Что делать, если незаконно хотят отнять дочь?

Если органы опеки забирают ребенка – что делать?

Что делать,  если незаконно хотят отнять дочь?

В настоящее время в российском обществе, в том числе в его православной части, ведется широкая дискуссия о перспективе введения в Российской Федерации ювенальной юстиции.

При этом далеко не все участники дискуссии имеют хотя бы примерное представление о том, что же такое ювенальная юстиция, и ориентируются исключительно на гуляющие на просторах Интернета невесть откуда взявшиеся списки «причин для отобрания детей». Давайте попробуем разобраться!

Если внимательно ознакомиться с пакетом законопроектов по данному вопросу, можно убедиться, что нигде ни «отказ от прививок», ни «непосещение молочной кухни» не фигурируют.

На самом деле ювенальная юстиция подразумевает создание системы специальных судов, в которых будут заседать специально подготовленные по курсу детской психологии судьи. Предполагается, что эти судьи разбирать дела с участием несовершеннолетних, как преступивших закон, так и наоборот, ставших жертвами преступлений, в том числе жестокого обращения со стороны родственников.

В то же время к проблемам изъятия детей из семьи пресловутая ювенальная юстиция имеет весьма опосредованное отношение: весь необходимый юридический инструментарий для этого уже содержится в российском законодательстве.

Я не случайно употребила слово «необходимый». В ряде случаев, как это ни прискорбно, отобрание детей у родителей является действительно необходимой мерой.

Деятельность сотрудников органов опеки и попечительства (далее мы будем называть эти органы «опекой»), с которой, наверное, не понаслышке знакомы многие православные семьи – в силу развитых в православной среде традиций многодетности и усыновления, ‑ спасла жизнь не одному ребенку, попавшему в сложную жизненную ситуацию.

К сожалению, не все родители выполняют возложенные на них Богом, обществом и государством родительские обязанности должным образом, не все заботятся о здоровье, физическом, психическом, духовном развитии своих детей. Именно поэтому статья 77 Семейного кодекса Российской Федерации предоставляет органам опеки и попечительства право при непосредственной угрозе жизни или здоровью ребёнка отбирать его у родителей.

Теоретически представители опеки могут прийти с проверкой в любую семью, в отношении которой поступил «сигнал» от врача, из образовательного учреждения или от соседей, ‑ с тем, чтобы убедиться, что с ребенком всё в порядке.

Чтобы избежать большей части сигналов, следует просто-напросто не пренебрегать соблюдением установленных законом процедур: не стоит уходить из роддома без выписки (всегда можно получить выписку «под расписку»), а также игнорировать необходимость сделать прививки (вместо написания отказа от них), затягивать посещение детской поликлиники и получение свидетельства о рождении.

Взгляните на эти ситуации глазами сотрудников опеки – и Вы поймете проявленный в такой ситуации интерес к семье.

Например, если беременная не наблюдалась в женской консультации, родила дома, а потом не стала торопиться с регистрацией ребенка – это может равновероятно означать как то, что она придерживается теории естественного родительства, так и то, что женщина пропустила сроки для аборта и желает избавиться от ребенка после его рождения. «Молчаливый» отказ от прививок может свидетельствовать не об осознанной позиции, а о банальном разгильдяйстве.

Поэтому правило номер один: не давайте органам опеки лишних поводов приходить в ваш дом. Если Ваш ребенок занимается в секции карате или бокса – это должны знать школьные учителя; если Вы пользуетесь услугами платного педиатра – поставьте об этом в известность заведующего детской поликлиникой.

Если же все же визит произошел, его, опять же, не следует воспринимать его в штыки, как вмешательство в частную жизнь. Но не стоит и вести себя безропотно, если по отношению к вам опека ведет себя не совсем корректно и предубежденно.

Запомните, что в соответствии со статьей 25 Конституции Российской Федерации жилище является неприкосновенным. Против воли проживающих в помещении лиц доступ туда осуществляется только либо по решению суда либо в случаях, установленных законом.

Единственный установленный законом случай, применимый к подобным ситуациям, – это право сотрудников полиции (но не опеки!) входить, в соответствии с пунктом 3 статьи 15 Закона о полиции, в жилые помещения при наличии достаточных данных, что там совершено или совершается преступление (например, ребенок громко и надрывно кричит, просит о помощи).

В любом случае родители имеют право выяснить у полицейских, какие именно основания для таких предположений у них имеются.

Таким образом, вопрос о том, пускать ли сотрудников опеки в квартиру, остаётся на усмотрение родителей.

Перед тем, как пустить сотрудников опеки в квартиру, стоит убедиться, что перед вами действительно они (это, на самом деле, универсальная рекомендация).

Не надо стесняться проверить у пришедших документы (удостоверение и паспорт) – ведь, в конце концов, именно Вы отвечаете за безопасность своего малыша, и Вы должны быть уверены, что впускаете в квартиру именно представителей опеки, а не мошенников.

Не лишним будет записать фамилию, имя, отчество пришедших к вам лиц, чтобы потом не вспоминать мучительно, с кем же именно Вы общались.

Можно также перезвонить в орган опеки по телефону, заранее выписанному из справочника, и уточнить, работают ли там указанные люди, и направлялись ли они с проверкой на Ваш адрес. Возможно, Вы будете испытывать определенное чувство неловкости, но иногда лучше чувствовать себя неловко, чем стать жертвой преступления.

В ходе визита исходите из элементарных правил:

  1. У ребенка есть режим дня, и визит сотрудников опеки – это не повод его нарушать. То есть если ребенок спит – совсем не обязательно его будить.
  2. Если в Вашей квартире принято разуваться, мыть руки – то и сотрудники опеки должны это сделать. Следует вежливо, но твердо попросить их об этом. Помимо чисто практического, это еще и психологический момент: в большинстве случаев человек без обуви тут же теряет «начальственный» тон. В случае отказа разуться – не стесняйтесь выставить визитёров за дверь.
  3. Все находящиеся в Вашей квартире люди должны быть в поле Вашего зрения одновременно. Например, если кто-то отказался разуться под предлогом «я постою в прихожей» ‑ попросите его покинуть квартиру и заприте за ним дверь, продолжив для остальных «экскурсию» по квартире. Попытки «разделиться, чтоб побыстрее осмотреть квартиру» следует немедленно пресекать: «Пожалуйста, следуйте за мной», «Я Вас в ту комнату пройти не приглашала», «Я вам всё покажу, но, пожалуйста, в моём присутствии».
  4. Настройтесь на то, что хозяева в квартире по-прежнему Вы, и Вы не совершили ничего такого, что бы дало посторонним людям право самостоятельно заглядывать в Ваш холодильник или ящик для нижнего белья.
  5. Любые отмеченные сотрудниками опеки «странности», например, отсутствие детской коляски по причине использования слинга, следует пояснить и настаивать на фиксации этих пояснений в акте осмотра (об этом подробнее ниже).
  6. Будет хорошо, если осмотр квартиры будет производится при свидетелях, например, можно пригласить присутствовать соседей. При наличии возможности постарайтесь записать весь визит на видео или диктофон.
  7. По окончании визита комиссии настаивайте, чтобы так называемый «Акт об осмотре жилого помещения» был составлен тут же, при вас, в двух экземплярах, и каждый экземпляр был подписан вами и членами комиссии. В нём не должно быть «пустого пространства», прочёркивайте или заполняйте все пробелы перед подписанием. Если представители опеки будут ссылаться на то, что у них есть 7 дней на составление подобного документа, обратите их внимание на то, что Вы просите составить не акт об обследовании условий проживания несовершеннолетнего, а именно акт осмотра, это разные документы.

Если опека желает, чтобы вашего малыша осмотрел врач – помните, что Вы имеете право ехать с ребёнком в одной машине «Скорой помощи», присутствовать при всех медицинских манипуляциях, которые совершаются с ним. Более того, согласно статье 32 Основ законодательства РФ об охране здоровья, никакое медицинское вмешательство (в том числе и банальный осмотр) не может проводиться без вашего согласия.

Любые разногласия с опекой (опека пришла в неудобное для Вас время, например, когда ребенок спит; Вам пришлось отказать в посещении квартиры по причине того, что пришедшие отказались разуваться) лучше решать в письменном виде. Сразу по окончании визита напишите соответствующее заявление («После 22-00 мой ребенок спит, и я не вижу повода нарушать установленный режим его дня.

Прошу в дальнейшем не допускать визитов комиссии в ночное время» или «Прошу сотрудников опеки в случае визита в мою квартиру с проверкой иметь при себе сменную обувь»), снимите с него копию и отнесите в опеку, получив на копии отметку о приёме.

Если вдруг такое заявление откажутся принимать – его можно направить по почте ценным заказным письмом с уведомлением о вручении с описью вложения.

И самое важное. Отобрать, то есть «изъять ребёнка из семьи», можно только на основании соответствующего акта органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации. И при отсутствии этого акта никто не имеет права прикасаться к Вашему ребенку.

В случае, если по какой-то причине проверяющие вошли в квартиру без вашего согласия, не реагируют на просьбы или пытаются забрать ребёнка силой без соответствующих документов – не стесняйтесь звонить по телефону 02 с сообщением, что неизвестные против вашей воли ворвались к вам в квартиру и забирают ваше дитя. Приехав, полиция убедится, конечно, что это сотрудники опеки, однако настаивайте на том, что Вы их пройти в квартиру не приглашали и необходимые документы у них отсутствуют. Настаивайте на том, чтобы сотрудники полиции помогли Вам защитить Ваши законные права.

От редакции: В свете последних изъятий детей на улице, советуем всем родителям обязательно иметь при себе паспорт и копию свидетельства о рождении ребенка!

Источник: https://www.pravmir.ru/chto-delat-esli-organy-opeki-otbirayut-rebenka/

Что делать, если второй родитель не исполняет решения суда

Что делать,  если незаконно хотят отнять дочь?

Те, кто делил детей в суде, знают, что получить решение в свою пользу вовсе не значит получить ребенка.

Необходимо еще добиться, чтобы другая сторона решение исполнила – передала ребенка или не мешала с ним встречаться. За помощью родители идут в ближайший отдел судебных приставов.

Там считают эти дела одними из сложных. Ведь ребенок – не вещь и его не перенесешь из одного дома в другой.

Не добившись желаемого, родители винят законы, систему исполнения судебных решений и ее сотрудников. Что могут сделать сами мамы-папы, выясняет “РГ”.

Отец матери не помощник

У Нины из Самарской области опускались руки. Больше года она не могла забрать сына у отца. Артем проиграл все суды, но мальчик по-прежнему жил с ним и его родителями. Маму пускали к шестилетнему сыну на короткое время.

Вместе с судебными приставами Нина несколько раз приходила в дом к бывшему мужу. “Будет решение в вашу пользу, будем его исполнять, – неоднократно говорили Артему приставы. – А сейчас, хотите или не хотите, но вы обязаны отдать ребенка матери”.

Приставы приводили с собой психолога. Та напоминала отцу об экспертизе, подтвердившей страдания ребенка. Вызванные приставами сотрудники опеки грозились изъять мальчика и отправить в приют. “Помогите матери, скажите сыну, что он идет к маме”, – упрашивали Артема официальные лица.

Дмитрий Медведев обязал губернаторов обеспечить детям безопасный отдых

Отец не сопротивлялся, он только заботливо обнимал сына. “К нормальным матерям дети сами бегут, – привычно отвечал он. – Пусть забирает, я его не держу”.

Сидя у папы на коленях, мальчик волчонком смотрел на мать. Артем опускал руки, показывая, что не держит его. Но сын еще сильнее хватался за папу. За целый год он наслушался от родных, что мать “украла диван и телевизор, а теперь явилась за ним”.

Нина пыталась взять сына на руки, но он плакал и вырывался. Артем тут же заключал ребенка в свои объятия. Под детские вопли мать и сопровождающие каждый раз уходили ни с чем.

Недавно, проиграв очередной суд за ребенка, Артем неожиданно заявляет, что передаст сына добровольно. У матери появилась надежда. В назначенный час она с приставами ждет под окнами своей квартиры.

Но разыгрывается привычный сценарий. Папа крепко держит сына, папин адвокат указывает Нине: “Чтобы не травмировать психику ребенка, спросите, хочет ли он идти к вам”. Снова Нина не выдерживает и пытается вырвать сына. Снова он надрывно кричит.

Но только в этот раз кто-то из людей в форме отводит руки отца, который, как обычно, пытается заслонить мальчишку. С орущим сыном Нина бросается к дому. Приставы не дают отцу догнать их. Артем требует прекратить насилие над ребенком и вызывает полицию. “Она законная мать, жалуйтесь”, – говорит пристав, преграждая отцу вход в подъезд.

Уже в лифте сын перестал вопить и брыкаться, рассказывает Нина. Они зашли в квартиру, и тут Нина разревелась сама. “Мам, зачем ты меня украла?” – хмуро спросило чадо. Нина ответила, что умерла бы без него.

Авторитетно

Пытаясь забрать ребенка от бывших, родители идут на поводу детских “не хочу”, считает адвокат Татьяна Бренник. Она рассказала “РГ”, о чем забывают мамы-папы.

– Ни в одном судебном решении не говорится, что оно должно быть исполнено в зависимости от желания ребенка, – напоминает Бренник.

– Суд уже рассмотрел, насколько ребенок привязан к каждому из родителей, и учел его интересы. Поэтому если выигравший взрослый хватает и уносит орущего отпрыска, никто не имеет права его остановить.

Оказавшись дома, уже можно вызывать любых психологов и улучшать отношения с ребенком.

Судебные приставы не умеют и не должны уметь уговаривать детей, разъясняет адвокат. Они могут только позвать на помощь опеку и психолога. Но если ребенок сопротивляется, то ни пристав, ни психолог, ни сотрудник опеки не имеют права брать его и уносить. А у родителя есть такое право.

– Однажды я сидела в очереди в отдел службы судебных приставов, – рассказывает адвокат Бренник. – Народу было много, и мы разговорились с сидящими рядом мамами. Одна из них пожаловалась, что бывший муж не отдавал дочку. Мама знала, в какой детсад ходит девочка.

Мне достаточно было объяснить женщине, что никто не должен мешать ей войти в детское учреждение, как она побежала забирать дочь. Оказалось, еще несколько женщин пришли с похожими проблемами. Пришлось им тоже разъяснить их права.

В результате в очереди вместо десяти человек передо мной осталось трое.

Источник: https://rg.ru/2017/05/31/chto-delat-esli-vtoroj-roditel-ne-ispolniaet-resheniia-suda.html

«Если ты нормальная мать, дай дочке выбор — разреши ей жить в Европе!»

Что делать,  если незаконно хотят отнять дочь?

Мама маленькой Юлечки, которую месяц назад в Херсоне выкрал родной отец, опасается, что ребенка попытаются незаконно вывезти за рубеж

О том, что 27 июля этого года в Херсоне украли и увезли в неизвестном направлении маленькую Юлю — девочку трех с половиной лет, по горячим следам сообщили многие украинские СМИ.

Правда, уже через неделю появилась информация, что ребенок найден в Одессе — с ним, дескать, все в порядке. «Это неправда, — позвонила в редакцию Роза, Юлина мама.

 — Милиция просто не хочет искать! Вот уже второй месяц понятия не имею, где моя дочка и что с ней».

«ФАКТЫ» обратились в Центр общественных связей херсонской областной милиции, где нам сообщили, что… никакого похищения не было.

 — Обычная история: родители делят любимое чадо, — комментируют ситуацию в милиции. — Папа и мама развелись, но с кем будет жить их дочь, в судебном порядке не определили, отсюда и проблемы. Как мы можем отнять ребенка у отца, если он не лишен родительских прав? Разве может идти речь о похищении?

«На тот момент я доверяла родителям мужа, поэтому и разрешила бельгийской бабушке немного понянчиться с внучкой»

 — Разве эта история обычная? — удивляется Роза. — Мои родители с внучкой зашли в аптеку, а следом за ними туда ворвались двое крепких мужчин и вырвали из рук ребенка. Мой отец побежал за ними, но его уложили на асфальт, прямо в пыль.

Папе удалось подняться, и он попытался помешать бандитам отъехать (Юлю затолкали в машину). Перепуганная дочка так кричала, что возле аптеки мгновенно собралась толпа людей.

Один из похитителей вновь подбежал к отцу, стал его избивать — в тот же день папе пришлось обратиться к врачу.

Роза живет с дочерью в Киеве, а на лето отвезла малышку в Херсон к своей маме Вере Михайловне.

 — На три месяца взяли к себе кроху из пыльной столицы, — хватается за сердце Вера Михайловна, перенесшая после исчезновения внучки микроинсульт. — Никто никакой беды не ждал.

До сих пор в ушах стоит перепуганный детский крик: «Бабушка! Бабушка!» В тот момент была уверена: Юлю захватили преступники. Теперь выясняется — бывший зять.

Да, между ним и моей дочерью непростые отношения, но разве это может служить объяснением тому, что случилось?

Роза и ее бывший супруг Дмитрий (имя изменено) — коллеги, оба юристы.

 — Я юрисконсульт в крупной столичной юридической компании, — рассказывает Роза. — Супруг работал в прокуратуре, но так как его родители и младший брат эмигрировали в Бельгию, с недавних пор он тоже загорелся идеей поменять гражданство.

Женщина утверждает, что именно по этой причине молодая семья и распалась.

 — Два года назад, когда наши с Дмитрием отношения еще не трещали по швам, мы вместе, взяв полуторагодовалую дочку, поехали к свекру и свекрови в Бельгию на Пасху, — вспоминает Роза. — Разговоры о том, что Украина — «плохое место», старшее поколение вело постоянно.

Они звали нас к себе. Мол, бельгийский закон о гражданстве — самый либеральный с точки зрения иммиграции в Евросоюз, грех не воспользоваться такой возможностью.

Они и сами не так давно переехали туда из Донецкой области, где свекор много лет трудился шофером, а свекровь — товароведом. В чужой стране сумели построить небольшой бизнес (торгуют грузовиками), вписались в заграничную жизнь. И они, и их младший сын — граждане Бельгии.

Старший (мой муж) был двумя руками за воссоединение большой семьи, он все время меня убеждал: «Нужно ехать, решайся».

Но жена не соглашалась. Свою позицию Роза объясняет так: за каких-то шесть-семь лет она сделала в Киеве отличную карьеру — стала опытным юристом, чьи знания востребованы. Хорошо зарабатывает, пользуется уважением у клиентов и коллег, обожает свою профессию. «А кем я буду там? В лучшем случае посудомойкой, — горячится собеседница. — Юристом уж точно никто не возьмет».

* «Я еще понимаю, если муж-иностранец пытается увезти ребенка к себе на родину, — говорит Роза. — Но тут свой, украинский, отец, даже не став еще гражданином Бельгии, так рьяно отстаивает право дочери жить за границей…»

— У меня в Киеве квартира, налаженный быт, любимая работа, — рассуждает женщина. — Почему надо сниматься и ехать на чужбину? Я тысячу раз задавала этот вопрос мужу. У него один ответ: мол, на этом настаивают родители.

Если не брать во внимание трений с переездом, старшее поколение с младшим не вздорило. «На тот момент я родителям Дмитрия доверяла», — уточняет Роза.

Это важно, потому что в апреле 2009 года она согласилась на месяц-полтора оставить полуторагодовалую дочку у родителей мужа.

«У Дмитрия на носу 30-летие, поедем в Украину поздравлять сына, а заодно и Юлечку обратно привезем», — уговаривала свекровь Розу. Почему не разрешить бабуле понянчиться с внучкой? Невестка со спокойной душой согласилась.

 — В июне отец и брат Дмитрия приехали, а свекровь с Юлечкой — нет, — вздыхает Роза. — Мужчины рассказали, что мой супруг подал документы (свои и Юлечкины) на получение вида на жительство в Бельгии.

Естественно, начались ссоры, скандалы. «Чем ребенку помешает европейское гражданство? — пытался успокоить меня свекор. — Получит право беспрепятственно передвигаться по всему миру. Подумай о будущем Юли.

Вопрос для девочки очень важный».

Договориться так и не удалось, поэтому супруг Розы вскоре отправился в Бельгию за дочкой.

 — Мы с ним не были на тот момент в разводе, — подчеркивает женщина. — И я искренне верила, что через неделю Дмитрий привезет дочку.

«Прямо в полиции свекровь налетела на меня с кулаками»

Через неделю раздался телефонный звонок: «Я передумал. Получу вид на жительство здесь для себя и Юли, тогда уж будем решать, что дальше».

Роза обратилась в департамент при Министерстве юстиции, пытаясь отстоять свои права.

 — Свекровь предлагала мне деньги, — утверждает Роза. — «Тебе надо поступать в аспирантуру, ребенок в такой ситуации — обуза, а здесь девочке хорошо», — уговаривала. Когда все аргументы исчерпались, свекровь бросила в сердцах: «Ладно, если хочешь — приезжай, забирай». Я поехала.

Только никто меня там не ждал — ни один из телефонов родственников, в том числе и мужа, не отвечал. Пришлось обратиться в полицию. Когда полисмены прибыли к их дому, вышла мама Дмитрия и объявила стражам порядка: «Ребенка не отдадим!» — «Извините, но в семейные конфликты мы не вмешиваемся», — заявил полисмен.

Что оставалось делать? Ни с чем вернулась обратно.

Только через восемь месяцев у Розы на руках появилось решение суда первой инстанции округа Антверпен о немедленном возвращении маленькой девочки в Украину.

 — Мои интересы в чужой стране представляла прокуратура Бельгии, — объясняет Роза. — Теперь я действовала через полицию. Но родители мужа заявили, что ребенок болен, поэтому невозможно исполнить решение суда.

https://www.youtube.com/watch?v=-ciOpkr2Y7M

Дважды она возвращалась на родину в состоянии потрясения — ложилась на диван и, казалось, никогда не найдет сил подняться. Спасала работа.

 — Родня мужа надеялась, что я смирюсь, — голос у моей собеседницы измученный, как и она сама. — Убеждали: дочка давно уже называет мамой бабушку, ни слова не знает по-русски. Так и оказалось. «Юле без тебя хорошо, чего волноваться?» — слышала я всякий раз. Но ребенку без мамы всегда плохо, особенно в таком возрасте.

27 января 2010 года киевлянка в очередной раз отправилась за дочкой.

 — Генеральная прокуратура Бельгии сообщила, что в этот раз заберет ребенка у бабушки с дедушкой в принудительном порядке, — продолжает Роза. — Целый день я просидела в полицейском участке и только к вечеру увидела дочь. Свекровь прямо там налетела на меня с кулаками, таскала за волосы.

Пришлось жаловаться уже на полицию, которая безропотно все это наблюдала. «Если ты нормальная мать, дай дочке выбор — разреши ей жить в Европе!» — бросалась на меня мать Дмитрия. И вдруг посреди этих криков, драки девочка потянулась ко мне. Неужели помнит? Почти год прошел, как мы врозь! Правда, я кормила ее грудью почти до полутора лет.

Может, сработал инстинкт? Прижав крошечное тельце, уже не слышала угроз свекрови.

Ребенку шел третий годик, он только-только начинал говорить на… нидерландском языке.

 — Юля не умела общаться со сверстниками, всего боялась, днем и ночью не хотела отпускать мою руку, — рассказывает мама девочки. — Но постепенно мы обе отходили. Ухаживать за малышкой помогала мама, которая приехала из Херсона в Киев.

Когда через какое-то время в Киеве появился Дмитрий и попросил взять Юлю на прогулку, разрешила: все-таки папа. Но в тот же день мой благоверный попытался скрыться с дочкой, пришлось обращаться в милицию. К тому времени мы уже находились с ним в разводе, но хотелось, чтобы в Юлиной жизни отец остался.

Зачем возводить стену между родными людьми? Именно по этой причине я не ставила в суде вопрос об определении места жительства девочки. У Дмитрия в Киеве нет жилья, нет работы, гражданином Бельгии он тоже пока не стал, находится на чужбине нелегально. Какое решение принял бы суд? Понятно, что не в его пользу.

Дмитрий же расценил бы такие действия с моей стороны как объявление войны. Мне казалось, что если вести себя цивилизованно, то обо всем договоримся. И вдруг это нападение на моих родителей в Херсоне! Уже потом узнали, что оно тщательно планировалось.

На станцию городской скорой помощи, где работает отец, приходили какие-то люди, чтобы узнать график папиных дежурств. Но в доме родителей — большая овчарка. Наверное, это и сыграло решающую роль: дедушку и бабушку с внучкой выследили в городе.

«Боюсь, Дмитрий оформит фальшивые документы и переправит Юлю через границу»

Почему цивилизованных отношений не получилось? Наверняка у Дмитрия есть свой ответ на этот вопрос, но с папой Юлечки нам связаться не удалось.

 — Получив заявление об исчезновении ребенка, — сообщили «ФАКТАМ» в Комсомольском районном отделении милиции Херсона, — мы установили: машину, на которой приехали похитители, они накануне взяли в Одессе напрокат. В пункте проката граждане оставили свои данные, так что с одним из них вскоре удалось связаться. Тут-то и выяснилось: Юлю забрал ее отец.

«Это наши с женой семейные дела, мы будем решать их в суде. Состава преступления в моих действиях нет», — сказал нам мужчина по телефону. Убедившись, что девочка с ним и с ребенком все в порядке, мы посчитали вопрос исчерпанным. Что же касается избиения Юлиного дедушки, пусть он в гражданском порядке обращается в суд для привлечения бывшего зятя к ответственности.

 — Вот уже второй месяц я не знаю, где Юля и что с ней, — в глазах Розы отчаяние. — Больше всего боюсь, что Дмитрий оформит фальшивые выездные документы и по ним переправит дочку через украинскую границу.

Тем не менее Розе удалось добиться возбуждения уголовного дела против бывшего мужа сразу по двум статьям: «Самоуправство» и «Нанесение легких телесных повреждений».

 — Дмитрий позвонил мне и спросил: «Ты там что, спишь с херсонскими милиционерами? А они с тобой рассчитываются возбуждением дел против меня?» — жалуется Роза. — Он юрист, но даже не собирается действовать в рамках закона.

Роза тоже юрист, поэтому прекрасно понимает: споры по детям — это долгоиграющие процессы. Даже если пойти в суд, даже если суд вынесет решение в ее пользу, другая сторона может бесконечно подавать новые заявления и постоянно пересматривать порядок общения с ребенком. И все то время, пока будет длиться разбирательство, мама может быть лишена возможности видеть дочь.

— Получается, если Дмитрий не пустит вас к ребенку, то никто не имеет права заставить его поступать иначе? Ни органы опеки, ни милиция, ни прокуратура? — спрашиваю я.

 — Получается, так. Самое обидное, что родители Дмитрия были против нашего брака. «Ты своей беременностью хочешь привязать к себе сына», — упрекали они меня. Мы с ним и в самом деле оформили брак после того, как узнали, что ждем ребенка. «Зачем вам ребенок? Так рано! Заботы-хлопоты», — отговаривали.

Отстали только тогда, когда я бросила в сердцах: «Да никого я не привязывала! Хотите — забирайте своего сына, буду рожать для себя». А теперь им моя Юля — свет в окошке! Зачем забирают? Хотят «спасти девочку», ведь, по их мнению, остаться жить в Украине — сущее безумие. Я еще понимаю, если муж-иностранец пытается увезти чадо к себе на родину.

Но тут свой, украинский, отец, даже не став еще гражданином Бельгии, так рьяно отстаивает право ребенка жить в Европе. Разве это не абсурд?

Читайте нас в Telegram-канале, и

Источник: https://fakty.ua/139152-esli-ty-normalnaya-mat-daj-dochke-vybor---razreshi-ej-zhit-v-evrope

Делите ребенка бережно!

Что делать,  если незаконно хотят отнять дочь?

После развода муж и жена делят не только имущество, сбережения и недвижимость, но и собственных детей. Случается, договориться мирным путем не выходит. Одна из сторон отправляется в суд, требуя оставить ребенка у себя.

Как часто такие иски подают белорусские отцы, чтобы отсудить сына или дочь у бывшей супруги, о том, как и какое решение принимается на этот счет, рассказала адвокат Минской областной юридической консультации N3 Лидия Васильевна Лупаева.

По закону

– Такие дела мы рассматриваем довольно редко. Отцы обращаются скорее в исключительных случаях. Например, жена пьет, ведет аморальный образ жизни, попросту забросила детей…

Подавая иск в суд, мужчина должен доказать, почему бывшая супруга не должна воспитывать ребенка. Юристы делают запрос участковому инспектору, который может подтвердить или опровергнуть обвинения истца. Участковый дает письменный ответ о том, благополучна ли семья, привлекалась ли мать к административной ответственности, если «да», за что именно.

К процессу подключают и Управление образования при администрации района, сотрудники которого выясняют, в каких условиях проживает отец и мать, какие взаимоотношения в «дуэте» ребенок-мать, ребенок-отец. Свои свидетельские показания дают родственники, соседи, учителя и др.

Сотрудники Управления образования делают письменное заключение и передают его в суд, который в первую очередь учитывает интересы ребенка. Когда подтверждается, что женщина не уделяет сыну (дочери) внимания, не занимается его воспитанием – одним словом, не выполнят свои родительские обязательства, иск удовлетворяется. Ребенок остается жить с папой, а мать теперь обязана платить алименты.

Нет оснований

– Случается, для положительного решения суда в пользу отца нет оснований. Мать нормальный человек, вполне способна воспитывать и материально содержать ребенка.

…Если в семье двое детей и оба родителя претендуют на то, чтобы они остались с ним (-ей), то обычно судья приходит к решению: одного – папе, другого – маме.

До суда не доводи

– При разводе, до или после него экс-супруги могут заключить официальный документ – Соглашение о детях. Это взаимный компромисс, который официально оформляется у нотариуса.

В нем указывается, с кем и на чьей жилплощади будут проживать дети, в каком объеме будут выплачиваться алименты (меньше установленной законом суммы нельзя, больше – пожалуйста), как часто, когда и где другой родитель будет видеться с ребенком.

Юридически устанавливаются и другие нюансы вопроса, важные для бывших супругов, которые, меж тем, не перестали быть родителями. Если же люди не могут договориться без споров и конфликтов, то обращаются в суд.

Спросите у ребенка

– Когда «причине спора» – сыну или дочери – уже исполнилось 10 лет, суд интересуется у ребенка, с кем он хочет остаться. Его вызывают в суд и опрашивают в присутствии педагога-психолога.

Когда ребенок постарше, он многое понимает, с ним проще. С малышами не так…

Случается (причем нередко), родители настраивают ребенка друг против друга. Или начинают активно задаривать подарками, давать обещания, идти на какие-то уступки… Но не потому, что сильно его любят и не хотят с ним расставаться, а из желания «насолить» бывшей половине.

Назло «врагу»!

– Когда одна из сторон считает себя обманутой и брошенной, в качестве «возмездия» используют любые цели, даже самые неблаговидные. Начинается деление ребенка «из принципа». Настраивание сына или дочки против мужа (жены). И тут ребенок не цель, а средство! Но он-то любит и папу, и маму, потому получает в этой ситуации психологическую травму.

Когда это случается, стоит отвести ребенка к психологу, который, пообщавшись с ним, сделает выводы и даст письменное заключение – определит истинные его отношения с каждым из родителей. К тому же поможет малышу пережить тяжелый для него период.

Кто богаче?

– Отец может решить: я состоятельный человек, со мной ребенок ни в чем не будет нуждаться: получит все самое лучшее – одежду, образование, качественный отдых. Что может дать ему мать..?

Меж тем уровень дохода родителей не влияет на решение суда. Допустим, мать имеет скромную зарплату, отец по сравнению с ней – очень большой доход. Но только по этой причине ему не отдадут сына или дочь.

Согласно постановлению пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 10 сентября 2004 года N 11 «О практике рассмотрения судами споров, связанных с воспитанием детей»: «Преимущество в материально-бытовом положении одного из родителей само по себе не является безусловным основанием для передачи ему ребенка на воспитание».

Вам отказано!

– По закону права обоих родителей абсолютно равные. На окончательное решение суда о том, с кем из родителей остается ребенок, влияет множество обстоятельств. Допустим, отец в силу должностных обязанностей часто бывает в командировках, тогда решение суда будет не в его пользу. Ведь по объективным обстоятельствам он физически не сможет справляться с родительскими обязанностями.

Но в основном..

– Если родители – нормальные люди, которые по каким-то причинам не могут договориться о дальнейшей судьбе ребенка, чаще по решению суда он остается с матерью.

Уже сложилась такая практика. Возможно, это славянский менталитет, который диктует, что приоритетный родитель для ребенка – всегда мать. Не исключено, что на принятие такого решения оказывает влияние факт: большинство судий у нас женщины.

Но это и определенный элемент недоверия к мужчинам. Увы, по роду службы, мы часто сталкиваемся с ситуациями, когда мужчины бросают семьи, а после и знать не хотят своих детей, не выплачивают алименты. На какие ухищрения только не идут, чтобы недодать ребенку законные 25% от дохода… Будто дают эти средства не сыну или дочке, а своей жене. Адвокаты ведут множество дел по неуплате алиментов.

Но, безусловно, есть и очень хорошие отцы, не в пример их бывшим женам, у которых инстинкт материнства не разбудить ни воспитательными беседами, ни призывами к совести.

Источник: https://interfax.by/news/tovary_i_uslugi/goods-and-services/25403/

Автоправо
Добавить комментарий