дело по обвинению в возбуждении ненависти по национальному признаку.
  • Глава петербургской языческой общины “Асатру” Евгений Салтыков обратился в полицию, после того как обнаружил у администратора языческого сообщества “Яблоки Идунн” Натальи Телегиной в сохраненных картинках “ВКонтакте” рисунок с викингом, занесшим молот над православным храмом. Салтыков объяснил, что не собирается поощрять “моду на неуважение, на нетерпимость”. Телегину осудили на два года условно за оскорбление чувств верующих.
  • В Санкт-Петербурге поссорились два сторонника националистических взглядов. Один из них, пытаясь “потроллить” товарища, опубликовал коллаж: к фото приятеля на фоне флага СССР добавилась надпись, из которой следовало, что тот жаждет “триумфа сионизма”. Кроме того, разозленный приятель призвал в посте убить своего товарища. Друзья помирились, но их делом теперь занимается Следственный комитет.

Какой социальной сетью рискованнее пользоваться?

Безоговорочный лидер по приговорам – “ВКонтакте”. Согласно докладу “Совы” за 2017 год, 138 постов, привлекших внимание следователей, были размещены во “ВКонтакте”, по 2 – в , “Живом журнале” и на .

Судебная практика “Агоры” позволяет делать вывод, что администрация “ВКонтакте” активно сотрудничает со следственными органами, раскрывает данные пользователей, их адреса, телефоны, время выхода в интернет.

Правообладатель иллюстрации Sergei Konkov/TASS

“Нам не приходилось сталкиваться с тем, что на такое сотрудничество идет , или даже “”, – отмечает Чиков.

В январе 2018 года уголовное дело впервые завели за репост поста в Telegram. Дмитрий Третьяков из Приморского края перепостил запись публициста Аркадия Бабченко в групповой телеграм-чат сторонников оппозиционера Алексея Навального. К самому Бабченко правоохранители претензий не имели, но на Третьякова завели дело за публичные призывы к экстремизму и отправили в СИЗО.

Как живется людям, обвиняемым в экстремизме?

Росфинмониторинг публикует “перечень террористов и экстремистов” с полными именами, местом и датой рождения на своем сайте.

На момент написания статьи в нем было 8,5 тысяч физических лиц – россиян. В списке можно найти как Марию Мотузную, так и чеченских террористов Доку Умарова и Шамиля Басаева (ныне покойных).

Людям, попавшим в этот список, грозит пожизненная блокировка банковских счетов и увольнение с работы.

Блогер Руслан Соколовский, который получил условный срок за то, что играл в игру Pokémon Go в церкви, после приговора полностью перешел на биткоины. Его счета и аккаунты на Webmoney, QIWI и PayPal были заморожены.

По закону фигуранты “перечня экстремистов” имеют право снимать до 10 тысяч рублей в месяц наличными на себя и каждого неработающего члена семьи. Для этого нужно всякий раз идти в банк и писать заявление.

В октябре 2017 года глава Федеральной службы по финансовому мониторингу Юрий Чиханчин на встрече с президентом Путиным назвал это своим достижением: “Самый главный результат – то, что мы запустили в России механизм внесудебной заморозки активов лиц, имеющих отношение к терроризму. На сегодняшний день в общей сложности только в этом году мы заморозили порядка шести миллионов рублей”.

Правообладатель иллюстрации Dmitry Rogulin/TASS

Четкой процедуры разморозки замороженных счетов не существует, объяснил Би-би-си адвокат Иван Павлов. В редких случаях осужденным удается добиться исключения из списка. Например, из списка исключили члена “Открытой России” Дмитрия Семенова – и то только потому, что его амнистировали.

Почему за публикации в интернете сажают в тюрьму?

Борьба с экстремизмом – приоритетная задача, которую ставит перед силовиками государство, объясняет Павел Чиков.

“А борьба выражается в количестве возбужденных дел, в количестве обвинительных приговоров, – говорит правозащитник. – Система работает по пути наименьшего сопротивления.

Разыскать, внедриться и собрать доказательства на неонацистскую банду или террористов – это нужно много сил и средств.

Проще помониторить интернет по ключевым словам и собрать доказательства, не выходя из собственного кабинета”.

Источник: //www.bbc.com/russian/news-45062731

Без права на банковский счет: как живут осужденные за экстремизм

Как добиться наказания человека за экстремистское видео?

Наталия Зотова Русская служба Би-би-си

Правообладатель иллюстрации DONAT SOROKIN/TASS Image caption Блогера Соколовского приговорили к условному сроку за оскорбление чувств верующих

“Ловца покемонов”, уральского блогера Руслана Соколовского, включили в список экстремистов и террористов. Список ведет Росфинмониторинг: в него попадают все осужденные по экстремистским статьям. После этого банковские счета участников списка блокируются, это, по мысли властей, должно помешать им в будущем спонсировать терроризм.

В прошлом году против Соколовского возбудили дело за видеоролики, которые он выкладывал на – в частности, за тот, где блогер играет в игру Pokemon Go в церкви. Блогера обвинили по трем статьям, в том числе “экстремистской” 282-й. 7 июля приговор – три с половиной года тюрьмы условно – вступил в силу.

“Это [включение в список] считается не уголовным наказанием, а дополнительными последствиями, связанными с участием в экстремистской деятельности”, – объясняет адвокат Иван Павлов.

“Это бред какой-то. Окей, этот список для террористов. Но какой террорист будет покупать на свое имя что-то противозаконное в сети? Какой смысл в подобных блокировках?” – отреагировал сам блогер в разговоре с Би-би-си.

Русская служба Би-би-си выяснила, кто еще есть в списке Росфинмониторинга и как живут люди, официально признанные экстремистами.

Что это за список?

В список могут внести не только осужденного, но и подозреваемого по экстремистским статьям.

В этом списке есть и Нурпаши Кулаев, осужденный за участие в захвате школы в Беслане, и создатель праворадикального движения “Реструкт” Максим “Тесак” Марцинкевич, и студентка Варвара Караулова, пытавшаяся сбежать в ИГИЛ.

Там же – признанный российскими правозащитными организациями политзаключенным националист Александр Белов (Поткин), уехавший за границу публицист Андрей Пионтковский, который в экстремизме только подозревается из-за публикаций на сайте “Эха Москвы”, и скрывшийся из-под домашнего ареста оппозиционный активист Павел Шехтман (против него возбудили дело за публикацию в соцсетях, которую власти сочли экстремистской).

“Еще даже приговора нет, а проблемы уже начались”, – рассказывает адвокат Иван Павлов о своей подзащитной – бывшем директоре библиотеки украинской литературы Наталье Шариной. Она не может пользоваться своими банковскими картами с 2010 года. Тогда в библиотеку впервые пришли с обыском, искали экстремистскую литературу.

“Она уже давно не помнит, что такое иметь банковский счет, и пенсию ей приносят домой наличными – хорошо, что такая возможность еще не утрачена”, – говорит адвокат.

В июне этого года Шарину признали виновной в растрате и распространении экстремистской литературы и дали условный срок.

Какие ограничения накладывает включение в список?

Прежде всего – финансовые. Все его счета блокируются по закону о противодействии финансированию терроризма.

“Прямо сейчас у меня заблокированы все электронные счета, все карточки, какие только можно. У меня просто заблочили Qiwi, WebMoney и PayPal. У меня там находились деньги, и я не могу их достать. Я не знаю, как жить вообще”, – говорит блогер Руслан Соколовский.

Блогер рассказал, что готовит к запуску собственный журнал про блокчейн и криптореволюцию: “Я начал переводить деньги, чтобы тексты заказать для журнала, и увидел, что переводы не проводятся. Я начал писать техподдержке, увидел, что они либо игнорят, либо отвечают – заблокировано, и все. Смотрю список Росфинмониторинга, а я там”.

Фигуранты списка также не могут вступить в наследство и оформить доверенность у нотариуса.

И на что жить?

Закон позволяет снимать с карты по 10 тысяч рублей в месяц на себя и неработающих членов семьи. Правда, процедура сложная и небыстрая.

“Вы идете в Сбербанк. Объясняете ситуацию (это, кстати, тоже непростая задача, потому что выяснилось, что сотрудники Сбера столкнулись с таким впервые)”, – рассказал Би-би-си член федерального совета “Открытой России” Дмитрий Семенов.

Он был осужден по 280 статье УК (призывы к осуществлению экстремистской деятельности) и попал в список в 2015 году. “Говорите, что это у вас зарплатная карта. Потом раз в месяц приходите в отделение, пишете заявление.

Они это ваше заявление согласовывают со своей службой безопасности, с головным управлением и с Росфинмониторингом. И когда они получили добро от всех трех инстанций, вы приходите и получаете свои 10 000 рублей.

Процедура занимает, как правило, два дня”, – объясняет Семенов.

Кроме того, с заблокированного счета можно оплачивать кредиты, взятые до включения в список, и платить налоги.

Можно ли добиться исключения из списка?

“Закон вообще не предусматривает возможности выхода из списка, – говорит адвокат Павлов. – Нет никаких регламентов, а отсутствие правил порождает произвол”.

Члену “Открытой России” Дмитрию Семенову удалось добиться исключения из списка, после того как он был амнистирован.

Источник: //www.bbc.com/russian/features-40608865

Автоправо
Добавить комментарий